Служанка царского лекаря (СИ) - Семина Дия - Страница 26

В покоях царя, как и предполагалось, хозяйничает Евдокия Гордеева, подумать только, сколько наглости у девицы, посмела заявить об адвокате. Надо же, какая дерзкая, вся в своего отца. Орлов решил не вмешиваться, если девица угробит Его Величество, то его вины в этом уже нет.

Останется сказать: «Я предупреждал!».

Вторая опасная выскочка оградилась от посетителей охраной, Элейн своего не упустит, явно приготовила ловушки. С такими мыслями тайный советник прошёл к элитным покоям своей бывшей любовницы, крепкие лакеи не посмели оказать сопротивление, и сами открыли дверь.

Графиня словно ждала этой встречи, в шикарном платье, встревоженная и манящая кинулась навстречу, театрально заламывая руки, простонала:

— Ах! Милый, я напугана, на меня ночью напал этот колдун Волков, но ваши люди…

Орлов поднял руку, предлагая замолчать, и, не глядя в её опасные глаза, перешёл к делу:

— Элейн, как ты посмела вредить царю, и меня впутать в это смертельно опасное дело? Мои люди тебя видели в покоях царя ночью, это ужасное обвинение! Не запирайся, из дворца тебе живой не выйти, ты обрекла себя на виселицу.

Графиня остановилась, вздохнула так, что её пышный бюст, зажатый в тесном корсете, призывно вздрогнул, а сладенький голосок пропел очередную угрозу:

— Я готова к такому развитию событий. Но готов ли к ним ты? Твои охранники избили князя Волкова и сбросили умирать. Они и рта не посмеют открыть против меня! Думаешь, я теряла это время, сидела и переживала?

Прекрасное личико сияет свежестью, улыбка завораживает, но это лишь дурман, каким она привыкла соблазнять.

— Что ты сделала?

— Отправила твоё досье кому следует. Если не хочешь по-хорошему, будет так, как есть на самом деле. Ты и твои подручные убили лекаря, единственного, способного спасти царя. Кроме того, в бумагах, есть доказательства, что ты убил своего отца, отравил немецким ядом, чтобы занять его пост и место в обществе, а вину свалил на знахаря. Я всегда выбираю любовников с душком, ими проще управлять в своих интересах. А от вас, Ваше Сиятельство — разит смрадом.

Орлов вспыхнул бешенством, но подойти к опасной женщине не решился, она полна сюрпризов, насквозь ядовита, но в словах не сдержался:

— Я тебя придушу, тварь! Не жилось спокойно? Богата, красива, умна. Приключений захотелось? Шпионка чёртова.

— Мотив всегда один — деньги, я неплохо зарабатывала на чужих тайнах. Да, я графиня, вдова, но у меня ничего нет, кроме красоты, ума и дара. Смотри мне в глаза. Ты сейчас пойдёшь и признаёшься Её Величеству, что продался немецкой разведке, что по твоему приказу травили царя. Что это ты убил лекаря, и угрожаешь мне расправой, потому что я тебя уличила в преступлениях!

Голос любовницы изменился, стал низким, бархатистым, проникающим в сознание и заставляющим делать то, чего она желает.

Орлов, стиснув зубы, кинулся к ней в последний момент, пока разум ещё позволял сопротивляться, наотмашь ударил по лицу. Элейн вскрикнула и упала навзничь.

— Где ты держишь яд? Где? А, в корсете, глупая баба, думаешь, я на такой должности не научился сопротивляться?

Советник вскрыл флакон с ядом, надавил на щёки сопернице и вылил всё до последней капли в рот.

— Твоё досье — чепуха, ему никто не поверит. Ты английская шпионка. А вот этот флакон я, пожалуй, заберу, противоядие тебе не нужно, моя девочка. Прощального поцелуя не будет. Покойся с миром.

Кинул пустой флакон под кресло, отряхнулся и поспешно вышел через французское окно, небольшой террасы первого этажа.

— Если всё вышло из-под контроля, то пора возглавить новый Крестовый поход на ведьм, шпионов и предателей, — успокоил сам себя, унял дрожь в руках и поспешил в свой кабинет, закручивать гайки и рубить сети заговорщиков с плеча и наотмашь.

Через несколько минут во дворце началась «операция» по перехвату злосчастного конверта графини.

