Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны - Комарова Алёна - Страница 7

Вскоре они подъехали к административному зданию.

– Охраны нет?

– Есть какая-то, весь комплекс охраняет.

Они вошли в помещение, где их встречала секретарь.

– Это вы от Петра Игоревича? – уточнила она на всякий случай.

– Мы – ответил ей Виталий и представился.

Девушки тоже обменялись холодными любезностями.

Девушку звали Алла, она была сочная, с пухлыми губами (своими), невысокая, с короткими волосами в завитушках. И с блеском в глазах, за который в аду жарят на углях, потому что ох как много мужчин она спалила. Естественная красота среди секретарш возвращается в моду. О своей красоте она была в курсе. И даже воспользовалась моментом её применить на Виталии. Но он опустил её на землю, лишил статуса очаровательной девушки.

– Девушка, – противным голосом протянул он, – камеры включаем. Вам ведь звонили. Предупредили. Попросили содействовать.

Алла еле заметно скривилась, но быстро взяла себя в руки. Лера догадалась, что обычно в этих стенах с ней разговаривают заискивающе и заигрывающе. И девушка пользовалась популярностью не только потому, что занималась делами первых лиц руководящего эшелона, но и общалась с остальным составом сотрудников. Ну не привыкла она к грубости и напору. Она даже обиделась и сжала губки.

– Вообще-то это коммерческая тайна… – решила поумничать она.

– Босс пропал, а они ни ухом, ни рылом – грубо прорычал Виталий. – Ну если вы нам не поможете, то к вам наведается полиция.

– Как пропал? – она вытаращила глаза. Тень трагических раздумий прошла по лицу и у неё задёргалась щека.

К компьютеру она неслась, сбивая на своём пути стулья и прочую мелкую мебель. Она трясущимися руками включила его, нашла нужную программу, теряясь в панических мыслях, но справилась. Лера и Виталий увидели на экране несколько окон с видеотрансляцией. Виталий бесцеремонно взялся за спинку кресла Аллы и откатил её в сторону. Подставил стул и посадил туда Леру. Вообще он был культурный человек, но как-то избирательно.

И начались поиски картинок.

Алла заглядывала из-за спин и взволнованно комментировала:

– У нас в офисе камеры только в холле, в приёмной там, где я сижу и на улице. Они работают постоянно. Ещё есть камеры у начальников, у Евгения Дмитриевича и Петра Игоревича, но они их включают только когда сами захотят.

– В смысле, сами захотят – вопросительно повторил Виталий.

– Ну, к примеру, пришёл какой-то недовольный клиент. Ругается. В целях безопасности лучше камеру включить. Под столом кнопочка есть.

– Вчера у Евгения Дмитриевича была включена камера?

– Нет. Вот видите два черных окошка. Запись не идёт.

– Понятно. Будем смотреть остальные.

– Евгений Дмитриевич пробыл весь день в офисе.

– А он не говорил, что ему нужно на похороны? – вдруг спросила Лера.

– Нет.

Лере стало обидно, значит, он её обманул, а она думала, что уговорила его проводить в последний путь человека, который с ними был с пятого класса.

– А во сколько у вас заканчивается рабочий день? – щелкая компьютерной мышкой, спросил Виталий.

– В шесть.

Виталий выставил запись с шести часов вечера. В офисе началась суета. Все сорвались со своих насиженных мест и бросились врассыпную, если уж быть точным, то потекли потоки людей к выходу. Женя не выходил. Когда все разошлись, Алла зашла к нему.

– Зачем он вас позвал? – параллельно с просмотром записи спросил Виталий.

– Я сама к нему зашла. Я всегда перед тем как уйти с работы, захожу. А вдруг ему понадобится какой-то документ. Где он должен его искать? Вот и вчера я зашла, спросила, надо ли что-то. Он сказал, что нет.

– Что-то вы там долго.

– Ах, да. – Она замялась. Виталий остановил запись и сбоку на неё посмотрел. Когда прямое внимание направлено на неё, а не на экран, она решилась: – Евгений Дмитриевич указывал мне на мои косяки. Я не туда отправила документы. Контрагенты ждали, а мы все думали, почему они не отвечают. А получили вообще другие. И выяснилось, когда Евгений Дмитриевич позвонил им. Ну в общем, влетело мне. Ну а что, у них почты почти одинаковые. И теперь получилось, что те, кому не надо, знают подробности договора.

