Ливония. Продолжение (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 25

— Я знаю немецкий, — прохрипел адмирал и закашлялся. Вот ведь, нахлебался воды в реке, а горло пересохло и саднит.

— Кто привёз известие о том, что наш флот здесь? — голос принца был негромок, а немецкий плох. Какой-то другой более южный диалект?

Почему бы не ответить, решил Тотт, плевать ему на датчан, уж они точно Швеции не друзья. Пусть гнев русских обрушится… Но это же купец, а не датский король? Да, всё равно.

— Купец из Дании, он был здесь, когда вы напали на крепость, и он клялся, что у вас всего пять маленьких кораблей. Имени я не знаю, а вот корабль называется «Русалка».

Адмирал наблюдал, как высокий молодой русский ещё даже безбородый строчит какой-то палочкой по бумаге, укреплённой на тонкой дощечке. Потом протягивает дощечку принцу Юрию.

— Угу, ну, так я и думал. Если этот датский купец патриот своей страны, то он сделал всё, чтобы заманить вас в ловушку и ловушка удалась. Вот и думайте, друзья ли вам датчане. Но это ладно, сами разбирайтесь. А вот что мне делать теперь? Ваш король послал в Москву послов, чтобы заключить мир, и он же отправил сюда флот, чтобы продолжить войну. Одно из двух, первое: он ненавидит шведов и решил их истребить, ввязываясь в войны с более сильными противниками, чем Швеция. Второе: он просто дурак. Итак, адмирал, что мне делать теперь?

Ааге Аксельсон Тотт молчал. То, что сказал русский принц было горькой правдой. Их король просто баран. Полно гонору и амбиций, а ни умения воевать, ни умения торговать. А ещё ясно, что принц спрашивает его просто так. Он уже всё решил. Русские корабли, которые совсем недавно были шведскими подойдут к Стокгольму и будут безнаказанно обстреливать город. Там толком ни одного корабля не осталось, чтобы противостоять двадцати кораблям русских с такими орудиями, нужно сорок, есть же три, которые не успели отремонтировать к его походу. Слишком стремительно всё закрутилось. И да, Дания выигрывала бы при любом результате его похода. При любом, кроме вот того, что произошло. Русские захватили все шесть кораблей, пусть три нуждаются в ремонте. Ничего страшно, отремонтируют. Датчане и король Густав ещё больше усилили русский флот. Теперь ему вообще нет равных в Балтийском и Северном морях. Они без проблем уничтожат флот Дании и весь флот Ганзы, даже если они смогут его собрать в одном месте.

Принц же ждал, не отрываясь глядя на адмирала.

— Король поддался на уговоры риксдага. Там сидят глупцы и наш король поступил глупо. Я бы на вашем месте ему отомстил. Но если вы будете просто обстреливать Стокгольм, то король не пострадает, пострадают простые люди, вина которых только в том, что у них король дурак.

Юрий Васильевич прочитал написанное Андрейкой и задумался. Война со Швецией сейчас ему не нужна, Ивану не нужна. России не нужна. Даже если у шведов почти нет флота, то собрать пару десятков тысяч солдат и ополченцев и ударить по практически беззащитному Новгороду или Пскову вполне по силам, да тот же Выборг захватят, когда там не будет его войска. А значит…

— Знаешь, адмирал, я отпущу тебя к твоему королю. На когг поместятся человек сорок. Вот сорок человек с собой возьмёшь, оставишь все пушки и оружие, кроме шпаг и плывите на север. Ничего от меня передавать вашему королю не надо. Просто я тебя отпускаю.

— Я не понял, принц, зачем ты отпустил этого старого лизоблюда⁈ — адмирал Бергер картинно развёл руками. Шведа уже увели и среди пленных сейчас выбирали здоровых, чтобы Тотт доплыл до Стекольны, не потонул по дороге.

— Вот пусть и Густав ваш голову ломает.

Глава 13

м

Событие тридцать седьмое

А ведь стоило спешить. Предчувствовал Юрий Васильевич, и предчувствие не обмануло. Нет, войско его чудо чудное не сотворило и к пятнадцатому мая, когда нарвская экспедиция вернулась в Выборг, рать до этих мест ещё не добралась. И даже СМСку не отправили, мол, встречайте скорым из Орешка, восьмой вагон. К пятнадцатому мая Волга должна давно вскрыться. В лучшем случае уже месяц должна быть судоходна. Значит, точно в пути. Спешить надо было по той самой причине, что отсутствие командиров и специалистов, а главное рабочей силы, привело к тому, что из двенадцати оставшихся на берегу кораблей сняли семь всего. Когда надо было, то за пять всего дней подвинули к воде и стащили пять кораблей, и из них при этом два брига, которые в полтора раза больше когга, и один самый большой когг с размерами корпуса почти как у брига. А теперь за месяц сняли всего семь. Семь меленьких коггов, которые от их лодей — ушкуев отличаются только пузатостью и наличием высоких бортов. И при этом на одном повредили мачту и разломали фальшборт. И в довершении ко всем бедам рею, пусть будет фока-рей, это ведь первая мачта, ну и что, что она и последняя, разломали её в дребезги. Теперь уже практически закончили ремонт, но половина почти людей, которые должны стаскивать корабли в воду и загружать на них орудия, переквалифицировались в плотников.

