Профессия – превращатели! (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 42

— Да тише ты! — оборвал соратника Тит.

Обмен качественного оружия на янтарь был самой тихой, тайной частью его сделок, не в курсе была даже большая часть команды. Именно на этих сделках он и сумел так быстро разбогатеть. И он совершенно не собирался делать это всеобщим достоянием.

— Я так понимаю, команда у тебя сражений не боится, Тит? — оскалившись в своей знаменитой усмешке, спросил Волк.

— С любым из вас один на один моим не тягаться, — признал тот очевидный факт. — Но крови не боятся, ни своей, ни чужой, и пускать её умеют. С другой командой по рекам в землях скифов ходить не стоит.

— Вот и хорошо. Денег у тебя тоже хватает, — продолжил Мгели. — Так что ты, наверняка, подумывал о расширении своего дела. Вот только подходящего капитана не находил.

— Уж не себя ли ты хочешь предложить? — пошутил торговец. И осекся, увидев реакцию. — Ты что, Савлак? Нет, командир абордажников из тебя классный. Лучший, из всех, кого я знаю. Но ведь есть ещё и навигация…

— И сама торговля, что не менее важно! — согласился Мгели. — Для торговли есть Алкей, младший брат твоей жены. Все говорят, что парень он толковый. Если ещё младшего навигатора отдашь, то лучше ничего и не надо. И матросов из своей нынешней команды можешь добавить, мне так будет проще, а тебе — спокойнее!

«Сволочь!» — подумал капитан и владелец «Чёрного дельфина» с внезапно нахлынувшим ожесточением. — «Думает, что припёр меня к стенке, и всё уже решено. А вот подам крикну я сейчас команде и возьмём их в мечи. Да, бойцы они отменные, но их всего трое, а моих ребят тут две дюжины сидит. Не отмашутся и не вырвутся!»

Не то, чтобы идея Волка ему не нравилась, просто такой у него был характер — не любил, когда его к чему-то принуждают. Слегка повернув голову, он заметил, что игрок в кости внезапно покинул свой столик и оказался рядом с его помощником. Внешне всё выглядело невинно, ну приспичило человеку отлить после выпитого, мало ли? Но опыт говорил моряку, что человек этот контролирует его помощника. Интересно, где он прячет нож? Синопский чуть сместил взгляд, и увидел, что Боцман и Гоплит уже держат клинки в руках. Нет, не мечи, так и оставшиеся в ножнах, а небольшие ножи, которые несложно спрятать в потайных ножнах.

— Это — небольшая страховка, Тит, — тихо сказал Савлак. Умение Полуперса играть в нарды не раз приносило им пользу. Благодаря этому дару, тот быстро становился своим в любой таверне и на постоялых дворах, да и дотянуть до возвращения Тита это тоже помогло, прихваченные денежки и пуговицы уже закончились. — Извини, но я помню твой характер. Ты не только давления со стороны не любишь. Любое предложение, которое ты не принимаешь сразу, обречено на отказ, такой уж ты человек. А моё предложение весьма серьёзно и будет выгодно нам обоим. Вот я и хочу, чтобы ты не вспылил, а тщательно всё обдумал и прямо сейчас. Потому что если руки пожмём, то заднего хода ты уже не дашь…

— А если я, и тщательно обдумав, всё равно откажу? — криво усмехнулся бывший соратник. — Отпустишь, что ли?

— А куда мне деваться? — с деланым простодушием удивился Мгели. — Ты здесь — полноправный гражданин, а мы — бродяги безродные. Если прирежем тебя, нам трудно придётся, скорее всего, что твои же ребята нас и убьют. А нет — так городские власти казнят. Так что ножами грозить пришлось, чтобы ты дурить не начал. В остальном же я полагаюсь на твой разум и корысть.

Тит расслабился, усмехнулся уже по-доброму, налил и опустошил ещё одну кружку охлажденного и разбавленного, после чего огладил бороду и предложил:

— Ну, рассказывай детали.

— Всё просто. Скоро из гавани Трапезунда хлынет поток уникальных товаров. Клинки, не уступающие по качеству иберийским махайрам. Сладости, отличные крашеные ткани, сосуды из цветного, но прозрачного стекла, лучше того, что финикийцы продают. Вкусные, сладкие и крепкие вина и другие хмельные напитки…

— Допустим, — криво усмехнулся торговец. — И я верю, что ты укажешь, к кому обращаться, чтобы закупать эти товары напрямую. Но скажи мне, прежде, чем мы пожмём руки, почему ты решил торговать, а не грабить. Постарел, что ли?

