"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Зубов Константин - Страница 1115

— Когда-то один умный человек сказал мне, — пафосно выпуская облачко дыма, разглагольствовал Мишель, — что нет ничего хуже внимания кучи девчонок, не дающих тебе прохода. И теперь, в полной мере оценив это, я делюсь этой мудрой мыслью с тобой…

Тогда я подумал, что мудак просто набивает себе цену.

— Так вот, если тебе повезет узнать, что это такое, — продолжал он, — знай, что лучший способ выбраться…

— Рооом! Рооом! — донесся до меня хор пьяных женских голосов из гостиной. — Иди сюда, следственные действия проведем!

— … это просто свалить…

Благо, мне было куда.

Мама: «В общем, жду тебя в гости. Если, конечно, найдешь время.»

Ну радуйся, мам, я его нашел.

Марианка: «Ну вот, вернулась в Карпов, а тебя нет… Как так?»

Читая, я прихватил коктейль с подноса проходившего мимо моего шезлонга официанта, сказал «грасиас» и вернулся к смартфону. Ну как так, Марианка? А нечего было так надолго уезжать в Дубай. Я тоже, между прочим, грустил, что тебя нет.

Собственно, этим я сейчас и занимался: лежал на пляже, смотрел на лазурное море, грелся под жарким испанским солнышком, потягивал прохладные коктейли, которые мне время от времени подносили, и скучал по всем, кого рядом нет. Но тоску по родине мне помогал пережить ол инклюзив — вернее, супер-мега-лакшери ол инклюзив, ибо приютивший меня отель принадлежал маминому новому мужику, который оказался весьма ничего — по крайней мере, не скупился ни на что, лишь бы меня задобрить. Он словно доказывал мне, что моя матушка живет здесь хорошо и мне не нужно переживать, что он ее отобрал. Меня даже пару раз подмывало спросить «а зачем вам моя мама?» Она-то так вообще не подарок. Этими мыслями я поделился с отцом.

— Нормальный мужик, говоришь? — фыркнул батя. — Ну вот, теперь мне его еще больше жалко…

Отголосок беседы услышала матушка, которая в ответ попросила меня показать новую пассию отца. Ну я и показал родительницу Марианки. А фотки, как назло, были из Дубая, где две богини — одна помладше, другая постарше — сверкали роскошными прелестями на фоне «Бурдж аль-Араб».

— Бедная женщина, — сказала мама, придирчиво изучив шикарные загорелые формы этой бедняжки, — надеюсь, она понимает, во что ввязывается. На старости-то лет…

После чего я закончил играть в глухой телефон и предоставил любимым родителям общаться друг с другом самостоятельно, а сам уже привычно подхватив коктейльчик и отправился на песчаный пляж с лазурным морем — тосковать по родине, которую в спешке покинул.

Дана: «В Испании, значит?»

Я: «Ага.»

Дана: «И как там в Испании?»

Я: «Жарко…»

Вдогонку я выслал фотку улыбающегося себя. Ну а в том, что в кадр попали две молодые загоравшие топлес испанки, я совершенно не виноват.

Дана: «Смотрю, как обычно отрываешься по полной…»

Да если бы — люди вокруг отрывались куда лучше. На одном коврике по соседству тискалась парочка, на другом — семья устроила пикник, а про испанок топлес я вообще молчу. Казалось, на целом пляже только я и проводил время один, и компанию мне составлял лишь смартфон, где как назло регулярно мелькала одна уже набившая оскомину парочка.

Каждый день в ленте выпадал новый пост, начинавшийся неизменно одинаково: «Катерина и…» «Катерина и фонтан Треви», «Катерина и Флорентийский собор», «Катерина и Берлинская стена», «Катерина и Эйфелева башня», «Катерина и парк Гауди»… Прямо серия открыток «Катерина и…», по которой можно сделать целый путеводитель — «Катерина и ее лето в Европе». Этот увлеченный фотограф словно возил ее как ростовую куклу и запечатлевал на фоне всех мало-мальски значимых достопримечательностей. Причем на всех снимках она была снята исподтишка, как будто в попытке поймать самую ее искреннюю эмоцию — вот такая дурацкая фотосессия.

Вот зараза смотрит на Колизей, и у нее в глазах аж написано «и это все? Я думала, он больше». Затем досталось Берлинской стене — «а это что за обшарпанный забор, я б покрасила», Пизанской башне — «подержите ее кто-нибудь, а то упадет», кварталу Красных фонарей — «что за дешевый вертеп?» А вот на Эйфелеву башню ее величество смотрело с одобрением — видать, тут размер пришелся по вкусу. Не удивлюсь, если мини-копия появится вскоре около одного из наших отелей, как в каком-нибудь Вегасе.