Не обошлось и без сюрпризов совсем уж плохих — утопили ещё одно стамиллиметровое орудие.

А ещё дезертировало семь моряков шведов. Как проводить зиму в тепле, получая просто огромные для шведского флота рубль тридцать три копейки в месяц, так слава царю Ивану Васильевичу, а как надо воевать, то здрасти — пожалуйста — сбежали. Так-то сволочи. Но сильно сомневался Боровой, что прям радостно дважды предателей встретят на шведском флоте. Повесят или как там наказывают в Швеции на флоте? под килем пропускают, чтобы спину в клочья ракушками разорвало. Спросил адмирала Бергера. Оказалось, что если они попадутся, то точно повесят. Вот и чего не сиделось спокойно. Теперь в только в пираты подаваться. Чем в русском флоте хуже?

Это минусы. Плюсы все привезли с собой. В Нарве оставили три из шести кораблей, что припёрлись туда на матч-реванш под командованием адмирала Ааге Аксельсона Тотта. Каракка прилично повреждена — месяц ремонта как минимум, один бриг тоже требует серьёзного ремонта, ну и первый когг, тот, что без команды остался, переломал себе форкасл и часть фальшборта, напоровшись на бриг.

Но всё одно пришли с одной приличной добавкой. Привели шедший третьим бриг, он хоть и нуждается в небольшом ремонте, тоже нужно фальшборт подлатать и рею заменить. Интересно, кстати, рея нужно говорить или рей. В немецком слово мужского рода. А в русском сейчас, да и в будущем женского. Не вся ещё путаница (Значение слова Рей по Ожегову: Рей — Подвижной поперечный брус на мачте). Так брус, он квадратный в сечении, а рея она круглая. Она, если обзываться плотницкими терминами — бревно. Беда. С ними с реями.

Два когга ещё притараканили из Нарвы, но нужно ли их с собой тащить, даже не так, а нужно ли тащить вообще двадцать три корабля к Ревелю. Это перебор. Густав Бергер говорит, и Юрий Васильевич с ним согласен, что, чтобы управляться таким количеством кораблей, нужен огромный опыт и выучка экипажей, а у них сборная солянка, и люди говорят на четырёх языках. Во время боя слаженность нужна, а тут каждому переводчик требуется. Оптимальный вариант разделить флот на два, и вторым напасть на остров Эзель. Там придётся не просто. У Эзель-Викского епископства, также Эзельская епископия (нем. Bistum Ösel-Wiek) две столицы. Одна на материке в городе Гапсаль, а вторая на острове в крепости Аренсбург. Опять же боялся Юрий Васильевич, что взятие этих городов или крепостей не означает конца войне. Немцы уйдут вглубь острова. Без всякого сомнения потребуется наземная операция.

Несколько раз уже заводил разговор Юрий Васильевич с Иоганном фон Рекке, нельзя ли купить барона Мюнхгаузена. Ах, их там два брата сейчас, фогт Эзель-Викской епархии у него — старший брат — Кристофер Мюнхгаузен. То, что Иоганн Мюнхгаузен продал и свои, и чужие владения датчанам, говорить будущему ландмейстеру нельзя, а вот намёками, мол, он же, этот Мюнхгаузен, купец и предприятия у него ещё всякие, можно этому — епископу-купцу предложить карандашный бизнес и даже епископом оставить, ну и тридцать пять тысяч серебряных талеров или тонна этого металла — это решаемый вопрос. Зато два епископства без боя станут нашими. Рекке Иван Иваныч сомневается. Деньги, дескать, этот товарищ возьмёт и даже продаст епископства, хоть русских и не любит, как, впрочем, и поляков с литвинами, зато в самом деле очень любит деньги, но как рыцари, фогты и прочие разные бароны к этому отнесутся? Согласятся ли они с такой продажей? И если нет, то что делать, всё одно воевать, а куча денег потрачена на ветер, да на тонну серебра можно целый флот построить. Хорошо не целый, но несколько кораблей точно.