Виктория - значит Победа. Сердцу не прикажешь (СИ) - Кальк Салма - Страница 41

- Здравствуйте, я рада приветствовать соседей, - тоже кланяюсь. – Увы, сегодня я провела весь день не дома, потому что давно здесь не была и должна всё осмотреть.

- Рад знакомству, госпожа де ла Шуэтт. Виконт де Гвискар предупреждал, что вы весьма занятая особа, но я, честно сказать, не поверил. И теперь вижу – напрасно не поверил. Анатоль де Риньи, к вашим услугам.

Точно. Виконт предупредил, я всё правильно поняла.

- Вы – отец юного Алоизия? – ничего так рано он начал-то.

Но если все они тут рано начинают, то ничего удивительного, да? И может быть, Шарло тоже уже завёл себе какую-то личную жизнь? И здешний нерадивый управляющий потому так на него и посмотрел, что мальчишка в людских глазах годится на роль юного любовника?

С другой стороны, ну, пятнадцать-шестнадцать лет, да? Уж наверное, хочется попробовать всё, а господин граф, не имеющий розовых очков по поводу юношества и человечества в целом, рассказал о магическом способе предохранения так же, как и мне?

- Да, Алоизий – мой сын. Вы успели познакомиться? – удивился гость.

- Господин виконт определил всю свою талантливую молодёжь в обучение к господину графу Ренару, а тот ведёт занятия в моём доме, так вышло. Вот я с ними всеми и познакомилась.

- Господин виконт сказал, что у вас могут быть сложности, - не поддержал гость разговора о детях. – И я прибыл, чтобы сказать – если они вдруг возникнут, обращайтесь без стеснения. Мы с дедом поможем. Достаточно ли хорошо вас приняли? Вы ведь давно не были в поместье?

- Я покинула этот дом, когда мне исполнилось шесть лет, - улыбаюсь, вздыхаю. – И только сейчас смогла вернуться, и вот – разбираюсь, что и как. Подскажите, есть ли у вас арендаторы?

- Есть какие-то, - кивнул он.

- Они тоже страдали от засухи в два последних года, как и мои?

Анатоль де Риньи пожал плечами.

- Честно говоря, не знаю. Нужно спросить у деда, он ведёт все дела.

- Сколько же лет вашему деду?

- Почти девяносто, но по нему не скажешь, - надо же, наш гость умеет усмехаться. – Он мощен и крепок, и его не смеет ослушаться никто – ни арендаторы, ни кони, ни собаки.

- Ни внук, ни правнуки? – улыбнулась я.

- Себе ж дороже, - он тоже улыбнулся. – Госпожа де ла Шуэтт, мы будем рады принять вас у себя.

- Так и я буду рада пригласить вас с господином маркизом в гости, - отбила я. – Честно, не знаю, готова ли моя кухня кормить всех сегодня, но начиная с завтрашнего дня – вполне.

- Наша кухня не чета королевской, но голодным никто не уходит, - господин де Риньи поднялся. – Можем мы рассчитывать на ваш визит, скажем, завтра?

- Можете, - я тоже поднялась. – В котором часу вы принимаете? Я завершу дела и навещу вас.

- Скажем… в семь? И если вы не из пугливых, могу доставить вас к нам и потом обратно домой очень быстро.

- О, это вы про тайные тропы некромантов? – оживилась я. – С удовольствием. Я однажды пробовала, мне понравилось.

Я не сразу поняла, почему он смотрит на меня как-то странно. Посмотрел и спросил:

- Неужели понравилось?

Я сболтнула лишнего?

- Мне понравилась скорость перемещения. Я задумалась, можно ли этому научиться.

- Если вы не родились некромантом – то нет, нельзя.

- А я не родилась некромантом, - киваю. – Значит, буду надеяться на других, хоть и не люблю, предпочитаю на себя. Что ж, буду рада, если вы завтра зайдёте за мной около семи. Познакомлюсь с вашим дедом.

Я уеду, а имущество моё останется. И если соседи надёжные, то останется под приглядом, а это хорошо. Поэтому я обязательно схожу в гости.

Анатоль де Риньи откланялся, я задумалась ещё – не слишком ли легко согласилась отправиться неизвестно куда. Но… я предупрежу. И возьму с собой Шарло – пускай образовывается.

- Госпожа Викторьенн, а куда подевался господин де Риньи? Исчез, как у него в обычае? Не остался ужинать?

