Оружейных дел мастер (СИ) - Тепеш Влад - Страница 52

Получилось именно так, как она и говорила: слуга с требованием явиться к королю пришел как раз, когда инженер застегивал камзол.

В зале совещаний собрались, помимо самого Валлендела, Йонгас, несколько уже знакомых Даниле баронов и графов из числа военных, включая Вольсунга, Марнея и Ренфорта, давешний эльф-разведчик, еще несколько незнакомых. У дверей снаружи и внутри Гаскулл поставил нескольких охранников, а сам безмолвно возвышался за спиной короля. Вскоре незаметно просочилась и Роктис.

Героем дня, точнее, ночи был тот самый хромой, Кэлхар. Рыцарь коротко доложил о потерях и результатах боя и вытянулся по струнке. На него сразу же посыпался град вопросов, и из его ответов Данила составил себе полную картину произошедшего. Как он и ожидал, применение пороховых гранат оказалось чрезвычайно эффективным против колонны на марше.

— Вот только потери не радуют, — заметил он, — сэр рыцарь, я же говорил — ударить и уйти, нам нельзя терять людей. Если бы вы просто ушли после первой же атаки, потери были бы единичными. А так — полтора десятка убитых. И ради чего?

— Но мы истребили их сотни! Всю колонну разгромили! Уйди мы после первой атаки — враг понес бы куда меньшие потери!

— Все же, тут я на стороне сэра Кэлхара, — сказал король, — погибшие отдали свои жизни за стоящее дело. Потому что теперь вместо чисел, сколько убито врагов, мы можем отвечать коротко и веско: безоговорочная победа, сокрушительный разгром противника. Сейчас ликует весь город, когда гонцы разнесут весть — будет ликовать вся страна.

Данила вздохнул:

— Я хочу донести до вас одну мысль. Мы ведем войну по невиданным ранее правилам. Эти погибшие — они были очень ценны, потому что уже обладали боевым опытом, которым сейчас не обладает никто, кроме непосредственных участников первого боя. На будущее — старайтесь все-таки делать, как я говорю. Потому что врага бить мы будем не моралью, а оружием, и мне нужен каждый человек, способный правильно применить это оружие.

— Вопросов нет. Мне и самому печально терять достойнейших. Что дальше?

— Дальше — дайте нам больше этих гранат! — воскликнул рыцарь, — и мы учиним им еще и не такое!

Данила покачал головой.

— Я так не думаю. Вторая атака по той же тактике успеха иметь не будет, вас просто перебьют. Враг найдет противодействие, и простейший вариант — зонты. Более того, стоит ожидать появления у врага гранат в скорейшем времени, так что нам понадобится новый план. А пока что мы сделаем вот что. Сколько городов и крепостей нам потребуется оборонять, если враг двинется в наступление?

Король с советниками начали на лету подсчитывать, загибая пальцы.

— Шестнадцать укрепленных пунктов между столицей и серой чумой, — подытожил Валлендел, — осадить все гоблины не смогут, у них не хватает сил для наступления широким фронтом, но как минимум пять они обложат…

— А как же Йоррваскр? — вмешался Марней, — мы его не посчитали!

— Потому что жители деревни уже давно ушли в ближайший город, — ответил Валлендел, — в замке только наблюдатели, оборонять его мы не будем. Слишком далеко он.

— Значит так, — сказал Данила, — необходимо в каждый замок и город отправить по одному инструктору, и по тысяче гранат. Инструкторов обучат рыцари, участвовавшие в бою, а они уже должны будут обучить бросать гранаты тамошних солдат, хотя бы двадцать человек. Для обучения им хватит ста гранат, еще девятьсот помогут отбить штурм, если он последует. Необходимо увеличить производство пороха вдвое как минимум, выплавку корпусов для гранат поставить на поток, для них сгодится самый дрянной металл, причем любой. Производить огнепроводные шнуры будут почти все алхимики, а рабочих на фабрике гранат надо утроить, каждый из тех, что есть, обучит еще по два помощника, а лучше по четыре, и пусть работа идет круглые сутки напролет. Шестнадцать тысяч гранат можно произвести за пару дней, если крепко поднапрячься. Пусть кто-то запишет, чтобы не забыть, и с утра всем этим займется.

