Хрустальный Христос и древняя цивилизация. Книга I - Саверский Александр Владимирович - Страница 62

Таким образом, даже в символизме хрустального гроба усматривается образ сосуда – сосуда бессмерпшя. В европейской мифологии образ чаши бессмертия был задолго до Христа – боги-олимпийцы пили амброзию, напиток бессмертия, из чаш, сделанных из горного хрусталя. В кельтской же мифологии были распространены мифы о магическом котле: «Непустеющий котел» Дагды, способный накормить всех, котел обновления Брана, возвращающий мертвых к жизни и множество других волшебных сосудов. Эта мифология не могла не повлиять на легенды о волшебном сосуде Христа, трансформировав его образ в чашу, каким бы он ни был на самом деле. Этот вывод подтверждается и свойствами, которыми наделил в своем романе Эшенбах Святой Грааль – он, например, кормил хранителей в замке разнообразными яствами, что явно указывает на сходство с легендой о «Непустеющем котле» вразрез с христианским предназначением Грааля – хранением крови.

Если обобщить, то речь идет о сосудах из горного хрусталя (и гроб не является исключением) – сосудах превращения, бессмертия. Правда, в «Персивале» нет указаний на то, что Грааль сделан из горного хрусталя, мало того, хрусталь упоминается отдельно:

Или:

Но надо понимать, что «Парсифаль» Вольфрама фон Эшенбаха не является первоисточником, и автор романа не только не видел лично Грааль, но и использовал уже не первичные легенды при написании романа, но в любом случае Эшенбах однозначно указывает на то, что Грааль – это камень.

Цвет камня по «Парсифалю» неизвестен, известно лишь, что «он излучает волшебный свет». Аналогом и, вероятно, прообразом Грааля «Парсифаля» является камень, описанный Иоанном Богословом: «Имеющий ухо (слышать) да слышит, что Дух говорит церквам: побеждающему дам вкушать сокровенную манну, и дам ему белый камень и на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает».[218] Понятие «белый», как это уже рассматривалось, как термин вполне мог применяться к прозрачным предметам и минералам соответственно. Любопытно, что в средневековых легендах, так же как и у Иоанна Богослова, фигурирует возможность камня называть имя – будущего ли короля Грааля, или короля отдаленной страны. В отношении волшебного света стоит напомнить, что в древности горный хрусталь считали средоточием, вместилищем Божественного света.

Вот такая чаша Грааля хранится в соборе в Валенсии, и, говорят, она признана Папой Римским

Таким образом, находка Отто Рана в замке Монсегюр – горного хрусталя – вполне могла быть тем самым Святым Граалем. Конечно, общественность не поверила, что «кусок горного хрусталя» мог быть искомым Граалем, ведь все ждали чашу.

А вот такая – в Александрии

Надпись на чаше «Христос-волшебник», конечно, не смутила нашедшего ее археолога. Мало того, что применено не еврейское имя Иешуа, сомнительно само понятие «волшебник, маг» – по ветхозаветной традиции, обращение к магам считалось грехом: «И если какая душа обратится к вызывающим мертвых и к волшебникам, чтобы блудно ходить вслед их, то Я обращу лице Мое на ту душу и истреблю ее из народа ее».[219] Правда, справедливости ради, стоит сказать, что это говорит лишь о нарушении ветхозаветных традиций, что может свидетельствовать как об иных корнях христианства, так и о незнании этих традиций автором чаши.

Но Отто Рана находка «куска камня» не могла смутить, ведь он внимательно изучал «Парсифаля» и прекрасно знал, что речь идет о камне. Определение, данное союзниками этой находке, звучит весьма странно. Горный хрусталь не растет «кусками», он растет кристаллами правильной геометрической формы, да и что делал этот кристалл в потайных подвальных помещениях? Кроме того, большой кусок горного хрусталя – довольно большая редкость, особенно если он чист (прозрачен), и весит такой кусок немало: так, шар диаметром 15 см весит более 6 кг, а большие редкие кристаллы измеряются сотнями килограммов. Привезти такой кусок было само по себе проблемой. И, получается, что союзники прекрасно понимали, что обнаружили, но не хотели это широко обнародовать. Весьма любопытно, где находится этот «ненужный огромный кусок хрусталя»?

Именно кельтская мифология богата информацией и о Граале, и о применении в древности горного хрусталя. Это, в первую очередь, Хай Брезал – мифический остров; само словосочетание переводится соответствующим образом – остров Брезала. Нельзя не заметить сходства звучания с наименованием иранской Мировой горы Хара Березайти. Корень слов и «брезал» и «березайти» от корня «сиять, брезжить», «хара» же была трансформирована в «хай». У кельтов на другом острове, Тори, были хрустальные башни.

В легендах существовали также и остров Четырех изгородей, который, по аналогии с иранской Харой, был разделен на четыре части четырьмя стенами из золота, серебра, меди и хрусталя; и остров Стеклянного моста, где высилась старинная крепость с медными воротами, к которым вел удивительный стеклянный мост; и позднее Стеклянный (хрустальный) замок, в котором хранился волшебный котел. Учитывая сходство внешнего вида, мы вправе предположить, что речь идет о хрустальных строениях, тем более что в различных источниках упоминаются то хрустальный, то стеклянный варианты и острова, и башни, и моста, и замка.

Кроме того, вполне возможно, что изначально так назывался горный хрусталь. Эти легенды, что немаловажно, послужили основой для создания впоследствии Артуровского цикла. Артур похищает котел, прототип Грааля, из Стеклянного замка. Его история связывается и с Гластонбери – кельтское название Гластонбери Тор – Инис Виттрин,[220] что означает «стеклянный остров», более позднее же название Glastonbury, видимо, складывается из glass – «стекло, хрусталь»; stone – «камень» и bury – «хоронить, закапывать», что в сумме можно перевести как «закопанный хрустальный камень». Есть легенды, согласно которым Иосиф Аримафейский закопал чашу Грааля в Гластонбери, однако, это предание вполне может являться изложением куда более раннего мифа, впрочем, так же, как и местонахождение хрустального замка и Грааля, наиболее вероятно, перекочевало с юга Франции вместе с переселившимися кельтами. Точнее, информация о местонахождении, сам Грааль, надо полагать, не менял местопребывания.

В кельтской мифологии можно найти сходные мотивы и с хурритами. Так, удивительным образом забеременевший бог Кумарби рожает сына странным способом – через разбитый камнем череп: