Смертельный код Голгофы - Ванденберг Филипп - Страница 58

Гропиус разглядывал земляной вал, где произошел взрыв. Ничего, совершенно ничего не было заметно, ни одна деталь не указывала на то, что на этом месте разорвалась бомба. И если бы он своими глазами не видел повреждения у Шлезингера, он бы с подозрением отнесся к рассказу Юсуфа.

— Скажите, Юсуф, — задумчиво начал Гропиус, — почему ни вы, ни Шлезингер не заметили, что под каменной урной была спрятана бомба?

По лицу палестинца было заметно, что он раздосадован:

— Вы не верите мне?

Юсуф резко вынул из кармана конверт с деньгами, который Гропиус вручил ему во время поездки сюда, бросил его на землю и собрался уходить.

Гропиус успел схватить его за рукав. Ему пришлось применить все свое искусство убеждения и рассыпаться в тысяче извинений, чтобы успокоить палестинца.

— Зачем мне лгать? — спросил тот, все еще чувствуя себя оскорбленным. — Что мне с того, если я начну рассказывать вам какие-то истории? Либо вы мне верите, либо забываете о том, что мы когда-либо встречались, мистер Гропиус.

Отчитанный таким образом, Гропиус предпочел в дальнейшем не задавать провокационных вопросов.

Лишь после долгого молчания Юсуф решил наконец ответить на вопрос Гропиуса:

— Бомба была закопана в землю. Предположительно, ее спрятали за каменной урной, поскольку эта штука весом в центнер разлетелась на тысячи осколков!

— А что вызвало детонацию? Как вы думаете? Полиции удалось что-нибудь выяснить?

Юсуф спрятал в нагрудный карман сверток с деньгами, который сам же перед этим выбросил, и ответил:

— Знаете ли, мистер Гропиус, в этом городе уже научились жить рядом с бомбами. Они стали здесь обычным делом. Бомба, которая не привела к человеческим жертвам и даже не причинила никакого материального ущерба, ни у кого не вызывает интереса. Я даже не помню, чтобы хоть одна газета сообщила об этом происшествии.

Старик потыкал палкой в каменистую землю.

— Ничего, — произнес он спустя какое-то время, — абсолютно ничего не осталось от той находки, кроме…

— Кроме? — Гропиус в ожидании посмотрел на Юсуфа.

Из внутреннего кармана палестинец вытащил пару фотографий. Качество было не лучшее, любительские снимки, но ясно было видно каменную урну с вырубленными на ней письменами, на другой фотографии — куча костей, среди них можно было различить череп, бедренную кость и множество позвонков.

— У меня такое подозрение, — сказал Юсуф, рукавом стирая с фотографий следы пальцев, — будто мистер Шлезингер не знал, что я успел сделать снимки. Вы можете забрать их себе, мистер Гропиус, если хотите.

— Что? Шлезингер никогда не видел этих фотографий?

— Никогда. Когда мистер Шлезингер вышел после операции из госпиталя Святого Джона, все произошло очень быстро. Он хотел только одного — уехать, поскорее уехать домой в Германию. Мисс Ядин очень заботилась о нем и полетела с ним. Мне даже не представилась возможность попрощаться с мистером Шлезингером.

Гропиус стоял как громом пораженный. Он смотрел на фотографии, и его мысли сталкивались одна с другой. Нет никаких сомнений, что рассказ Юсуфа — правда. Эта информация дополняла сложную мозаику событий и объясняла некоторые неразрешенные вопросы, оставшиеся после смерти Шлезингера.

Гропиус не заметил, долго ли он простоял так в раздумьях, но палестинец вернул его к реальности.

— Я знаю, что все это звучит немного невероятно, но все это чистая правда, такая, какой я ее помню. Водитель ждет. Если хотите, я отвезу вас в отель.

В машине Гропиус передал старику вторую половину оговоренной суммы, а Юсуф оставил ему фотографии, семь штук.

— Кто еще видел эти фотографии? — спросил Гропиус, когда водитель уже поворачивал на улицу Короля Давида.

— Никто, — заверил его Юсуф, — у меня не было причин показывать их кому-то, мне бы, скорее всего, никто не поверил.

Гропиус испытал облегчение.

— А вы? — осторожно спросил Грегор. — Вы верите, что в той каменной урне действительно были останки Иисуса из Назарета? Во всяком случае место находки располагается на приличном отдалении от церкви Гроба Господня.