- Нет, Жюстин, не остался. Но уговорил меня завтра нанести им соседский визит.

- Что ж делать, и впрямь соседи, хоть и некроманты, - экономка перекрестилась. – Ужинать-то будете?

- Конечно, буду!

А после ужина нужно будет кое с кем переговорить.

Я отпустила всех до завтра, поднялась к себе и достала зеркало. Выходит, виконт де Гвискар не забыл о своём обещании договориться с соседями, чтобы присмотрели за мной и моими делами. А что я?

А я, если честно, думала о нём довольно много и часто. Но – отчего-то ни разу не связалась. Я связывалась с господином Валераном – узнать, как дела дома, я связывалась с господином графом – узнать, как там моя молодёжь, и даже с Камиллой пару раз связывалась и требовала отчёт о том, что происходит на занятиях. Камилла отвечала, что всё хорошо, я видела, что за этим «хорошо» определённо что-то стоит, но дополнительных вопросов не задавала – пока.

А вот господину виконту я не звонила ни разу. И он мне – тоже.

Это говорит о том, что «с глаз долой – из сердца вон», или о том, что все думают, но никто не хочет позвать другого первым? Все ждут, у кого у первого кончится терпение?

Предположим, оно кончилось у меня. Да и повод появился – визит его друга. Поэтому я взялась за зеркало и позвала.

Что ж, ответ я получила мгновенно.

- Доброго вам вечера, госпожа де ла Шуэтт, - он просиял улыбкой.

- И вам, господин виконт, - благовоспитанно ответила я.

- Неужели вы ещё помните, как меня зовут, как я выгляжу и как звать меня магической связью? – усмехается, паршивец.

- Отлично помню, верите? – тоже смеюсь.

- Мне весьма отрадно это слышать. Что же, ваши бесконечные дела дали вам передышку и вы вспомнили, что я существую на свете?

- О вашем существовании напомнил мне ваш друг де Риньи, - скажу сразу.

- Анатоль навестил вас? Отлично, просто отлично.

- Да, и пригласил в гости, познакомиться со своим дедом. А я готова расспросить того деда обо всём, что творилось здесь в последние годы. И не только в последние – раз ему девяносто лет, он видел многое.

- Это точно, - согласился виконт. – Господин маркиз мало служил при дворе, чаще жил дома, лучше него вам никто о вашей округе не расскажет.

Значит, его и об отце Викторьенн можно расспросить. И вообще о том, что и как тут обычно происходит. Но это завтра, а сейчас…

- Как дела у Алоизия?

- Спасибо, неплохо.

- Вы узнали, чего ради он полез под потолок?

- Узнал. Там был спрятан артефакт – кем-то и когда-то, но очевидно, что спрятал человек с более длинными руками, чем у нашего Алоизия. Он почуял артефакт, но не смог дотянуться, и по малолетству провалиться в тени во время падения тоже не смог. Вот и пострадал.

- А что за артефакт?

- Создающий иллюзии при помощи смертной силы. И лежал он там уже лет с полста, если не больше. Возможно, его там прятал мой отец в дни своей юности, а может и ещё кто. Алоизий очень хотел себе что-то такое, что бы уравнивало его силы с остальными, а остальные старше, и это сложно.

- И что же, вы отдали ему эту штуку?

- Отдал, - улыбнулся виконт. – Вреда в ней никакого, а если Алоизий придумает, как применить – порадуемся за него. Но расскажите о ваших делах, мне, конечно, немного рассказывают дети, немного ваш целитель и немного господин граф, но из первых рук всегда вернее.

Что? Рассказывают ему о моих делах? Вот ведь! Кто их просил-то?

- И что же вам рассказывают, мне весьма любопытно, - хмурюсь я.

- Главным образом о том, что вы ехали и доехали, - смеётся он. – И навели там шороху.

- Это правда, навела. Тут не всё в порядке, к сожалению.

- Наверное, у вас весьма высокие требования к тому порядку? – он всё ещё смеётся.

- Возможно, но я не смогу быть тут постоянно, мне нужно, чтобы система работала без моего непосредственного участия с некоторым разумным контролем.

- Как-как вы сказали? – он уже не смеётся, а прямо хохочет. – Я так не скажу никогда.

Эх, Вика, тормози. Здешняя молодая особа таких слов не знает. Что делать-то?

- Скажите, вы ведь не находитесь в вашем замке постоянно? – спрашиваю.