Где наша не пропадала. Трилогия (СИ) - Малыгин Владимир - Страница 86

Бедный гном даже вздохнул полной грудью. И такое облегчение было в этом его выдохе, что со склона несколько камней вниз скатилось. Чуть было обвал не случился. Да и понятно мне всё. Если в лесу гном терялся и чувствовал себя точно «не в своей тарелке», то здесь, среди камней и скал ему всё‑таки было гораздо легче, чем мне. Он сразу видел, куда можно ногу поставить, на какой камень наступить, в отличие от меня. Правда, при этом то и дело косился в небо, передёргивал плечами, словно в ознобе и постоянно хмурился. Через пару дней попривык к открытому пространству, но всё‑таки лишний раз предпочитал голову вверх не задирать, больше себе под ноги смотрел. Так что по сторонам приходилось поглядывать мне. Хотя мы вполне отдавали себе отчёт – здесь мы чужие. Это не наша земля и не наши горы. Это только кажется, что среди камней малюсенькие фигурки путешественников сложно заметить. Ничего подобного. Опытный глаз сразу выхватит чужеродный элемент среди привычных местному глазу нагромождений камней. А уж засечь движение среди этой безмолвной неподвижности любой внимательный глаз точно сможет.

Поэтому старались всё время идти осторожно, укрываясь среди камней, не высовываясь на открытое место. Ну и в полный рост старались нигде не светиться. Хребты и верхушки проскакивали чуть ли не на карачках. А куда деваться‑то?

Ну и все эти наши перемещения никак не способствовали сохранению одежды Герика. Штаны на коленях поистрепались, появились прорехи. Да и куртка окончательно поизносилась, обтёрлась о камень. Герик уже и штопать перестал. А ведь у нас впереди ещё и обратная дорога…

Съестной припас закончился ещё вчера, да и до этого не барствовали, растягивали пайку, как могли. Опять же повезло, что весна, не так холодно, снег с перевалов и горных склонов сошёл, а то бы вообще плохо пришлось.

Единственное, так это оправдался прогноз с количеством застав, – их не было. Вот как на второй день встретилась одна, и всё. Как обрезало. Дальше горы оказались действительно пустыми и совершенно безжизненными. Ни зверя, ни птицы. Потому‑то и голодаем сейчас. Даже пастухи ещё не выгнали свои стада на склоны, рано.

С Гериком решили так… Поднимаемся вон на ту гряду впереди, осматриваемся, и если ничего интересующего нас не увидим, то спускаемся вниз, к лесу. Отдыхаем, охотимся и набираемся сил. И вновь лезем наверх. Уже столько прошли, что теперь возвращаться назад никакого резону нет. Только и осталось, что идти дальше…

Вскарабкались, осмотрелись и в изнеможении уселись прямо на голый камень – нашли! Вон она, река… Рукой подать… Сверху хорошо видно и то место, где она уходит под гору. Далеко до него, но это уже такие пустяки! Дня полтора пути, и мы на месте…

Полтора дня растянулись в два с лишним раза. Сначала пришлось долго спускаться, тщательно выбирая дорогу и осматриваясь по сторонам. Почему‑то в этих местах мой сканер отказывался стабильно работать, постоянно выдавал какие‑то непонятные помехи. А, может, рельеф сказывался, слишком большой перепад высот. Поэтому шли очень осторожно, внимательно высматривая возможные опасности.

Ну и потом, когда уже спустились и появился первый низкорослый кустарник, дальше не пошли. Сначала решили немного отсидеться и подождать какое‑то время. Посмотреть, не привлёк ли наш спуск чьё‑нибудь внимание? В горах посторонних сразу видно…

Просидели так до позднего вечера. Сканер мой наконец‑то заработал, можно было вздохнуть свободнее. По этой причине решили до утра остаться на месте и в первый раз за последнее время спали спокойно.

В предрассветном тумане спустились ещё ниже, до кромки лесов и там остановились. Как раз солнышко встало, в кронах птицы зашевелились. Герик силков наделал, в траве расставил, в качестве приманки последний кусок лепёшки раскрошил. Теперь вот сидим неподалёку, ждём, когда хоть кто‑нибудь соизволит наш рацион пополнить. Только что‑то дураков среди птиц не находится. А больше‑то и охотиться нечем. Луков и самострелов у нас нет, у принцессы был, так где она, эта принцесса теперь? И пантеры нет… Только сейчас осознал всю прелесть наличия подобной зверюшки в питомцах… Да у нас даже копий нет. Можно было бы использовать магию, но только не на чужой территории. В общем, везде затык.

