Любовь на забытой планете. Книга 1 - Кель Таня - Страница 2

Всё это я выпалил быстро, едва переводя дыхание. Во мне горела злость, и сейчас я вылил её на девчонку.

Наконец, она замолчала. Надулась, скорее всего. А ещё меня прожигал сзади взгляд друга. Он точно мне всё выскажет. Но потом. Пол знал, что если сейчас произнесёт хоть слово, то получит тонну говна. Особой сдержанностью я не отличался.

А ещё случилась новая проблема. Я диктовал другим челнокам координаты, но ничего не выходило.

Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, я нажал несколько кнопок на приборной панели.

– Пол, проверь связь.

Может, у него получится?

Он сзади заклацал кнопками и начал перебирать частоты.

Я же прижал ближе микрофон, будто это поможет, и пытался выйти в эфир:

– Говорит капитан Доминик Моро, приём! Кто-нибудь меня слышит?

В ответ раздавался лишь треск помех. Я повторял вызов снова и снова, переключаясь по каналам, но везде одно и то же: глухой шум.

– Чёрт! – выругался я. – Связи нет! Совсем нет!

– Может, антенна повреждена?

– Не знаю. Это новый челнок, всё должно работать.

Мои глаза остановились на приборе, показывающем топливо. Гиперпрыжок сожрал большую часть. Планета Орикас находилась ещё в одном прыжке. Если мы тут останемся хотя бы на час, то нам не хватит на прыжок.

– Приготовьтесь, – скомандовал я.

– И мы так улетим? Подожди, ты не будешь даже пытаться всех предупредить?

Я обернулся и посмотрел в зеленоватые глаза. Девушка красивая. Я любил таких: длинноволосых, фигуристых. Но неопытность её иногда раздражала. Вкупе с непомерными амбициями – это выдавало едкий коктейль.

Переведя взгляд на губы, которые постоянно шевелились, рассказывая, что мне надо делать, я на секунду подумал, что в целом нашёл неплохой способ заткнуть девицу. Они прекрасно бы смотрелись у меня на члене, да и звуков меньше. Учитывая мою злость на неё, нежным я бы точно не был.

Подождав, пока она выговорится, я провёл рукой по лицу, скидывая наваждение, и спокойно, словно маленькому ребёнку, стал объяснять:

– Во-первых, у всех есть карты и радары. Во-вторых, у нас мало топлива. Посмотри, пожалуйста, на свою приборную панель. В-третьих, я не знаю, сколько выжило челноков. Может, они все погибли. Может, не успели включить гиперпрыжок. А у нас нет времени разыскивать никого. Или хочешь сдохнуть прямо здесь? Дать управление? За решение отвечаешь ты. Я лично умирать не хочу. Ты, Пол, хочешь?

– Слышь, Доминик. Хватит кошмарить девчонку. Просто делай что нужно.

– То есть ты тоже не хочешь сгинуть в холодных тисках космоса? – уточнил я.

– Давай уже. Разлился тут, будто кипятком по яйцам пришпарили.

– Ну почти, – повернулся я к нему. – Если мы долетим до той планеты и выживем, не хотел бы я оказаться на комиссии по разборам. Там мои яички точно не пожалеют.

– Ну тогда газуй.

– Подождите! Вы не можете так сделать. Можно же найти какой-то выход. Это неправильно… – завелась снова Эмилия.

Но я уже не слушал. Нажал несколько кнопок, сдвинул рычаг скорости и нас с силой вдавило в кресла.

Блаженная тишина, только громкий шум двигателей. Его я готов был слушать бесконечно. Прыжки моё тело переносило хорошо, в отличие от других людей. Выносливости хоть отбавляй. Только в последнее время беспокоили коленки. Врачи сказали у меня повреждения менисков. С этой информацией я чуть было не провалил врачебную комиссию. И при нагрузках ноги ныли. Правда, недолго. Обычно помогали после такого таблетки, но их я не захватил. Как-то было не до этого.

Отличное получилось комбо: взрыв корабля, отказавшие антенны, говорливая девчонка и ноющие мениски. Да я прямо счастливчик.

В моём положении самый лучший выход – действительно сбежать на необитаемую планету и больше никому не показываться. Скорее, после всего этого, моей карьере конец. И как же обрадуется Эмилия, узнав это. Да она просто будет скакать на одной ножке.