— Я запомнил, — сказал Йонгас, — завтра сделаю.

— Что дальше? — просил король.

— Трофеи. Во-первых, осмотрим их оружие, поглядим, чем оно нам поможет. Во-вторых, испытаем, что же на самом деле могут их доспехи. Четыре телеги трофеев — это, надо сказать, все же большой успех.

Осмотр привезенного вооружения оказался сопряжен с небольшой неприятностью: все — чехлы ружей, топоры орков, доспехи — было запачкано грязью, и очень многое — еще и кровью, пришлось закатать рукава и основательно замараться. Но результаты осмотра радовали.

Рыцарям Кэлхара удалось собрать около двухсот чехлов с аркебузами и патронами, боеприпасов, правда, не больше десяти на ствол, но их сделать не проблема. Неприятно поразила степень сходства оружия: два любых экземпляра почти одинаковы, несмотря на явные следы кустарного производства, калибры совершенно идентичны. Получается, у врага огромное количество мастеров, изготовляющих оружие по единому образцу. Сам факт наличия такой штуки, как стандарт, говорит очень многое, даже не столько о технологическом уровне врага, сколько о его организованности. Черт.

Даниле пришлось пережить несколько минут тяжелейшей борьбы с самим собой. Двести стволов — что с ними делать? Готовое оружие дает соблазнительную возможность прямо сейчас подготовить две роты стрелков, которые могли бы быть большим подспорьем в следующем бою. Или же использовать сами стволы как таковые, вставляя навитой ствол в форму и заливая его снаружи тонким слоем прочной стали, можно легко получить двести куда более тяжелых, но при этом и более прочных заготовок для производства аркебуз повышенной мощности.

В итоге Разумовский решил, что утро вечера мудренее: выспится и подумает.

Глава 26

Новый день принес новые заботы. Вместе с Кадиасом Данила испытал доспехи врага, оказалось, металл такой же, или почти такой же, как сплав дварфов. А вот работа далеко не так хороша, но прочность брони все равно была на высоте. Проведя тестовые стрельбы на пустыре у окраины города, Данила установил, что гарантированное пробитие гоблинских доспехов из гоблинской же аркебузы — только с пятидесяти шагов, с двухсот стрелять уже бесполезно. Обычный рыцарский доспех гарантированно пробивался со ста шагов, от выстрела с трехсот защищал недостаточно надежно, хотя попасть с такого расстояния в одиночную цель можно было только волею случая. В то же время прототип мушкета с оперенными пулями прошивал гоблинский доспех со ста шагов навылет и пробивал нагрудную пластину второго доспеха в половине случаев. На триста — только по толпе стрелять можно, но если попасть — как минимум нагрудная пластина будет пробита, что равнозначно игре в ящик.

Все это давало определенные надежды. Мушкеты Разумовского смогут поражать противника на расстоянии триста шагов и даже больше, может, и на четыреста. В то же время гоблины опасны только с трехсот. Если армия короля применит щитоносцев, которые будут нести большие, непробиваемые щиты в первом ряду — гоблины вообще окажутся по уши в дерьме. Другой вопрос, что они и сами применят щиты в следующем же сражении, как только поймут, что у арлансийцев тоже появился огнестрел.

Большое искушение — изготовить стреловидные пули по калибру гоблинских аркебуз и спланировать новую атаку с их применением, но риск высок. Стреляться с гоблинами придется на равных — превосходство в бронебойности против превосходства в защите — плюс риск, что гоблины получат хоть одну пулю, а попадание концепции оперенной пули врагу равнозначно поражению. Увы — но применить огнестрел можно будет только в генеральном сражении.

Поразмыслив, Данила решил действовать наверняка. Трофейные аркебузы послужат благому делу, с их помощью можно начинать обучение солдат прямо на следующий день, и когда армия получит первые партии огнестрельного оружия, из него уже будет кому стрелять.

В полдень появились новости, как хорошие, так и плохие.

Данила, пытаясь пойти к королю для согласования мелких деталей, внезапно наткнулся на еще одного гвардейца-полуорка, который не выпустил инженера ни из крыла, ни даже с этажа.