Берегитесь, тетя Аделаида! Загадка синих бегоний - Меривезер Флора - Страница 4

– Ты сказал, что это место преступления. Полиция нашла орудие убийства?

Герхард почесал за ухом.

– По правде говоря, Эшпертона просто нашли лежащим в теплице.

Выражение лица Аделаиды потеряло всякий интерес.

– Это не очень оригинально для семидесяти лет.

– А я все-таки подозреваю, – покачал головой Герхард – Что дело тут не чисто. Обычная смерть по соседству с королевой детективов была бы недопустимой тратой потенциала.

Даже когда Герхард вышел из кухни, Аделаида с трудом подавила в себе ребяческое желание покрутить пальцем у виска.

Минут через десять неспешного шага Герхард подошёл к калитке сада мистера Эшпертона. Теперь уже бывшего сада, с некоторой мрачностью подумал он, отпирая рассохшуюся, как крышка древней шкатулки, калитку. Впрочем, в обстановке места преступления ничего мрачного не было. Светило полуденное солнце, и вовсю пели соловьи. Ничего примечательного в саду Герхард тоже не увидел. Он надеялся попасть в буйство тропических зарослей и экзотических сортов, о которых никогда не слышал, однако, он бы не признал и лекарственную ромашку, если бы столкнулся с ней лицом к лицу. Сад напомнил Герхарду ученый справочник с кучей закладок, какие ему приходилось штудировать в Оксфорде, только разбитый на квадранты. Из педантичных грядок торчали металлические таблички с латинскими названиями и датой пересадок. В конце дорожки в юных саженцах он наконец нашел толику экзотики – китайские пионы и перуанские лилии в зачаточном состоянии не производили никакого впечатления. По соседству с ними стояла каменная скамья, покрытая мхом, а рядом рос единственный куст роз. Герхард склонился к бутонам и в проем между стеной и домом увидел толпу садоводов возле теплицы. Он азартно улыбнулся:

– Так вот где проходит все самое интересное!

Соседи с печальным видом стояли поодаль от большой викторианской теплицы, с коваными розетками на фронтоне и бронзовой патиной на крыше. Герхард затесался среди них и бросил в пустоту:

– Такая нелепая смерть…

Его бросок тут же подхватил дородный мужчина, сминающий панаму.

– Вот уж правда. Разгар летнего сезона, и такое несчастье! То есть – замялся он, покраснев – Жаль так Артура. Лежал тут бедный на жаре, она, наверное, его окончательно и доконала, а то вдруг бы спасли… Я прибежал, как только услышал, но было слишком поздно.

– А кто его нашел?

– Миссис Пинч, она вон там – мужчина указал на миниатюрную даму, не по сезону закутанную в шали и юбки – Бедный Артур…

– А как же теперь с конкурсом быть? – двое пожилых соседей переглядывались с несчастным видом, поглядывая на теплицу.

– А все солнце…

Герхард не счел нужным выслушивать теории меланхоликов, он двинулся к более интересному свидетелю и вскоре уже выражал сочувствие потрясенной миссис Пинч. Выяснилось, что это соседи оказали ей первую помощь, вручив чашку травяного чая и закутав, как будто у нее был шок от купания в Темзе.

– Вчера Артур пообещал мне кое-какие семена – всхлипывала миссис Пинч – Конечно, он мог и передумать, так что я не хотела навязываться, но утром он не вышел поливать сад. Видите ли – уверенно повернулась она к Герхарду – В семь утра он всегда выходил поливать ландыши. Они вон там – указала она дрожащей рукой – На такой жаре мы стараемся поливать с самого утра. Так что я могла видеть его ежедневно из окна кухни за завтраком. Это показалось мне странным, так что подождав до девяти, я сама пошла полить клумбу. Дверь в теплицу была чуть приоткрыта, и я решила, что Артур заработался – она издала долгий всхлип – Последние месяцы он всегда работал в ней до обеда.

– Что же с ним произошло? – не слишком тактично уточнил Герхард.

– Должно быть сердечный приступ. Артур не щадил себя за работой, с тех пор как…– миссис Пинч вытерла нос платком – Видите ли, Артур был не таким любителем-садоводом, как мы, он был действительно талантлив. И умен! Ботаника была его призванием. Должно быть, он что-то разрабатывал для конкурса в Лондоне, ведь я обнаружила его в теплице с редкими сортами – шепнула она – Обычно эта теплица закрыта на замок.

