Бабочка огня (СИ) - Ловыгина Маша - Страница 14

– Уж постарайся.

Кофемашина изрыгнула из себя темную душистую струю. Запахло крепким кофе. Кречетов взял салфетку, подставил ее под дно чашки и стал не спеша цедить напиток. Через несколько томительных для меня минут он, наконец, допил, поставил чашку и вытер руки полотенцем. Затем развернулся ко мне.

– Сколько тебе лет?

– Я думала, Дмитрий уже все вам рассказал обо мне... – Пробормотала я и тут же до боли прикусила язык. Совсем не так следовало разговаривать со своим работодателем, особенно, учитывая тот факт, что он... бандит? Криминальный авторитет? Опасный человек, вот он кто, со всеми вытекающими последствиями.

Кречетов приблизился и теперь стоял буквально в двух шагах от меня. Мне хватило секунды, чтобы успеть разглядеть его лицо. Оно могло бы показаться даже симпатичным, если бы не ледяной взгляд, от которого у меня перехватило дыхание. Глубокие морщины на переносице добавляли его виду суровости или, не знаю, может, пренебрежения и высокомерия? Познакомившись с его женой, я уже ничему не удивлялась. Мальчики неуловимо похожи на своего отца, но я вряд ли сумела бы назвать, чем именно. Да, как бы мне не хотелось этого признавать, Михо Кречет – их отец, а Ольга – мать. Поневоле поверишь в то, что ребенок – это всего лишь глина, из которой взрослые лепят то, что считают нужным.

Но ведь бывают исключения, не так ли? Иначе я была бы не здесь, а совсем в другом месте. Если бы вообще все еще была жива...

Кречетов разглядывал меня, словно редкую или странную безделушку. Я будто ощущала прикосновения на своей коже. Неприятное чувство, но я старалась никоим образом не выдать свое истинное отношение к происходящему. Терпеливо дала ему рассмотреть себя, но, когда его рука приблизилась к моей перекинутой через плечо косе, вжала голову в плечи и сделала шаг назад.

Мужчина хмыкнул, приподняв верхнюю губу.

– Значит, Рита... Ну, ладно, Рита, иди.

Мне не нужно было повторять дважды. Я развернулась, но дорогу мне перегородил Дмитрий. От неожиданности я вскрикнула и приложила руку к груди.

– Мих... Михаил Айвазович, вы готовы? – спросил безопасник, даже не делая попытки пропустить меня. Взгляд его скользнул по моему испуганному лицу, а затем перекинулся на хозяина.

– Хорошо. Сейчас буду. Иди.

Дмитрий вышел, я шагнула следом.

– Рита! – Окликнул меня Кречетов.

– Да?

– Со всеми вопросами обращайся сразу ко мне.

– Ладно.

– И еще...

Опустив глаза, я ждала его указаний и мысленно заставляла себя не дрожать как осиновый лист. Но сделать это было сложно – от близости Кречетова меня заметно потряхивало. От этого мужчины шла такая сильная волна, что я физически ощущала опасность.

– Запомни одну вещь, – чуть хрипловато сказал он, – мои сыновья вырастут настоящими мужиками. Без всех этих слюней. Это понятно?

Я стиснула зубы, не в силах даже кивнуть, не то что ответить. Понимание того, что я ошибалась в своих первоначальных выводах, накрыло меня с головой. Отношение к детям не было равнодушием, это был расчет, против которого внутри меня все горело возмущением. Не этому меня учили в колледже, не о таком я мечтала в своем детстве.

– Простите, вы правы. Это я виновата. Мне очень понравились Макар и Ваня. Я просто хотела, чтобы им тоже было хорошо со мной.

Кречетов сцепил пальцы перед собой. Я явственно услышала, как щелкнули суставы.

– Я терпеть не могу, когда начинают обсуждать мои приказы, – сказал он на удивление спокойно.

Собственно, я и не ожидала, что он закричит или ударит меня. Но понимала, что своим поведением делаю хуже лишь себе. Я не знала, что из себя представляет Кречетов на самом деле и чего мне ждать, поэтому и совершала ошибку за ошибкой.

– Я все поняла, Михаил Айвазович. Но раз я несу ответственность за детей, то позвольте мне сформировать их режим и питание так, как я считаю нужным.

– Несешь ответственность? Ты? – Внезапно расхохотался он. – Насмешила... Слушай, а ведь давненько меня никто так не веселил.

