Апельсинки для Осинкина (СИ) - Соловьева Елена - Страница 18

Странно…

Заглянув в окна, я заметил, что кровати девочек уже заправлены. И на кухне никого. Только я, дурак, брожу под окнами, как какой-нибудь отъявленный маньяк.

Соседка, Марина Ивановна, подумала так же.

— Чего это ты в окна заглядываешь? — раздался из-за кустов пионов ее хрипловатый, полный возмущения голос. — Своровать чего хочешь?

— Что вы, Марина Ивановна, я честный человек, — возразил и, демонстративно кивнув, поздоровался: — Доброго утречка. Кстати, спасибо вам за бдительность. С такими соседями действительно ни один вор не страшен.

Женщина распрямилась и, уперев руки в бока, глянула на меня неодобрительно:

— Порядочные люди не заглядывают в чужие окна.

— Абсолютно согласен, — проговорил я. — Надо было в дверь постучать, но разбудить боялся. Теперь вот вижу, дома никого. Не знаете, куда девчонки подались с утра пораньше?

— Тебе зачем знать? — не сдавалась бойкая и предусмотрительная соседка.

— Переживаю за них, — честно признался я.

Стоило увидеть заправленные кровати, как что-то кольнуло в сердце. На здоровье я никогда прежде не жаловался. Да и слишком мнительным не был. Для моей профессии это непозволительно. Но вот сейчас… Предчувствие надвигающейся беды не оставляло.

— А чего переживать? — соседка удивленно пожала плечами. — В город они поехали. На автобусе.

— Спасибо! — поблагодарил я.

Резко сорвался с места и помчался к машине. Видел я этот сельский автобус – настоящая развалюха на колесах. Неудивительно, что меня одолело плохое предчувствие. Хорошо, если на запчасти по дороге развалится, а если чего похуже?

На остановке уже никого не было — не успел.

Прибавил газу, и вот за поворотом мелькнул желтый бок. Автобус несся по дороге с поразительной для этого железного ведра прытью. Почти сразу стало ясно — что-то пошло не так. Вместо того чтобы притормозить перед мостом, автобус резко свернул и понесся вниз. Вписался в дерево и только после этого остановился.

Я видел много аварий на своем веку. Попадал в такие ситуации, что просто чудом выходил из них живым. Но одно дело я, и совсем другое — Русалочка и Апельсинки. Клянусь, за тот миг, что автобус летел под откос, у меня перед глазами вся жизнь пронеслась, а в волосах прибавилось седых прядей. Я бы не простил себе, если с ними что-то случилось. Но и предотвратить аварию не смог.

Но постарался предотвратить последствия.

Я никогда не был набожным, опять же, профессия не позволяла. Но сейчас молился всем богам, кого сумел вспомнить. А когда увидел Ариэль и девочек целыми и невредимыми, испытал огромное облегчение.

Но расслабляться было рано.

Автобус только чудом держался на месте и не съезжал дальше под откос. Пришлось поторопиться, чтобы все пассажиры скорее выбрались. Их было немного, и только бабка со вставной челюстью (точнее, теперь без нее) создала проволочку. Но и это поправимо.

А вот водителю пришлось хуже всех. Можно сказать, этот Слава принял весь удар на себя. Я аккуратно вытащил его из кабины. Принюхался на всякий случай, зная о любви местного водилы к крепким напиткам. Но нет, в этот день он не злоупотреблял. Выходит — все дело в старой развалюхе.

Ариэль сказала, что Славик был опытным механиком и не вышел бы на линию с поломкой. Это огромный повод задуматься. Пугать Русалочку и Апельсинок не хотелось, но я был вынужден задать важный вопрос:

— По дороге не случилось ничего подозрительного?

Глава 25

Андрей

— Да нет… Ничего такого, — подумав, сказала Русалочка. — Только если…

Она нахмурила рыжие бровки и поджала губы.

— Договаривай, — попросил я. — Любое случайное, на первый взгляд, происшествие может оказаться неслучайным. Чтобы разобраться в произошедшем, стоит учесть все детали.

— Когда мы ждали автобус, мимо остановки проехал Федор Грибов, — выдохнула она, понизив голос до шепота. Как видно, моя Русалочка все еще опасалась этого ублюдка. — Андрюш, он просто проехал мимо, ничего не сказав и даже не притормозив.