Герхард с новым интересом посмотрел на свою собеседницу. В ней явно бушевала гордость за знание этого таинства, но воспитание не позволяло растрепать всем соседям, что она видела в закрытой теплице. Впрочем, рассудил тут же он, какая-нибудь главная сплетница Литтл-Милфорда, приглашенная на чашечку дежурного чая, унесет с собой все пикантные подробности свернутых в эмбриональное состояние экспериментальных клубней. Тем более, что дверь в теплицу была открыта, ни коронер, ни полиция не сочли ее за место преступления, и Герхард беспрепятственно вошел внутрь. От земли пахло мхом, влажностью, паром, пеларгониями и…загадкой. Нос Герхарда нащупал ее в каком-то едком постороннем запахе, как будто в лианах надолго оставили пакет с селитрой.

– Чем это пахнет? – забывшись, пробормотал он себе под нос, подозревая, что запах исходит от влажного пятна на подсыхающем грунте, рядом валялся треснувший баллон с опрыскивателем.

– Удобрениями, молодой человек – подтолкнула его своим тугим телом незнакомая женщина – Вы думаете, что все эти бегонии и орхидеи растут от доброго слова? Пузырек удобрений с утреца, прямо как мой покойный муж проделывал с хересом, будь он неладен.

Герхард поморщился от ее не слишком изысканного наречия.

– Говорят, Артур Эшпертон был выдающимся садоводом, уверен, он обходился без удобрений – Герхард с видом знатока осмотрел блестящие лепестки перед собой.

– Каким бы садовником он не был, юноша – проталкивалась к дальним горшкам дама – Он не господь Бог, чтобы возделывать райские сады без сульфата аммония.

– Вы разбираетесь в химии? – Герхарду показалось это очень подозрительным.

– В удобрениях? – дама посмотрела на него с непониманием – Да в них разбирается каждый садовод! Не верьте, если будут говорить, что в ход идет один только навоз!

– Ничего не трожьте! – вернулся констебль – Мы еще раз осмотрим теплицу!

Женщина, которая почти дотянулась до горшков с бегониями гневно взглянула на него.

– Что вы хотите здесь найти?

– Мадам, полиция разберется – попробовал вывести ее за локоть констебль.

– Мы все знаем, что ты пытаешься заполучить бегонии Артура, Мейбл! – нервно выкрикнула от входа какая-то вытянутая женщина в длинной юбке.

– Вы все не прочь их украсть, Лавиния! – шея женщины пошла некрасивыми пятнами, она сцапала горшок.

Герхард оказался зажат между констеблем и двумя женщинами, спор между которыми разгорался.

– Оставьте горшки в покое! – кричал констебль, грузная дама не отрывала растение от себя.

Герхард попытался выпутаться из этой склоки, но тут женщина, которую звали Лавинией, видимо, запуталась в своей юбке и упала на констебля. Тот одним плечом завалился на Герхарда, а другим свалил бак с водой, который окатил фонтаном всю теплицу.

– Вот же! – ругательства констебля потонули в потоке брани некой Мейбл, и Герхард, чертыхаясь, поспешил поскорее покинуть место, совершенно не похожее на место преступления.

После обеда, довольная жизнью Аделаида, вернулась из сада, где любовно разрыхлила и очистила от сорняков несколько клумб, Герхарда она нашла с полотенцем, наброшенным на плечи поверх костюма.

– Собираешься на плавание? – мило улыбнулась она, пристраивая садовые галоши на обувную лестницу.

– Это все…Ааа – махнул он рукой, не сумев выразить объяснения.

– Что интересного нашлось в теплице? – Аделаида разве что не напевала, она водрузила на стол вазу и принялась расправлять небрежный, но тщательно подобранный садовый букет.

– Совершенно ничего! – вытерся Герхард – Да там не справился бы и Пуаро! Не место преступления, а Бостонское чаепитие, тетя – гневно выставил палец он – Только если бы туда действительно пришли индейцы мохоки и вместо сбрасывания чая собирались утащить жалкие горшки! Все разбито, разлито – Герхард с неудовольствием вытер шею – И вдобавок ко всему какие-то вздорные дамы вместе с констеблем разлили на всю теплицу Нил. И кому только нужна эта бегония?