Уже через мгновенье улыбка стерлась с его лица, уступив привычному холодному выражению.

– Медицинская справка есть?

– Я... не успела сделать. То есть... вы не подумайте, я совершенно здорова. Просто так получилось. Я не была уверена, что меня возьмут. Подумала, что сначала...

– Сделаешь, – отрезал он.

Легко сказать! Справка стоит денег, которых у меня нет. И в поликлинику вот так запросто не пойдешь, нужна регистрация.

– Дмитрий тебя отвезет.

– К-куда?

– К врачу.

Что ж, наверное, мне стоило согласиться с его предложением, если я хочу остаться. Но хочу ли я? Да и не предложение это, а все тот же приказ. О, если бы только этот Кречетов знал, что я обо всем этом думаю...

– Когда?

Кречетов посмотрел на меня с удивлением, мол, какая разница? Будь готова в любой момент исполнить волю хозяина.

– А если я передумаю у вас работать? – Спросила я, желая определить для себя все варианты.

– Тогда иди. Прямо сейчас.

Идти мне было некуда, разве что к Таисье. Но что-то мне подсказывало, что она не жаждет моего появления.

Глава 15

Рита

Я старалась не думать о предстоящем визите к врачу. И хоть периодически на меня накатывал страх, предстоящий день в компании с детьми Кречетова уводил мои мысли совсем в иную плоскость.

Когда их отец уехал, я не стала их будить. Было еще слишком рано. Поэтому приняла душ, привела себя в порядок и даже успела выгладить детские вещи. Простые занятия тоже отвлекали меня, но где-то на подсознательном уровне сигнальной строкой горело предупреждение Таисьи о том, что предыдущую няню уволили за то, что она «вертела задом». Интерес хозяина ко мне был очевиден, но я не загадывала наперед, чтобы окончательно не растерять веру в принятое мною решение. В конце концов, если я пойму, что ситуация выходит из-под контроля, то попросту оставлю это место. Конечно, поступить таким образом, значит, признаться в малодушии, но... Как же много «но», мешающих мне жить, и как много значения я придаю тому, что для кого-то, как раз, вовсе не имеет значения.

Пользуясь тем, что хозяйка еще спит, а Таисья не приехала, я приготовила завтрак: сварила геркулесовую кашу и добавила в нее свежую клубнику, которую нашла в забитом продуктами холодильнике. Не удержалась и съела одну, с помятым бочком, чтобы убедиться, что мартовская клубника лишь отдаленно напоминает настоящую, ту, которая вызревает на грядке под летним солнцем Солоников.

Я с интересом проинспектировала содержимое холодильника и поняла, что, вероятнее всего, какая-то часть еды попросту должна приходить в негодность. Не понимаю, зачем покупать и готовить столько, если есть ее особо некому. Но у богатых свои причуды. Может, у них собираются большие компании? Но это тоже не мое дело.

После завтрака мы с мальчиками пошли на прогулку. Пока я одевала Ваню, он шалил: прятал за спину руки и смеялся, а я буквально «плыла» от его улыбки. Вспоминала маленькую Таньку, как вот так же пыталась надеть на нее шапочку или сапожки, а она крутилась и вертелась, словно «волчок». Мы взяли с собой мяч и стали играть в футбол. Макар поначалу игнорировал мои попытки увлечь его игрой, но, глядя на то, как брат пытается поймать подачу, и сам постепенно втянулся. Я выбрала дальнюю дорожку и поставила мальчиков по краям, а сама стала пинать им мяч по очереди. Несильно, конечно, но, боже мой, как же они радовались, когда ловили его! Я и сама раскраснелась и уже не стеснялась орать во все горло: «Поймал! Ну как же так? Вот сейчас я точно забью гол! А ну-ка, держись!»

Попутно наблюдала за всем, что происходит вокруг. Дом жил своей жизнью. В какой-то момент я увидела в окне Ольгу и пропустила мяч. Мальчишки хором закричали «Гол!», и я отвлеклась, а когда снова посмотрела (осторожно, искоса), Ольги в окне уже не было. Потом вернулся Дмитрий. Вышел из машины и несколько минут курил, глядя на нас. Я все ждала, когда он скажет мне о том, во сколько мы поедем, но он так и не подошел, а затем и вовсе скрылся в доме.