Убит тобой (СИ) - Семакова Татьяна - Страница 7

От неожиданности я глухо вскрикиваю и дергаюсь в сторону. Спотыкаюсь о пакет с продуктами, едва не падаю, роняя телефон. Мужчина ловит меня, обнимает обеими руками и обдает горячим дыханием мой затылок. И так от него знакомо пахнет, что у меня начинает мутиться сознание.

В голову лезут разом все страшилки, которые когда-либо слышала о кладбище. Его руки, покоящиеся на моем животе такие холодные, что мороз пробирается под кожу. Тьма вокруг меня сгущается, черные точки медленно, но неотвратимо поглощают картинку перед глазами. И чтобы убедиться, что моим глупым страхам есть одно простое объяснение, я оборачиваюсь через плечо.

Моих губ касаются ледяные его, и я падаю в обморок.

Глава 3

Я прихожу в себя от мерных покачиваний. С одного бока приятно припекает и создается впечатление, что я уснула на надувном матрасе и мое тело ласкает горячее летнее солнышко. Даже улыбаюсь своим мыслям, пока откуда-то сверху не раздается смешок.

Распахнув глаза, я вижу прямо перед своим носом мужское плечо и сдавленно мычу, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией или хотя бы вертикальное положение. Отталкиваюсь от мужчины и дрыгаю ногами. Он подбрасывает меня и шикает:

– Угомонись. Или потащу тебя за волосы и на этот раз тебе не понравится.

– Ты жив?.. – спрашиваю я самое глупое, что могу в текущей ситуации.

– Нет, – абсолютно серьезно отвечает Карелин. – Как и ты, поэтому ты меня и видишь.

Это бы многое объяснило. Все, если точнее.

– Ты реально над этим думаешь? – изумленно вскидывает брови Тихон. – Крепко тебя помотало.

Он снова подкидывает меня, а я тоненько взвизгиваю и обхватываю его шею. Холодную. Но если просунуть пальчики под ворот футболки, то вполне себе теплый. И совершенно точно дышит.

– Но как?.. – бормочу я тихо. – И почему я подозреваемый? Почему убили Максима и погнались за мной?

– Встречный вопрос. Где флешка, Анфис?

– Какая еще флешка? – бубню я и хмурюсь.

Карелин тяжело вздыхает.

– Так я и думал.

– Как так?

– По-хорошему не выйдет.

– А как?.. – мямлю я, медленно размыкая руки.

– Прямо противоположно, очевидно.

– Ясно…

«Из огня, да в полымя», – думаю я уныло и осторожно осматриваюсь.

Эту местность я хорошо знаю, мы уже вышли через пролом в заборе, которым обнесено кладбище и идем тропинкой к гаражам, где у него наверняка стоит машина, а у меня уже не будет шансов на побег, так что действовать нужно сейчас.

– Слышал? – шепчу я и вцепляюсь в его плечи, опасливо озираясь.

Карелин останавливается и, кажется, даже дыхание задерживает. Я пыхчу, как паровоз, мешая ему, ловлю недовольный взгляд, а когда он вновь смотрит по сторонам, медленно вращая головой, спрыгиваю с его рук на землю. На четвереньках я пробираюсь между его ног и кубарем качусь по склону оврага, закрыв лицо руками. Достигнув самого дна, я подскакиваю на ноги, вполне довольная реализацией своей уловки, но от прозвучавшего раскатом грома выстрела оседаю обратно.

Я быстро оборачиваюсь, услышав шорох листвы и хруст сухих веток. Вижу, что Карелин стремительно спускается, держа в одной руке пистолет. Мычу от страха, но все равно беру низкий старт, отталкиваясь от земли руками, и несусь вперед, что есть мочи.

Но во мне метр с кепкой. Я едва достаю ему до плеча. И на один его шаг мне приходится делать два. Так что догоняет он меня еще до того, как я предпринимаю попытку вскарабкаться вверх по склону. Карелин валит меня своей тушей на землю, а я жалобно всхлипываю, со всего маху врезавшись животом в корягу.

– Больно, – жалобно хнычу я, пытаясь выбраться из-под него. – Слезь! Тихон, пожалуйста, мой живот…

Карелин переваливается на бок, а я подтягиваю колени к животу и вытаскиваю из-под себя палку. Обиженно кошусь на него и тыкаю ей в него.

– Предупредительный выстрел только один. Учти, если захочешь повторить свой подвиг.

– Ты стрелял в воздух? – уточняю я с сомнением.

– Ну ты же еще жива, – флегматично ведет он плечом и встает.

Отряхивается, хватает меня за плечи, поднимает и встряхивает. От меня отпадает пара сухих листиков, Карелин, видимо, остается доволен результатом, ставит меня ногами на землю и придает ускорение, шлепнув ладонью по попе.

– Двигай. На этот раз прощаю. Будем считать, срезали.

Оборачиваюсь на него, пытаясь испепелить взглядом, но в отместку он сурово сталкивает брови и играет желваками, подталкивая меня дулом пистолета. Если честно, становится не по себе. И искушать судьбу желания не возникает.

Я карабкаюсь наверх, цепляясь за растительность и продолжая чувствовать его тяжелый взгляд, прожигающий дыру между лопатками. Но чуть только моя голова оказывается выше уровня оврага, Карелин вдруг сбивает меня с ног, предусмотрительно закрыв рот ладонью, роняет на землю и растягивается поверх меня.

– Ш-ш-ш, – шипит он мне на ухо, плавно переместившись в сторону.

Ложится рядом, проверяет обойму и осторожно выглядывает. На пару секунд прикрывает глаза и раздраженно смыкает губы. Ныряет свободной рукой в карман джинсов, достает smart-ключ от машины и протягивает его мне.

По моим мозгам бьют воспоминания недавней погони, а сердце подскакивает к горлу. Я отчаянно мотаю головой, отрицательно, разумеется, а Тихон останавливает мою панику, зажав ключ между указательным и средним пальцем и положив ладонь на мою щеку. Гипнотизирует меня взглядом, а потом неожиданно подмигивает и целует в нос.

Я забываю, что еще несколько минут назад пыталась удрать от него, импульсивно двигаюсь ближе и обхватываю его одной рукой за спину.

– Умеешь? – Карелин обдает горячим дыханием мочку моего уха.

– Да, – шепчу я в ответ.

– Времени в обрез. За мной не возвращайся.

– Что? – успеваю испуганно пискнуть, прежде чем он сует ключ в мое декольте и подрывается с места, сразу же делая первый выстрел.

В ответ звучат еще два, а из меня вырывается глухой стон. Тихон уводит их левее, стреляет еще и приседает, продолжая движение под укрытием. Я делаю глубокий неровный вдох, выглядываю и вместе с этим на четвереньках выползаю наверх. Бросаю взгляд влево, вижу двоих мужчин с оружием в руках, и на полусогнутых бегу в обратном от них направлении, на ходу доставая ключ.

Руки трясутся так, что я боюсь выронить свой единственный шанс на спасение. С каждым новым выстрелом вздрагиваю, но каждый последующий вселяет робкую надежду, что Тихон еще жив. И что бы я там не чувствовала в моменте, если его сейчас убьют, посадят все равно меня.

Я почти достигаю гаражей, когда замечаю стоящий поперек дороги внедорожник с заведенным двигателем и приоткрытой дверцей со стороны пассажира. И в моем помутневшем от страха мозгу что-то щелкает.

Машинально отметив, что она совсем не похожа на ту, на которой меня гоняли по шоссе, я подбегаю ближе. Заглядываю в салон и, не увидев никого, просачиваюсь внутрь и выдергиваю ключ из замка зажигания. Он самый обыкновенный, не нового поколения как у Тихона или Макса, и вряд ли у них с собой есть запасной. А я трезво оцениваю свои шансы уйти от преследования в городе. Они нулевые.

Сунув чужой ключ между грудей, я снова несусь к гаражам. Только сворачиваю за ближайший, как почти врезаюсь в поразительно чистенький и явно не потасканный внедорожник. Машина приветствует меня фарами, и я без лишних раздумий хватаюсь за ручку водительской дверцы.

Я забираюсь в салон и сажусь на самый край сиденья, чтобы комфортно доставать ногой до педалей. Запускаю двигатель с кнопки, втыкаю заднюю передачу, оборачиваюсь через плечо и выезжаю из-за гаража. Разворачиваюсь по очень широкому радиусу, радуясь, что места на этот раз предостаточно, снова переключаю передачу и срываюсь с места по прямой, двигаясь в том направлении, куда ушел Тихон.

Очень быстро я оказываюсь у запертой мной же машины. Нажимаю на клаксон и воспроизвожу столько шума, сколько могу. И когда один из преследователей Тихона возвращается, дерзко показываю ему средний палец через лобовое стекло, одновременно с этим срываясь с места и мча прямо на него.