Маг красного знамени (СИ) - Руднев Клим - Страница 24

— Третий вариант мне нравится больше, — усмехнулся Иван.

Они шли уже полчаса, когда впереди забрезжил тусклый свет. Тоннель закончился небольшой камерой, в которой стояли несколько человек с рюкзаками и дорожными сумками.

— Наши люди, — пояснил Карцев. — Они будут сопровождать нас до места назначения.

Иван разглядел лица спутников. Все разного возраста — от двадцати до пятидесяти лет. Мужчины и женщины, одетые в простую рабочую одежду. Никто не выглядел как профессиональный революционер.

— Познакомлю позже, — сказал полковник. — Сейчас нужно выбираться из города. Времени мало.

Из камеры вел еще один ход, более широкий. Он закончился металлической лестницей, ведущей наверх. Карцев поднялся первым и осторожно приоткрыл люк.

— Чисто, — шепнул он. — Выходим по одному.

Они оказались в подвале какого-то склада. Между ящиками и мешками стояли два грузовика — старые, потрепанные, но, судя по звуку моторов, исправные.

— В первую машину — Ольга Андреевна, Майя и Иван, — распорядился полковник. — Остальные — во вторую. Если что-то пойдет не так, группы действуют самостоятельно.

— А куда мы едем? — спросил Иван, забираясь в кузов первого грузовика.

— В деревню Медвежий у6гол, — ответила Ольга Андреевна. — В ста пятидесяти километрах к северу от города. Там нас ждут.

— Кто ждет?

— Люди, которые помнят, каким должен быть настоящий коммунизм.

Грузовики выехали со склада через задние ворота. Иван выглянул из-под брезента — они оказались на окраине города, в промышленном районе. Дымили трубы заводов, по железнодорожным путям ползали товарные составы.

— Здесь меньше патрулей, — объяснила Майя. — Но все равно нужно быть осторожными.

Первый блокпост встретился через полчаса. Водитель заранее снизил скорость, приближаясь к постам ГАИ. Два сонных милиционера лениво махнули рукой, даже не потрудившись остановить грузовик.

— Везет, — пробормотала Ольга Андреевна.

Но на втором посту их остановили. Иван слышал, как водитель разговаривает с дежурным, показывает документы. Разговор затягивался.

— Что-то не так, — шепнула Майя.

Через несколько минут послышались шаги. Кто-то обходил машину, видимо, осматривая кузов. Иван затаил дыхание.

— Документы на груз, — потребовал голос снаружи.

— Вот, товарищ лейтенант, — ответил водитель. — Везем картошку в колхоз «Красная заря».

Шуршание бумаг. Долгая пауза.

— Странно, — сказал милиционер. — По нашим данным, колхоз «Красная заря» получил картошку еще вчера.

— Возможно, ошибка в документах, — осторожно предположил водитель. — Можете позвонить в управление…

— Именно это я и сделаю.

Иван почувствовал, как напрягается Майя. Ольга Андреевна тихонько шевелила губами — видимо, читала какое-то заклинание.

Через несколько минут милиционер вернулся:

— В управлении не отвечают. Ладно, проезжайте. Но в следующий раз проверяйте документы внимательнее.

— Конечно, товарищ лейтенант. Спасибо за понимание.

Грузовик тронулся с места. Иван выдохнул с облегчением.

— Что вы делали? — шепотом спросил он у Ольги Андреевны.

— Заклинание забывчивости, — тихо ответила она. — Теперь он не будет помнить наш разговор до завтрашнего утра.

За городом дорога пошла через поля и леса. Иван впервые видел советскую деревню этого мира. Аккуратные домики с огородами, колхозные поля, пасущиеся коровы. Все выглядело мирно и благополучно.

— А здесь тоже все под контролем? — спросил он.

— В деревнях контроль слабее, — объяснила Майя. — Большинство магов живут в городах. А простым крестьянам особо следить не за кем — они и так никуда не денутся.

— Но есть исключения, — добавила Ольга Андреевна. — Некоторые деревни стали настоящими убежищами для вольнодумцев.

Солнце клонилось к закату, когда они добрались до Медвежьего угла. Деревня оказалась небольшой — десятка два домов, расположенных вдоль единственной улицы. Но что-то в ней казалось необычным.