Морщинистое лицо Юсуфа расплылось в лукавой улыбке.

— Об этом мистер Шлезингер долго не говорил со мной. Я должен признать, что вначале действительно был настроен весьма скептически. Это так легко произнести: вот это останки Иисуса из Назарета. Но если подумать о последствиях, тогда это утверждение приобретает просто чудовищное значение для христиан, иудеев и мусульман в равной степени.

— Но вы не ответили на мой вопрос!

— Мистер Шлезингер любил повторять: вероятность того, что Иисус был похоронен до Вознесения на месте храма Гроба Господня, намного меньше, чем вероятность того, что гроб лежит где-то в другом месте. Ведь первый храм Гроба Господня был построен только спустя триста лет после Его смерти, а через триста лет храм был разрушен, в период нашествия персов, и была построена новая церковь, а еще через четыреста лет — третья. И кто после этого посмеет утверждать, что знает точное место?! В конце XIX века начали возникать первые сомнения. Английский генерал Гордон утверждал не без оснований, что гробницы никогда не возводили внутри городских стен. А храм Гроба Господня тем не менее располагается внутри старой стены. Гробницу в скале, которую генерал нашел чуть поодаль, англиканская христианская церковь до сих пор считает местом погребения Иисуса до Его Вознесения. Но поскольку доказательств этого не было, мистер Шлезингер продолжал искать дальше и в конце концов нашел эту каменную урну с надписью. Он считал находку абсолютно подлинной. И если вы, мистер Гропиус, хотите услышать ответ на ваш вопрос — я тоже.

Юсуф попросил водителя остановиться напротив входа в отель.

— Будет не очень хорошо, если нас увидят вместе, — сказал он подмигивая.

— Но ведь меня здесь никто не знает! — возмущенно произнес Гропиус.

— О, не говорите так, мистер Гропиус. Эта страна довольно мала, хотя и продолжает держать весь мир в напряжении. Чужаку не так просто остаться здесь незамеченным.

Гропиус не знал, как относиться к словам Юсуфа. Но прежде чем выйти из машины, он обратился к нему с вопросом:

— Где мне найти Шебу Ядин?

Старый палестинец поморщился. Наконец, видимо, чтобы поскорее отделаться от назойливого собеседника, он ответил:

— Мистер Контено строго-настрого запретил мне разглашать любую информацию о Шебе Ядин, кто бы меня о ней ни спрашивал. Понимаете, мистер Гропиус?

— Контено? — Гропиус перешел на повышенные тона. — Он ведет себя так, как будто он ее опекун!

— Он не опекун.

— Так кто же? — Он посмотрел Юсуфу в глаза. — Ах, вот оно что! Теперь я понимаю. Контено занял место Шлезингера?

Пожилой человек кивнул почти стыдливо.

— И они живут вместе?

— Да.

— И зачем им понадобилась эта игра в прятки?

Юсуф отвернулся:

— Я и так рассказал вам слишком много, мистер Гропиус!

— Ну так договаривайте! — вскричал Гропиус в нетерпении.

— Ну, ладно. После того как мистер Шлезингер покинул Израиль, многие люди искали контакта с мисс Ядин. По-видимому, их больше всего интересовала информация о находках и исследованиях мистера Шлезингера. Как только стало известно о смерти мистера Шлезингера, мисс Ядин начали прямо-таки преследовать — и она очень испугалась. Мистер Контено поручил мне тогда оградить мисс Ядин от всякого сброда. Не очень-то почетное задание для археолога.

— Где Шеба? — повторил вопрос Грегор.

— Она здесь, в Иерусалиме, вместе с мистером Контено. У него квартира в квартале Меа Шеарим. Насколько я знаю, мисс Ядин хотела завтра лететь в Европу.

— Вы знаете куда, Юсуф?

— Кажется, в Италию, да, в Турин!

Гропиус рывком открыл дверцу автомобиля.

— Спасибо, Юсуф! — сказал он на прощанье. — Вы мне очень помогли!

И Гропиус быстрым шагом направился к отелю.

В тот же день Грегор Гропиус забронировал билет на рейс из Тель-Авива в Рим и далее в Турин. Он позвонил Франческе и попросил встретить его на следующий день около 14 часов в аэропорту Казэлле.