Лишняя дочь. Наследство с прицепом (СИ) - Элиме Валентина - Страница 13

− Лиззи, постой! Дочка как же так? – услышала я в спину завывания женщины, но не стала останавливаться, как и оборачиваться. Хватит, наслушалась.

Заметила только то, как путь им преградила Эйвари, дальше мои глаза застлали горькие слезы. Только плакать это не в моих правилах. Семья Карнесс отреклась от своего ребенка и на меня они не имели никаких прав. Да и возраст Лиззи позволял уйти ей в самостоятельное плаванье. В этом плане я могла быть спокойна. Никто не вломится в таверну Бартли и не заберет меня под конвоем, как и не доставит Эйвари хлопот.

В тот день меня никто не побеспокоил, только Эйвари принесла обед, затем унесла его обратно. То же случилось и с ужином. Аппетита не было, как и желания что-то делать. Правда, вечером я все же вышла в зал. Мне хотелось убедиться, что родители Элизы поняли мои слова и Тамиэля я сегодня в таверне не увижу. Улыбалась посетителям, принимала заказы и носила полные кружки пива, изредка поглядывая на дверь. В душе и на сердце был полный раздрай. Я и сама не понимала, что хочу и что мне делать дальше. Останусь здесь, то не только у меня, но и у Эйвари могут быть проблемы. Не думаю, что Тамиэль так просто успокоится. Уйти прямо сейчас я тоже не могла. У меня не было не только монет для жизни в другом городе, даже сменного белья своего личного. Все мне дала хозяйка таверны. Нужно было отработать еще немного, хотя бы за ее доброту и помощь.

− На сегодня все, Вета, − пришла в себя от того, что кто-то тронул меня за плечо. Бартли смотрела на меня с беспокойством. – Иди, отдыхай, а то ты весь вечер сама не своя.

На жесткой постели мне не спалось. Я смотрела в потолок, куда из крошечного окна попадал свет луны. На улице заморосил дождь, убаюкивая, но в голову лезли разные мысли и крутились бешеным хороводом, все наращивая и наращивая темп. О чем бы я не думала, все упиралось в таверну Бартли. Пока это было тем самым местом, где я не только нашла пристанище, но и помощь, понимание. К Эйвари я тоже привыкла, как и другим работникам. Они для меня стали семьей, за неимением другой.

Внизу тем временем хлопнули двери и заскрипел засов, после звук удаляющихся шагов и чуть погодя установилась тишина. В таверне остались только я и Эйвари. Все работники Бартли были приходящими. Подождав еще немного времени, я выбралась из своей каморки и направилась на кухню. Захотелось чего-то сладенького, но пирог с ягодами я сразу отвергла. Вспомнив, как мама учила меня готовить блинчики, тонкие, ажурные, захотела повторить.

Блины я любила и заворачивала их разными начинками. Поэтому заново растопила печь и на краю поставила сковородку, чтобы потихоньку нагревалась. Сама начала смешивать необходимые ингредиенты для теста. Взбила пару яиц, добавляя сахар, до тех пор, пока не начала появляться пенка, после влила простоквашу и высыпала муку, заранее просеянную, чтобы она хоть немного была насыщена кислородом. Когда не осталось комочков, добавила столько же теплого молока, сколько и простокваши. Долго размешивала, чтобы консистенция стала однородной. Тесто получилось то, что надо: без комочков и в меру жидкое. Улыбнувшись самой себе, что дела шли как надо, начала печь блинчики. Из-за жидкого теста они получались не только тонкие, но и ажурные. И я пекла блины, чтобы не думать о родителях Элизы. Наливала тесто на сковородку, уже через пару секунд переворачивала и на тарелке оказывался очередной золотистый блинчик. И так раз за разом. Правда, не думать о чете Карнесс и не вспоминать их слова удавалось с трудом. Погрузившись в думу, сама не заметила, как сожгла последний. Пришлось отдать ее свиньям.

Блинчики я напекла целую горку, но на этом не остановилась. Пока они были горячие, с пылу с жару, натерла сыр и завернула блинчики конвертиком. Чтобы сыр расплавился и стал тягучим, еще раз положила их на сковороду. Я любила, когда откусывала кусок, а сыр тянулся и тянулся. Заодно достала сметану, обрадовавшись тому, что аппетит снова вернулся ко мне. Только едва я успела откусить кусочек блинчика и чуть не обжечься, как за спиной услышала шаги.

