"Фантастика 2025-141". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Зубов Константин - Страница 1067

— Даже не представляю, — катая остатки вина по кружке, протянула Амина, — как ему придется попотеть, заслуживая прощение на этот раз…

— Да по-любому на этот раз сильно придется, — подхватили следом и остальные. — Скорей бы уже приехал и сделал что-нибудь. Хоть отдохнули бы все!

— Сегодня на привале, — подал голос Тим, — я спрашивал у него, приедет ли. Он сказал, что не собирается.

Интересно, а это было до того, как он стал высматривать задницы на моих снимках, или после?

— Ну раз не собирается, — без тени сомнения изрек народ, — значит, приедет в последний день. К этому-то времени точно соберется.

— А может, и раньше, — задумчиво добавил Тим. — Все-таки в этот раз мощно накосячил. Ума не приложу, как будет выкручиваться. Опять ей что-нибудь этакое подарит… громадное…

— Угу, — булькая пивом, бросил кто-то, — он по-другому и не умеет. Из-под земли достанет все, что она захочет…

— Еще вино есть? — чуть поморщилась Марианка.

— Кончилось, — Лизавета потрясла пустой бутылкой. — Хотя, если б Катерине захотелось бутылочку, не то что пивкомобиль, он бы сюда целый винолет пригнал. И поливал бы ее сверху…

Наша Венера резко поднялась.

— А ты куда? — не поняла Амина.

— Пойду пилочку поищу, — с кислой миной отозвалась та. — Не могу с таким, — и, помахав огрызком ногтя, унесла свою безупречную задницу в темноту.

Что, Марианка, опять просчиталась? А я ведь предлагал хлебнуть винца вдвоем, но ты сама выбрала хлебнуть чего погорше. Все-таки если делиться с другими, тебе одной достанется весьма мало — а вот не делилась бы, глядишь, и ночевала бы не в холодной палатке трезвая, а пьяненькая в чьих-нибудь объятиях, и на сломанный ноготь тебе было бы глубоко плевать. Так что бери пример с Катерины: эта свое никому не отдает — все себе забирает.

Стоило о ней подумать, как Императрица наконец соизволила почтить нас своим присутствием. Народ, заметив появившееся из мрака величество, аж испуганно попрятал пустые и полные банки, чтобы она не увидела последствий сего мелкого бунта. Но зараза не увидела или сделала вид, что не увидела.

— Вы до скольки собрались сидеть? — царственный взор остановился на костре, и тот чуть сам не потух от такого давления. — Досидитесь допоздна — голова будет болеть.

Судя по мрачному фейсу, голова у нее и так болела не переставая. Надеюсь, к утру заболят еще и ноги — хоть какое-то отмщение за всех остальных.

— Расходитесь, завтра рано вставать, — бескомпромиссно известила Катерина. — Будет сюрприз, — и удалилась.

— Обалденный отдых… — еле слышно пробурчал кто-то.

— Я уже боюсь ее сюрпризов, — вздохнула Амина.

Как оказалось, не зря.

Ночь я почти не спал, только на этой турбазе оценив, как был неосмотрителен, когда смеялся над удобствами прошлого глэмпинга. Именно тут я в полной мере прочувствовал роскошь деревянной избушки по сравнению с обдуваемой ветром палаткой, роскошь одиночества по сравнению с храпом соседей, которых отправили в ту же палатку. Вообще, отдых на природе представлялся мне как-то романтичнее: посиделки у костра с песнями и разговорами по душам, ночные купания голышом, пары становятся ближе, уединяются по кустам и палаткам — но в этом походе пока что меня сосали только комары. Зато сосали щедро — места живого не оставили. Однако все это было мелочами по сравнению с тем, что ждало нас дальше.

Следующим утром оказалось, что испытания еще не закончились, и все, кто любят родную природу, должны выдержать как минимум еще один этап этой любви.

— Самый короткий маршрут, — сообщила зараза, останавливаясь у края скалы.

— Ты уверена? — опасливо спросил ее кузен. — Вот по этому обрыву?

— Какой это обрыв, — отмахнулась она. — Тропа пройдена уже тысячи раз, — и, подавая пример, уверенно почесала по узкой крутой дорожке, извилисто уходящей вниз.