— А я и пограблю! — вернул усмешку Волк. — Только позже. Речь идёт о сотнях добавочных кораблей в год, Тит. Часть из них будет просто с дорогим товаром. Но некоторые — с очень дорогим. Вот я и хочу посмотреть на эту торговлю изнутри, завести там своих людей… А дальше… Ты прав, есть товар, который лучше добывать не золотом да серебром, а острым железом.

— Да что ты ему объясняешь, командир? — удивился Боцман. — Когда до дела дойдёт, он сам не захочет в стороне оставаться. Такой куш светит!

* * *

Как там говорится в сказках? «Ты меня сперва напои, накорми, баньку протопи, а потом уж и расспрашивай!»

Редкий случай, но в жизни всё получилось почти как в сказке. Прибыли мы незадолго до обеда и для начала сходили в баньку. Нет, попариться со вкусом времени не было, но отмылись дочиста. Потом переоделись во всё чистое и двинули на «малый пир». Почему малый? А пировать тут принято вечерами. Но иногда могут устроить праздничный обед, совмещенный с умеренной выпивкой и разговорами.

Все разговоры, впрочем, свелись к рассказу широкой общественности о нашей поездке, сопровождающих её приключениях и царском суде. Я отметил, что денежную составляющую Долинный аккуратно опускал. Если задуматься, то создавалось впечатление, что богатые дары храмам, двору и царю «соткались из воздуха». Никакого Русы и никакой химии там будто и не было. Не упомянул он и о предстоящей войне за земли «диких колхов». Впрочем, тут я с ним согласен, незачем про это языком трепать, чтобы не «утекло» раньше времени.

Зато было широко, ярко и с разных сторон освещено, как греческие и персидские мудрецы поражались моей разумности и знаниям. А заодно рассказал он и про то, что я учил принцев и детей аристократии. Поэтому, когда мне дали короткое слово для тоста, я предложил:

— Давайте выпьем за школу. За то, что школа появится не только в столице, но и у нас, на Хураздане. Мы освоили химию и сталеварение, освоим и механику. Это — очень уважаемые умения, но они требуют знаний. Знания — истинное богатство, и я верю, что боги и предки щедро одарят им род Еркатов!

* * *

Представляете, эти сволочи-родственник так и не дали мне наедине с Софией пообщаться. Как будто сами молодыми не были и не понимают. Так, удалось найти уголок и позажиматься минут пять. Поцелуйчики, объятия, лихорадочный жаркий шёпот — этим и пришлось ограничиться.

А потом — заседание Штаба расширенным составом. Оба деда, староста, Долинный, представитель от Озёрных и, к моему удивлению, Азнаур — мой двоюродный дядя и глава сталеваров.

А из молодых — я с братом и Софией и — опаньки — Пузырь. Интересный состав, ничего не скажешь.

— Производители бумаги и добытчики торфа с Севана не успели! — добил меня дед. — А Озерные сказали, что им сейчас не до нас, урожай все силы отнимает. Так что, давайте, голуби мои, рассказывайте!

— Что? — не «въехал» Долинный.

— То, о чём при всех говорить не стали.

— Да что там рассказывать? — закряхтел глава кузнецов, доставая копию карты, выданную советниками царя. И коротко, всего минут за семь поведал про грядущую войну за новые земли, про соседей-ветеранов, которые нам станут и щитом и царскими контролёрами и про то, почему об этом не стал говорить при всех.

— Ясно! — нетерпеливо махнул рукой Гайк. — А теперь о главном давайте.

Редкий случай, но растерялся не только Долинный, но и я.

— Девочка моя, — ласково обратился дед к моей Софии. — Вешай теперь свою карту. И таблицу. Может, хоть это им поможет им понять, о чём умные люди спрашивают?

И действительно, брат с моей девочкой откуда-то извлекли карту, свёрнутую в здоровенный рулон, развернули и прикрепили на стену. Ого! Нет, я, конечно, писал сюда и просил собрать пробы воды из того ручейка, на старице которого и собирали самый чистый лимонит, вверх до самого истока. Причем не только с него, но и со всех притоков. Но эти…ммм… уникумы… сделали куда больше. Они нарисовали карту ручейка со всеми притоками и их окружением, пометили на ней старицы и приметные объекты, а также точками и номерами указали, где какая проба взята.