Только её всё равно капитаном не назначат. И дело не в мягких булочках и недостаточной физподготовке. Она ещё мелкая, я видел её результаты по психологическому тестированию. Все студенты к этому относятся легкомысленно, но я знаю, что комиссия всегда смотрит строго на то, что наотвечали пилоты.

Эмилия слишком мягкая, слишком рассеянная для капитана. Хотя она очень умна и все показатели у неё крайне высоки.

Но женщины. Они всегда сначала думают сердцем, а потом головой. Как и сейчас.

А у меня, по всей видимости, давно не было секса, потому что я постоянно думал об Эмилии и её губах, а не о том, как мне прижарят задницу на комиссии. И думал явно паховой зоной.

Челнок вышел из гиперскорости и перед глазами появилась зеленовато-голубая планета. Она почти походила на нашу, только внутри неё виднелись сиреневые участки. Наверное, какие-то залежи или пустыни с необычными ресурсами.

– Меня… сейчас… стошнит, – вывел из размышлений сдавленный голос Эмилии.

– Детка, дыши носом. Только не сейчас, – бубнил Пол. – Доминик, срочно врубай гравитацию, а то у нас её блевотина будет летать по челноку. Эми… смотри на меня. Дыши. Прошу.

– Только попробуй, – прорычал я, спешно нажимая на кнопки. – Правильно, не дыши, а глотай, если начнёшь.

Я слышал, как Пол зашуршал специальным пакетом, раскрывая его.

– На вот.

Девушка жалобно пищала, но, кажется, держалась.

– Как ты вообще прошла лётные испытания? – бубнил я, проверяя системы.

Ну хоть больше не трещала. И то хорошо.

– Что дальше? – спросил Пол, попутно сзади что-то делая с Эмилией.

Я повернулся, он отстегнулся и рядом с её креслом массировал руку, нажимал на какие-то точки.

– Сейчас вы там закончите приводить «капитана Плюшку» в порядок и начнём приземляться.

– А дальше?

– Я таких далёких планов не строю. Мы мало что знаем об этой планете, может, нас сотрёт в порошок при входе в атмосферу.

– По показателям она такая же, как наша.

– Значит, с голоду там не помрём. Я ещё раз попробую связаться хоть с кем-то.

Несколько минут мои пальцы бесцельно тыкали кнопки. В наушниках была только тишина. Но я всё равно записывал сообщения. На всякий случай. Вдруг хоть что-то долетит.

Снова мысли вернулись к взорвавшемуся кораблю. Всё очень странно: мои координаты, которые я вводил лично, изменились, да ещё и астероиды. Они вообще не могут навредить. Там должен всегда работать защитный экран, но его отключили. Кто? Зачем? Сбой искусственного интеллекта или кто-то изнутри хотел уничтожить целый экипаж? Но кто? Да и это самоубийство.

Сзади судорожные вздохи сменились на лёгкие стоны.

– Ты там ей руки массируешь или уже перешёл на эрогенные зоны? – бросил я зло.

– Да пошёл ты! – рыкнула Эмилия.

– Судя по тому, что огрызаешься, тебе уже лучше.

– Это акупунктурные точки, – со знанием дела начал Пол и, услышав моё фырканье, продолжил: – Могу тебе тоже снять напряжение, а то ты какой-то нервный.

– Всегда поражался твоему спокойствию.

Я повернулся и посмотрел в его глаза цвета безмятежного неба. Мы с детства с ним. Вместе учились, вместе влипали в какие-то передряги, вместе отхватывали подзатыльники от его родителей и моих. Только Полу доставалось меньше из-за ангельской внешности. Когда он смотрел взглядом провинившегося щенка, чаще всего этому засранцу всё прощали. Хотя в душе он демон ещё тот. И я это прекрасно знал, в отличие от большинства.

В академии этот хитрый лис умудрялся одновременно встречаться с несколькими девушками, и каждая считала себя исключительной и особенной.

Что немаловажно, ни разу не прокололся. Изворотливый ублюдок умел жонглировать женским вниманием так, что ни одна не догадывалась о наличии соперницы. Кажется, этот кот перетрахал ещё и всех на корабле. Ну, парочке девиц точно присунул. Я особо не выяснял, да и как-то лезть в личную жизнь друга не хотелось.

Сейчас мне важно было его спокойствие. От этого буря внутри меня тоже стихала.

– Начнём с пяточек? Я тебе их так отмассирую, что ты…