К слову, Катерина тоже выкладывала снимки в своем аккаунте. Правда, отнюдь не «Мишель и…» У нее все было гораздо абстрактнее и вместе с тем практичнее. Вот, например, «закат над Сеной», где Мишель подавал ей руку, усаживая на кораблик. Или «утро у фонтана Треви», где заспанный Мишель, пробираясь сквозь толпу туристов, тащил ей кофе. Или «Испанская лестница», где Мишель чуть ли не в зубах нес ей розочку. Почти на каждом снимке карповский хулиган и ловелас появлялся в очень не характерной для себя роли — приносящим еду, подающим мороженое, дарящим цветы, открывающим дверцу машины, протягивающим руку в лодке. Лично я теперь проверял аккаунт Катерины только для того, чтобы наконец увидеть фотку, как он, стоя на коленях, будет вылизывать ей туфельки на фоне какой-нибудь достойной европейской достопримечательности.

А может, именно поэтому он и порвал с городом, где столько девчонок готовы ему дать по первому щелчку? Потому что в душе он скрытый мазохист, который нашел свою садистскую госпожу и сейчас отрывается вовсю? Ммм… Не знаю, вполне возможно. С этими двумя я больше ни в чем не был уверен.

В любом случае пару фоток в ее аккаунте, где мне особенно понравилось, как он прислуживал, я лайкнул. А что, не отказался бы от такого бесплатного разнорабочего в свой гостевой дом. Пару минут спустя я даже получил обратную связь от этого трудяги.

— Фотки в ее аккаунте, - пришло мне голосовое, — лайкать заканчивай!

— То есть ты не только официант, бариста, водитель, но еще и ее модератор? - уточнил я в ответ.

В общем, эти ребята делали мой день. Но не только они.

В чат упал новый снимок — Дана прислала свои голые ножки, которые сейчас ласкало море, словно намекая, чтобы я изучал ее загар, а не прелести лежавших неподалеку испанок. Правда, все самое интересное было скромно обрезано по середину бедра.

Я: «А повыше?»

Дана: «Конечно!»

И следом охотно прислала свою коварную мордашку. В кадр также попали плечи с двумя тонкими лямочками персикового цвета, вершины двух загорелых полушарий и начало дорожки декольте — приятно темной, как бы намекающей на глубину.

Я: «А пониже?»

Миг — и я опять получил ножки, в этот раз вообще одни ступни, нырнувшие в песок. Определенно, моя вредина сильно расслабилась, когда узнала, что я уехал в Испанию, а все подруги остались в Карпове. В общем, момент был подходящим.

Я: «А может, уже снимешь меня с паузы?»

Значок в чате замелькал, и я что-то даже заволновался.

Дана: «Возможно…»

Я: «А точнее?»

Дана: «Очень возможно…»

И вдогонку отправила теплое красное сердечко.

Хотя в гостях было хорошо, я уже отсчитывал дни до возвращения в Карпов.

Ep. 116. Дорога домой с максимальным комфортом

В целом, у Карпова есть много преимуществ: ласковое море, песчаные пляжи, жаркое солнце, красивые девчонки, курортная атмосфера — словом, «рай на земле», как его величают во всех туробзорах. Однако у этого рая имеются и недостатки — и главный из них: Карпов — это ни разу не транспортный хаб. Поэтому напрямую в него или из него можно добраться либо в такие же провинции, либо в столицу, которая для нас и является порталом связи с остальным миром. Так что, возвращаясь домой из Испании, я неминуемо засел на несколько часов в московском аэропорту и ждал сейчас опаздывающий рейс — что делало и так не близкий путь еще дольше.

Кто ожидает встретить знакомых в подобном месте? Однако вероятность велика, особенно если возвращаешься за пару дней до начала учебы. Разумеется, мне повезло — точнее, не очень. Сначала я услышал знакомый смех — женский и мужской, удивительно гармонично сплетающиеся друг с другом. И только затем увидел парочку наших селебрити, которые, казалось, не замечали никого вокруг. Они стояли обнявшись, глядя глаза в глаза — она гладила его пальчиками по щеке, а он держал ее за талию и, притягивая к себе, что-то шептал на ухо — отчего оба смеялись. Картинка выходила настолько типичной и настолько слащавой, что хоть сейчас продавай на какой-нибудь фотосток. Не успел я отвернуться, как вдруг парочка узрела меня и, перестав глазеть друг на друга, уставилась в мою сторону — как будто я был назойливый папарацци, снимавший их королевские задницы для таблоидов.