С тем же успехом можно было просто сброситься с горы — уровень комфорта выходил примерно одинаковым, да еще и получится быстрее. Интересно, сколько из тысячи так и поступили?

Эх, по-хорошему тут бы всем развернуться и пойти в другую сторону. Но двадцать семь километров останавливали от такого — тем более никто не был уверен, что без нее найдет путь обратно, а с учетом того, что сеть и GPS в этой заднице не ловили, выбираться нам тогда придется по звездам.

— Давайте пошустрее, — не оборачиваясь, бросил наш невыносимый проводник. — Сюрприз ждет внизу.

— То есть это еще не сюрприз? — пробормотала Амина, хватаясь за острый выступ скалы. — Что-то мне совсем страшно…

И мы стали спускаться крутой горной тропой к шумящей внизу реке. Конечно, спускаться не подниматься, но без подготовки это оказалось тем еще челленджем. Вокруг кряхтели, постанывали, царапали ладони о камни и ругали Катерину — но очень-очень тихо, чтобы ненароком не услышала. В принципе, повторялось то, что было зимой в отеле «Престиж»: с каждым днем, что не приезжал этот мудак, ее характер становился все невыносимее, а развлечения — все экстремальнее, все опаснее для окружающих. Она словно бы наказывала всех за него. Если он не приедет сегодня, что она придумает завтра? Заставит всех прыгать со скалы с парашютом? А послезавтра уже и без?

Даже не замедляясь, чтобы дождаться остальных, зараза целеустремленно шагала впереди. Раньше, когда мы с ней еще были близки, мы ходили рядом, на одном уровне — теперь же она всех держала вдалеке, никого не подпуская, вынуждая всех плестись позади. Высокомерная, отстраненная, словно окруженная стеной раздувшегося эго, сквозь которое просто так не пробиться. И пока эта толпа будет беспрекословно за ней ходить, пока ее прихоти будут поощрять, а ее саму слушать, пока Мишель будет бегать, бегать, бегать от нее и все равно прибегать обратно — пока все это так, она и останется такой. И ничего с этим не поделать.

Наконец мы одолели гору и спустились к небольшому причалу у ее подножия — тут-то нас и ждал обещанный сюрприз. Увы, не кораблик, который с комфортом перевезет на ту сторону. Сюрпризом оказалась лодочная станция, где давали в аренду двухместные байдарки.

— Распределяйтесь парами и поехали, — отдал команду наш кровожадный полководец.

Такое ощущение, что это величество придумывало все более изощренные способы убить свой народ.

Само собой, в пару к Императрице не рвался никто. Она поджала губы, но сделала вид, что так и рассчитано.

— А ты что одна поедешь? — спросила Амина, чья лодка аж накренилась под тяжестью Принца.

— Я справлюсь, — отсекла зараза. — Сами не перевернитесь.

В этот миг ко мне подошла одна голубоглазая кокетка, которой уже половина присутствующих предложила свои байдарки, но честь прокатить ее идеальную задницу, судя по всему, выпала именно мне.

— Подвезешь меня? Кто-то должен спасти эту красоту, — она игриво помахала рукой с четырьмя целыми коготками и одним обломком.

Что, Марианка, много думала, пилила ноготь всю ночь и сделала выводы?

— Не преувеличивай, — бросила усаживающаяся в лодку по соседству Катерина, — это не какая-то пытка, а всего лишь отдых на природе.

— Которым, — проворковала наша Венера, — в этот раз ты наслаждаешься в одиночку. Видимо, не такое уж и удовольствие, раз никто не рвется…

И с милой улыбочкой уставилась на Императрицу, чье лицо за мгновение стало каменной маской. Ой, Марианка, любишь же ты порхать по минному полю.

— Роман, — ее величество повернулось ко мне, — поедешь со мной? И правда, одной может быть небезопасно.

— Но я первая его позвала, — запротестовала Марианка.

— Позовешь кого-нибудь еще, — отрезала ее несносная подружка. — У тебя никогда с этим не было проблем.

Ох, как бы дракой не закончилось…

— Да как скажешь, — с легкой досадой сдалась красотка и отошла, оставив меня с подругой детства наедине.

Что, Марианка, так и будешь пасовать? А потом ведь опять будешь страдать, почему все всегда Катерине…