− Это еще что такое? – от грозного голоса Эйвари у меня кусок в горле застрял.

Хозяйка таверны очень трепетно относилась к своей кухне и мало кому разрешала на ней хозяйничать. Я же полезла на ее территорию без спроса и разрешения. Пока я пыталась проглотить застрявший в горле комок, женщина присела напротив меня и взялась за блинчик с сыром. Откусила, прожевала, поиграла бровями, кидая в мою сторону странные взгляды, после взялась за второй конвертик.

− Повторю свой вопрос Вета: что это такое? – Эйвари сунула мне чуть ли не под нос мои же блинчики, а сама продолжила уплетать их.

− Блинчики с сыром, − наконец-то, прожевав и проглотив то, что было во рту к моменту прихода Эйвари, выговорила я.

Хозяйка таверны доела второй блинчик, замычала от удовольствия и взялась за третий. Его тоже не стало за считанные секунды. Я еле успела ухватить себе один блинчик, когда на тарелке не осталось ни одного конвертика.

− Один золотой! – Эйвари хлопнула по столу, не моргая глядя на блинчик передо мной и чуть ли не капая слюной.

Я медленно подвинула тарелку в ее сторону. Думаю, поправиться Бартли не грозит, я же для себя могла напечь еще. Все же золотой на улице просто так не валяется и это мой первый заработок в этом мире. Где я еще могла заработать столько?

− Буду платить тебе жалованье, если каждое утро будешь печь свои блинчики, − доев и облизав пальцы, Эйвари взглянула прямо мне в глаза. – Также переедешь в комнату наверху, как…

Договорить Эйвари не успела. В дверь таверны заколотили что есть мочи. Я вздрогнула. В дождливую погоду, да и поздно ночью люди с добрыми вестями и намерениями не ходили. Никогда. И я последовала за Бартли к двери, прихватив с собой скалку.

Глава 10

Глава 10

Не

жданные гости

Вета Барринер (Елизавета)

Бум! Бум! Бом!

В дверь с той стороны снова упорно заколотили, с силой, словно за кем-то гнался хищный зверь и они хотели найти укрытие в таверне. Я увидела, что даже Эйвари засомневалась, стоило ли открывать всегда гостеприимные двери ночному гостю в такое позднее время. Жаль, что глазка на двери не было. Мои руки лишь сильнее сжались на скалке. Кто бы там не был, без боя мы не сдадимся. Хотела бы я верить, что явился Тамиэль, но не в этот раз. Сын старосты мог только напугать, угрожать, напакостить, наябедничать кому-то сильнее и могущественнее его самого, чтобы тот сделал за него всё, но на что-то большее вряд ли бы решился. В душе он был трусом. Нужно было иметь смелость, чтобы прийти сюда в такое время. Вряд ли это он.

Бум! Бум! Бом!

Ночной гость не собирался уходить. От громкого и требовательного стука мы обе вздрогнули. Хозяйка таверны тоже прихватила с собой кочергу возле камина. На всякий случай. Береженого бог бережет. Затем решительно шагнула к двери и распахнула его. На пороге появился человек в плаще. Возле него тут же образовалась лужа. Сняв капюшон, мы увидели знакомое лицо. Гюрза.

Я чуть не чертыхнулась. Кочерга из рук Эйвари тут же с грохотом выпала из рук. Скалка в моей руке тоже опустилась, и я облегченно выдохнула от понимания, что нам ничего не грозит.

− У вас какие-то проблемы? – заметив наше «оружие», поинтересовался гость, остановив свой взгляд на мне.

− Все хорошо, − закрыв за мужчиной дверь таверны, Эйвари забрала промокший плащ гостя и повесила возле камина, где угли почти уже угасли, но тепло от них все еще шло. – А вот что тебя снова привело в наши края? За кем на этот раз гоняешься?

Гюрза, наконец-то, отвел от меня свой взгляд и встал лицом к хозяйке таверны.

− На этот раз не гонюсь. Нам бы поговорить, Эйвари. Наедине, − от его последнего слова женщина изменилась в лице, но быстро сумела взять себя в руки. – Дело срочное и касается Айлы.