Оружейных дел мастер (СИ) - Тепеш Влад - Страница 72

Утро выдалось пасмурным, или, может быть, таким оно казалось неважнецки выспавшемуся Даниле. Однако время поджимает, тут уж не до сна.

Минометы уже ожидали сборки, а вот литейщики запаздывали. Хреново. Инженер отправил к ним посыльного, а сам принялся за сборку, руководя мастерами Кадиаса. Процесс занял минимум времени, подгонять ничего не пришлось: кузнецы не подкачали.

— Что дальше? — спросил Кадиас, когда оба миномета стояли собранные, — испытаем?

— Нечем. Литейщики пытаются опоздать… В общем, пока суд да дело — я ночью разработал еще одно оружие.

Он разложил перед Кадиасом чертежи и принялся объяснять, что есть что.

— А что это вообще такое?

— Драконобойное ружье.

— Вот наконец-то! — обрадовался кузнец, — все ждал, когда дело дойдет до серьезных дел… В общем, ствол будет проблемой — новую оправку делать надо, но мне уже не привыкать, руку набил на этом деле. А эти деревянные штуки… Может, из металла делать?

— Нет-нет, — возразил Данила, — именно дерево нужно, притом наилегчайшее. Так надо.

— Я с деревянщиками дел особых не имел никогда. Надо через их министра решать.

— Я решу, — перегнулся через плечо Данилы Йонгас, — дай мне чертежи для столяров. Сколько надо?

— Очень много и еще малую тележку. Но для начала штук тридцать. И чтоб тютелька в тютельку.

Как только Йонгас и кузнец отбыли, появился слуга с сообщением, что литейщики выполнили задание и готовы доставить груз, куда скажут.

— На гранатный завод пусть везут.

Он вернулся к своей карете, где, укрывшись пледом, дремала Роктис, и распорядился ехать туда же. Ведьмочка, с момента своего «воскрешения» страдающая от сонливости, умудрилась занять все сидение, так что Даниле и Гаскуллу пришлось тесниться на втором. Хорошо хоть, что Йонгас отбыл к деревянных дел мастерам.

Алхимики уже ждали, привезя и обещанную бочку улучшенного пороха, и готовую замедленную смесь. Данила, собрав вокруг стола рабочих, вначале доходчиво разъяснил, как именно надо собирать мины и на какие нюансы обращать особое внимание, а затем собственноручно собрал первую. На это ушел добрый час, к тому же инженер основательно перепачкался тем самым замедленным составом. Хороший порох не пачкает, чего не скажешь об угле.

Испытания миномета он проводить не стал, вместо этого испытал саму мину, вкопав ее на дне все того же овражка, где испытывались гранаты и где принял смерть сэр Саверон, вверх тормашками и привязав к фитилю удлиняющий кусок огнепроводного шнура.

— Это их вот так в землю надо будет вкапывать? — полюбопытствовала Роктис, к тому моменту уже выспавшаяся.

— Нет. Но если ее так не вкопать — может куда-то улететь и кого-то убить. Нас, к примеру.

Огонек весело побежал по шнуру и нырнул в овраг. Несколько секунд спустя крепко ухнуло.

— Как-то не очень, — с сомнением заметила ведьмочка, — гранаты посильней грохотали…

— Жди и не мешай считать. Все еще впереди.

Мина рванула только сорок секунд спустя. Нормально, теоретически, она должна находиться в полете не более двадцати двух секунд. Надо чутка меньше трамбовать замедляющего состава во временную трубку, а в конец досыпать чуть больше пороха. И бабахает неплохо, даром что внутрь поместилось едва семьсот граммов улучшенного состава, то есть слегка поменьше, чем в гранату, но сила не хуже, а то и покруче. Годится.

Данила вернулся с рабочими в цех и собрал вторую мину, сделав акцент на измененном снаряжении временной трубки.

— В общем, так, — сказал он, — времени у вас до завтра, то есть хватит. Как закончите — продолжайте делать гранаты.

Затем он разбудил литейщиков, уснувших прямо у своих телег на земле, и отправил отливать еще одну партию мин.

— Я понимаю, что вы все ужасно устали, — сказал им Данила, — но времени просто нет. Завтра последний день — отлейте еще, сколько сможете, до завтрашнего утра, и тогда спите, сколько влезет. Если нам не хватит всего этого — в могиле выспитесь, хотя я сомневаюсь, что гоблины станут вас хоронить.