Никакая птица нам так и не попалась, хлеб раскис на влажной земле, пришлось дальше идти голодными.

А потом нам повезло! Какая‑то оголодавшая тварь накинулась на гнома. Спрыгнула с ветвей ему на спину. Наверное, он ей показался самой лакомой добычей – мелкий и крепкий, не то что я, идущий за ним следом. А может просто потому прыгнула, что гном шёл первым.

Нет, сначала‑то он пробирался по лесу вслед за мной… Но путешествие через эти заросли совершенно не похоже на недавнюю прогулку, если её можно так назвать, по ухоженному эльфийскому парку, так что гном быстро сдался. Ведь здесь самая что ни на есть суровая дремучая чаща. С её повсеместными завалами, буреломами и густым непроходимым подростом. Вот Герик помыкался‑помыкался, стараясь не отставать от более длинноногого меня, несколько раз получил ветками по лицу, плюнул и с моего согласия возглавил нашу малочисленную колонну. Или отряд… За что и поплатился…

Так что пока гном сдавленно хрипел и сквозь хрип страшно сипел и выталкивал из себя какие‑то явно матерные слова, я, скорее рефлекторно, как привык, зажёг на руке огонь, тут же его погасил, выхватил сабельку и в несколько длинных шагов подскочил к вертящемуся на земле гному. Подскочил и замер, выбирая подходящий момент для удара. Страшно‑утробно рычала зверюга, мотая из стороны в сторону башкой, вцепившись гному куда‑то в загривок. Летела из‑под задних лап с корнями вырванная трава, обломанные ветви кустарника, и прочая лесная грязь.

Не выдержал, не смог ждать подходящего момента и рубанул прямо по спине этой твари! По крайней мере, я на это надеялся. Гном‑то тоже не лежал пустым валенком, он активно сопротивлялся, крутился, стараясь сбросить со спины эту дрянь! И тем самым здорово мешал мне нанести прицельный удар…

Очередной рык зверя удивительно совпал с яростно‑жалостным вопрем Герика, вот именно поэтому я и не выдержал, ударил еще раз изо всей силы!

И тут же ещё и ещё, прорубая густой и плотный войлок свалявшейся шерсти! Под яростный вначале визг, тут же сменившийся на жалобный скулёж!

А потом тварь отлипла от гнома, как‑то в одно мгновение развернулась в воздухе и со скоростью молнии метнулась ко мне. Прямо в горло нацелилась…

Время словно замедлилось… Вот приближается широко распахнутая оскаленная пасть, чётко вижу куски куртки на клыке зверя, ребристое красное нёбо, фиолетовый язык…

А между нами расстояние в длину клинка… И вцепилась бы она в моё нежное горло, бр‑р, если бы не моя защита…

Правда, от яростного прыжка твари я всё‑таки не сумел удержаться на ногах и завалился на спину. Да ещё так неудачно упал, спиной прямо в заросли кустов, где благополучно и запутался. Завозился, пытаясь высвободиться, наугад тыкая клинком, попадая во что‑то живое.

Про защиту благополучно забыл, по‑настоящему отбивался от острых когтей чудовища и больше всего на свете переживал за сохранность самого дорогого для любого мужчины органа…

Да и любой другой на моём месте в этот момент про неё бы точно забыл…

А там и гном подоспел, окончательно успокоил зверюгу. Только хряск раздался, да кровью в мою сторону плеснуло, прямо в лицо. Тут‑то я и припомнил про защиту, когда кровушка с мозгами по ней в траву стекла.

Сильная рука ухватила меня, выдернула из куста…

– Живой?! – деловито спросил Герик и, не дожидаясь ответа, наклонился, выдернул из груди зверя мою сабельку, протянул мне. – Оботри.

Первым делом сразу же осмотрели друг друга на предмет увечий.

Как можно было уцелеть после такого? Смотрю на спину товарища, на изодранную в клочья кожаную куртку и не верю глазам своим. Вот же хитрый гном! У него же не куртка, а броня! Кожа снаружи, а под ней железо. И воротник точно такой же, с железными вставками. Понятно теперь, почему он отделался лёгким испугом.