— Но вполне мог убедиться, что вы поедете именно на этом автобусе в этот рейс, — заметил я.

— Попахивает паранойей, — заметила Ариэль. — Я накрутила себя, а теперь еще и тебя. Федор Грибов просто проехал мимо. Не стоило вообще говорить это.

Взяв ее за руку, я крепко пожал узкую ладошку.

— Не зря, Русалочка, совсем не зря, — предупредил осторожно. — Поверь: если тебе что-то кажется, скорее всего, тебе это не кажется. Только благодаря этому правилу я много раз выходил из таких ситуаций, из которых, казалось, выбраться невозможно. Будем придерживаться этой теории и теперь.

— Хорошо, — сдалась Ариэль. — тебе виднее. Только… Прошу, будь осторожнее. Не связывайся лишний раз с Грибовым, он злопамятный.

В последнем я не сомневался. Именно поэтому основное подозрение пало на Грибова. Если кто и мог отыграться на беззащитной женщине и ее детях, то только он. Ко мне бы этот жалкий трус не сунулся.

Одно огорчало: доказательств вины Грибова не было никаких, кроме моих подозрений. Предъявить было нечего. Но это пока.

Одному расследовать такие дела сложно, к тому же, за прошедшие годы я слегка утратил боевую хватку. Местной полиции не доверял. Зато нашелся отличный повод пообщаться с бывшим сослуживцем. Тимур Волков дослужился до начальника управления МЧС и заслужил звание полковника не за красивые глаза. Ведомственные награды ― тому подтверждение.

Кратко обрисовав ситуацию, я попросил Тимура приехать.

— Чую, Андрюха, у тебя там еще та чрезвычайная ситуация, — заявил Тимур. — Попробую прибыть лично. А ребят попрошу осмотреть автобус.

— Только все надо сделать по-тихому, — попросил я. — Село маленькое, сплетни расползаются быстро. Не спугнуть бы мерзавца.

— Будет сделано, — пообещал Тим. — Говоришь, там воздух свежий и рыбалка? А банька есть?

— Последнее не обещаю, — усмехнулся я, припомнив случай с Антониной. — Но досуг обеспечу.

Своей бани у меня еще нет, а отправлять Тимку к местным женщинам чревато. Они ж его на сувениры разберут. Двухметровый, широкоплечий, да к тому же голубоглазый сослуживец всегда пользовался повышенным спросом у женщин. А теперь к тому же заматерел, окреп совершенно, да и ума-разума набрался. Больше в сомнительные авантюры не ввязывается.

Почти никогда…

— Заметано, за пару дней раскидаю дела и тоже возьму небольшой отпуск, — пообещал верный товарищ, — давно не отдыхал. Да и увидеться лишний раз не помешает. Автобусом тоже сам займусь, опыт имеется.

На том и сговорились.

Автобус, кстати, со дна реки никто поднимать не собирался. Ни о какой экспертизе не велось даже речи. И администрация, и местная полиция махнули рукой на железяку. Только местные бабки причитали, что теперь им не на чем в город ездить. Самые активные (а их по селу немало) писали жалобы. Администрация сдалась и пообещала выделить новый автобус.

Когда – не известно.

Это больше всего расстроило Славика, когда он пришел в себя. Водитель чувствовал себя виноватым, хотя его никто открыто не обвинял. Аварию списали на технические неисправности транспорта, который, в принципе, давно стоило сдать на металлолом.

— Вот те крест! — клялся мне Славик, когда я навестил его в больнице. — Перед отправкой я все проверил-перепроверил. Дядя Слава хороший механик, ты не думай. Да и моя старушка… Она б еще пятьдесят лет оттарабанила, кабы не затонула.

Славик непритворно пустил слезу, сожалея о затонувшей железной подруге, служившей селу верой и правдой.

— Верю, — признался я. Славик действительно не походил на пустослова. — Говоришь, перепроверил все… А после этого отходил от автобуса?

Дядя Слава задумчиво пошкрябал заросший колючей щетиной подбородок:

— Да за пирожками забежал к соседке, она мне всегда в дорогу собирает. Еще и чай в термосе выдает. А я ей за это по хозяйству помогаю.

— Понятно, — кивнул я. — Долго тебя не было?