Алхимику Флорну было заказано еще две бочки, остальным — еще замедляющего состава. Должно хватить.

Темный эльф по имени Т’Альдин прибыл со своим отрядом в столицу в конце ночи, так что Даниле опять пришлось просыпаться спозаранку, не отдохнув, как следует.

Прибывший произвел крайне двоякое впечатление. Этот дроу, в отличие от постоянно щебечущей Роктис, оказался совершенно иным: держался уверенно, не пытался даже имитировать дружелюбие, смотрел исподлобья прямо в глаза, словно ежесекундно испытывал Данилу напрочность воли. Маленький, ростом с самого инженера, он напоминал бульдога, причем не обликом, а именно своей манерой поведения: и вроде невысокий, но по глазам видно, что если вцепится в горло — не отпустит. Роктис с ним моментально поцапалась, сказав несколько вкрадчивых фраз на своем языке. Т’Альдин отреагировал, судя по реакции ведьмочки, неожиданно жестко, бросив отрывистую реплику и наградив откровенно нехорошим взглядом.

— В чем дело? — спросил Данила.

— Совсем охамел, жалкий мужчинка, — возмутилась Роктис, — видимо, как наверх поднялся — набрался у эльфов всякой дури, забыл этикет родного города…

— Будь добра уволить меня от всех ваших межусобиц, — отчеканил инженер, — если он не говорит по-нашему — переводи, и точно!

Т’Альдин, услышав, как ведьмочка получила такой же жесткий ответ еще и от Данилы, криво ухмыльнулся.

Оказалось, он действительно не говорил на известном Даниле языке, только, судя по пояснениям Роктис, знал пару фраз на тархалонском, так что без переводчика общение оказалось затруднительным: дроу владел своим родным и эльфийским, инженер же — только арлансийским.

Эльф-сопровождающий дал этому дроу весьма хорошую характеристику: некогда спас свою группу в безнадежной ситуации, а теперь весьма ценный и деятельный диверсант. Данилу такой помощник устраивает.

Объяснить Т’Альдину смысл корректировки оказалось несложно.

— Ты бросаешь огненные шары, не видя цели?

— Да, из лесу. А ты сидишь на дереве, смотришь, куда они падают, и жестами по цепочке передаешь мне, как я должен менять прицел, чтобы попасть в гоблинские осадные машины.

— Гоблины все равно увидят, откуда шары летят, нет?

— Нет. Они черные, и превратятся в огонь только когда упадут.

— Это все?

— В общем-то, да. Я только должен объяснить тебе, как правильно передавать поправки.

— Я слушаю.

Систему он усвоил на лету. Сообразительный малый.

[1] Танковая война (нем.)

Глава 36

Данила подумал внезапно, что если ему правду говорили о дроу, то эти ребята должны от войны держаться подальше. Им ведь не свойственен патриотизм и тому подобные соображения, своя шкура — все для них. Он спросил об этом у сопровождающего эльфа.

— Его отряд примерно таков, как ты говоришь, чародей. Им есть что защищать, но они не любят рисковать. И Т’Альдин был таким же. Но когда в его лес пришли гоблины — он, потеряв дом, сильно… озверел. Думаю, ему уже донельзя надоело терять свои дома.

— Ну, значит, у него есть мотивация. Мне подходит.

На этот раз экспедиционные силы состояли из едва ли пятисот человек: Данила здраво рассудил, что больше просто ни к чему. Минометная команда — меньше пятидесяти человек, включая гвардейцев и возниц. Остальные — группа прикрытия, состоящая из солдат с аркебузами, эльфов-лучников и кавалерийского отряда.

Весь путь занял часов восемь: вышли еще засветло. Данила потратил это время очень эффективно, основательно выспавшись. Да, ему предстоит лично участвовать в бою первый раз в жизни, это, конечно, страшно, но регулярный недосып и работа на износ утомили его настолько, что заснул он, лежа в телеге на сене чуть ли не в обнимку с минометным стволом, в два счета.

По прибытии на место отряд встретили разведчики, наблюдавшие за лагерем, и сообщили, что пока все идет так, как и предполагалось. Гоблины разместили пушки в лагере, сами расположились вокруг них, своих недолугих орков разместили вокруг себя. Два каравана повозок остановились, не доезжая до лагеря на полкилометра, и охраняют их только орки, гоблинов-командиров всего парочка.