Во-первых, все дома были в отличном состоянии — свежие краски, ухоженные огороды, новые заборы. Во-вторых, на улицах играло много детей, что странно для этого мира, где все должны делать то, что им предписано. Дети должны ходить в школу или детский сад и играть только в отведенных местах в строго установленные часы. В-третьих, люди не выглядели пугливыми или подавленными, как в городе.

— Добро пожаловать на свободную территорию, — сказала Ольга Андреевна, когда грузовик остановился у центрального дома.

Их встретила толпа жителей — мужчины, женщины, дети. Все улыбались и искренне радовались приезду гостей.

— Ольга Андреевна! — Пожилая женщина в цветастом платке обняла библиотекаршу. — Как же мы вас ждали!

— Здравствуй, Марфа Петровна, — Ольга Андреевна тепло улыбнулась. — Привезла важных гостей.

Марфа Петровна внимательно вгляделась в Ивана:

— Это тот самый молодой человек, о котором говорил товарищ полковник?

— Он самый.

— Добро пожаловать, дорогой! — Марфа Петровна крепко пожала Ивану руку. — Наслышаны о ваших приключениях. Надеемся, у нас вам понравится.

К ним подошел крепкий мужчина лет сорока в рабочей одежде:

— Иван Семенович Громов, председатель колхоза. — Он тоже пожал руку Ивану. — Рады вас видеть. Много о вас слышали.

— А что именно слышали? — осторожно спросил Иван.

— Что вы из мира, где люди живут свободно. И что готовы помочь и нам обрести эту свободу.

Иван переглянулся с Майей. Похоже, его слава бежала впереди него.

— Я не знаю, смогу ли помочь, — честно сказал он. — Но попытаюсь.

— Это главное — желание попытаться, — улыбнулся Громов. — Проходите в дом, поужинаем, расскажем, как у нас тут дела обстоят.

Дом председателя изнутри поразил Ивана еще больше, чем внешний вид деревни. Просторная кухня с современной плитой, холодильник, даже телевизор. На стенах висели картины — не портреты вождей, а пейзажи и натюрморты.

— Удивлены? — заметила реакцию Ивана Марфа Петровна.

— Немного. Не ожидал увидеть такой… комфорт в деревне.

— А почему бы и нет? — Громов поставил на стол бутылку самогона и закуски. — Мы работаем не хуже городских, почему должны жить хуже?

За ужином Иван узнал удивительную историю деревни. Несколько лет назад сюда приехал новый председатель колхоза — тот самый Громов. Он был бывшим партийным работником, разочаровавшимся в системе.

— Понял, что вся эта показуха с равенством — обман, — рассказывал Иван Семенович. — В городах партийцы живут во дворцах, а простые люди ютятся в коммуналках. Решил попробовать построить настоящий коммунизм хотя бы в одной деревне.

— И как вам это удалось?

— А очень просто. Перестали отчитываться перед районом о реальных доходах. Официально мы еле сводим концы с концами. А неофициально — живем лучше многих горожан.

— Но как же контроль?

— А его почти нет, — засмеялся Громов. — Кому интересна заброшенная деревня в лесной глуши? Проверяющие появляются раз в год, мы им показываем нужные цифры, они довольные уезжают. Все все понимают, но статус-кво сохраняется. Мы им не мешаем, они нас не трогают. Сюда добираться через чащу и болото и тучи гнуса мало кому захочется.

— А люди согласились на такую… аферу?

— А почему бы и не согласиться? — Марфа Петровна поставила на стол свежий пирог. — Почему мы должны прозябать, если работаем исправно? Дети учатся в нормальной школе, больница работает, распределительный ларек всегда полон товаров.

— И никого не принуждаем оставаться, — добавил Громов. — Кто хочет — может уехать в город. Но пока все остаются.

Иван покачал головой, пораженный услышанным.

— Вы построили коммунизм в отдельно взятой деревне?

— Мы построили то, о чем мечтали наши деды, — серьезно ответил Громов. — Общество, где каждый работает по способностям и получает по потребностям. Где нет начальников и подчиненных, где все решения принимаются сообща.

— А магия? — спросила Майя. — Как у вас с этим?