– А чем вообще занимаетесь?

– Я?

– Да не вы, а фирма?

– Купи-продай. Как и все.

– Скажите, – вспомнила Лера – а телефон у него работал? Может батарея села? Ничего не говорил?

Алла задумалась, поковырялась в памяти и ответила:

– Я не знаю. Телефон… он вроде лежал на столе. Не помню.

Виталий снова включил запись, на которой Алла вышла из кабинета шефа, собрала мелкие вещи в сумочку, заглянула, попрощалась и ушла. Шеф несколько раз выходил из кабинета, возвращался, но в девять часов двадцать три минуты запер кабинет и ушёл. Виталий переключил на это время следующую камеру. Женя появился в холле офиса и вышел на улицу. Виталий следовал за ним прошлым сейчас в настоящем.

На улице Евгений подошёл к своей машине, она стояла недалеко от входа и отражала свет фонарей одним боком. Женя открыл дверь и замешкался, оглянулся. К нему подошёл человек. Он ни разу не попал на камеру лицом, при этом был в куртке с капюшоном. Предчувствуя беду, Лера перестала дышать. Но мужчины дружественно пожали друг другу руки, и она выдохнула. Виталий заметил. Минуты шли. Мужчины разговаривали. Вроде ничего не предвещало беды. Мимо стоянки проезжали машины, но ни разу не посветили на лица мужчин. Минут через десять Женя эмоционально зажестикулировал, видимо диалог набирал обороты. Психанул. Развернулся и полез в машину. А его собеседник замахнулся и стукнул его обеими руками по ушам.

Обе девушки вскрикнули.

Женя повалился. Незнакомец подхватил и запихнул его на заднее сидение, сам сел за руль и уехал со стоянки.

На экране медленно щелкали секунды, но никакого движения не происходило, даже ветви дерева не шевелились. Всё замерло. В том числе и жизнь в кабинете.

Виталий быстро взглянул на Леру – ледяное изваяние, а не женщина. Она даже не моргала. Она, кажется, сейчас упадёт. Завалится. И рассыплется на мелкие осколки. Он нарушил тишину, посмотрев на Аллу:

– Нужно взять эту запись и отдать в полиции.

Она быстро и мелко закивала, а потом и вовсе расплакалась. При этом не могла ничего сделать, истерика её набирала обороты. Лера наконец моргнула и медленно повернулась к Виталию.

– Как? Что?

Она вроде и сама не ожидала, что настолько была права, когда всем говорила, что с Женей произошла беда. Не плакала, как секретарша, не голосила, и, слава богу. А то он и так теряется перед женскими слезами.

– Так, девушка, успокойтесь, пожалуйста – потребовал он пока слезы Аллы окончательно не загнали его в угол. Написал на бумаге номер своего телефона, всучил её секретарю – перекиньте запись с камер мне.

Она уставилась на цифры и вытирала слезы кулаком, размазывая идеальный макияж.

– У него были враги? – повернулся он к Лере.

Она развела руками.

– Видимо были, раз такое произошло. Кто же это может быть?

– Под эту запись любой попадает, даже мы с тобой – буркнул он, но заметил её косой взгляд, – неудачно пошутил.

Лера встала из-за стола и пошла наматывать круги по комнате.

– Женя знаком с этим человеком, – проходя мимо, рассуждала она, – они пожали друг другу руки, сначала говорили спокойно, потом этот… как его назвать… что-то ему сказал, Женя вспылил. Собирался уехать. Он уходил от конфликта… но он не боялся повернуться к нему спиной. Не ожидал от этого… как его?… подлости. А он… как его назвать?

– Убийца – пискляво всхлипнула Алла и уткнулась в ладони лицом. Лера резко остановилась и уставилась на секретаря. Послышался приглушенный голос: – он убил его.

– Это ещё не известно – возразила Лера. – Что вы каркаете. Может он держит его в заложниках. И мне скоро позвонят на счёт выкупа.

По мере того, как Лера выстраивала возможный вариант событий, девушка убирала руки от лица. С жаром спросила:

– А вы его выкупите? У меня есть кое-какие сбережения. Я могу вам дать денег. Да и Пётр Игоревич со счетов снимет, если понадобится. Да я уверенна, любой из нашего коллектива поможет.