— Корреспонденцию доставляют утром, эта женщина похитила ценные бумаги и может спровоцировать грандиозный скандал. Ваша задача — проверить все канцелярии, и все адреса, допросить с особым пристрастием её личных лакеев, камеристок, секретарей, всех, кто мог утром отвезти пакет с ложным донесением. Нас втягивают в войну. Найдите все письма графини Элейн за последние дни.

Адъютант, стоя перед Его Сиятельством, нервно сглотнул, в последние сутки дворец напоминает улей с разъярёнными пчёлами. Очень не хочется в такой ситуации ещё и конверт искать, а ещё более не хочется его упустить. Поклонился и помчался искать иголку в стоге сена.

Через два часа адъютант вернулся с подробным отчётом и тремя незначительными записками от графини частным лицам.

— Вот, это всё. В её покоях провели обыск, она сказала перед смертью, что сама выпила яд.

— Вот как? Так и сказала.

— Да, Ваше Сиятельство и в её покоях пряталась рыжая девица, она пыталась помочь, но не успела.

— Эта пройдоха везде свой нос всунет, она и отравила? А хотя, плевать.

— Простите, Ваше Сиятельство, в покоях графини нашли тайник с документами, о вас в них ни слова, но много очень провокационных документов. Элейн Томанс — английская шпионка, и она обрабатывала дипломатическое ведомство. Там сейчас сама царица наводит порядок, да такой, что многие молят о скорейшем возвращении в строй Его Величества.

Орлов благостно улыбнулся. Угрозы Элейн не более чем блеф. И она взяла вину на себя во всём.

— А лекарь? Живой?

— К несчастью, да. Но он не знает, кто на него напал, наши люди сказали, что в момент задержания с ним была как раз графиня, эту вину мы тоже свалим на неё, скажем, что это её люди совершили покушение. Мёртвым уже всё равно. А наши парни уже покинули столицу.

Орлов прикрыл глаза и впервые ощутил, как это прекрасно, чувствовать себя абсолютно невиновным и свободным.

— Пожалуй, поеду домой, сутки на ногах. Раз царица решила поиграть в палача и канцлера, то пусть развлекается, пока её супруг приходит в себя. Чуть позже сделаю доклад, покаюсь, скажу, что догадывался о яде, и искал отравительницу, потому и подумал на рыжую ведьму. Распорядись, чтобы подали карету.

Адъютант довольный, что и его не коснулась буря, поклонился и поспешил исполнять приказ.

Через полчаса довольный собой тайный советник приехал домой, приказал подготовить ванну, заказать в ресторане ужин и не тревожить его.

Промелькнула мысль, почему жена не вышла, как она обычно встречает его.

— Наверное, сидит и дуется в своей комнатке, после вчерашнего побега с Элейн, да и пусть, надоела, — вошёл в кабинет и замер от неожиданности, за его рабочим столом сидит нарядная княгиня Орлова и улыбается.

— Ольга Дмитриевна? Что вы делаете в моём кабинете, здесь хранятся бумаги государственной важности, потрудитесь выйти и оставить меня в покое до завтра.

— Я потрудилась оставить вас в покое навсегда, — слишком уверенным голосом парировала, откинулась на спинку кресла и улыбнулась.

Князю не понравился этот внезапный бунт.

— Что это значит? Хотите развод? Вы же понимаете, что после развода, вам одна дорога — в монастырь, моя жизнь даже не изменится.

— Да, неужели? Ошибаетесь, бесценный, супруг мой! Сегодня я получила конверт с вашим досье от вашей же любовницы. Я ненавидела её, вас, и вашу пошлую интрижку, из-за которой надо мной все смеялись, и я вынуждена была оставить свет, запереться дома. После неё ещё одна любовница, и другая. Вы всегда обвиняете во всех грехах — ведьм, и сами же с ними спите. Но сколько верёвочке не виться, а конец всё равно объявился.

— К-какой конверт? — он не поверил словам жены. Такого быть не может, чтобы вот так Элейн решила отправить досье не кому-нибудь, а жене.

— Тот самый, который вы сегодня с таким усердием искали. В своей записке графиня написала, что это очень важно, и вы перехватите все бумаги, и все каналы переписки, кроме меня, потому что меня вы считаете пустым местом, женщиной не способной ни на что. Вот я и отвезла эти бумаги лично Её Величеству, только что вернулась. Нет, не смотри так, если бы там не было очевидных фактов, а только намёки, я бы так не поступила. Но ты отравил отца, своего отца! Ты хотел отравить меня. А про политические интриги и вовсе молчу…