Призыватель нулевого ранга. Том 9 (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 8

Складывалось впечатление, что мы как будто стоим группировка против группировки, и что-то пытаемся выяснить.

— Я понимаю ваши опасения, — сказал я. — Но давайте вместе подумаем, что мы можем сделать. Я не верю, что нужно просто сложить лапки и ждать, пока вас поглотит море. В этом случае лучше взять арсенал, разобрать его весь и застрелиться к чёртовой матери.

— Возможно, мы именно так и сделаем, — тяжело вздохнул Агунар.

— Давайте так, — сказал я, чувствуя себя довольно неловко, потому что буквально упрашивал людей не расставаться с жизнью. Честно говоря, выглядело это совершенно по-идиотски, но передо мной стояли гордые люди, которые не хотели расставаться со своей свободой даже ценой жизни. — Попробуем всё-таки определимся. Я вот помню, когда послы приезжали к нам и выступали, они говорили о каких-то спорных островах, которые, как я понимаю, не входили в этот самый архипелаг.

— Ну да, — кивнул Агунар. — Есть два острова: Заячий и Рыбацкий. Они когда-то принадлежали империи, но потом отошли к Островам. Однако они находятся примерно на полпути между нами, и нам туда никак не доплыть, по крайней мере всем вместе. А тысяча человек вряд ли сможет поднять снова целое королевство.

Мне хотелось орать матом.

— Я ещё раз говорю: я вот прямо сейчас могу позвонить императору и попросить его прислать за всеми вами корабли, которые потом могут отвезти вас на те самые спорные острова.

— Но острова от этого не перестанут быть спорными, — в разговор снова вмешался Вагнес. А рядом с ним встал тот, которого называли герцогом Кондорским. — Империя будет считать их своими, раз больше нет нашего государства. Но мы никогда не поступим в услужение к империи. Лучше смерть.

Я боролся с желанием плюнуть на всё, сесть на Элфина вместе со всеми своими и умчать отсюда к чёртовой матери. Пусть делают, что хотят, пока не утонут. Но почему я должен их уговаривать жить? Вот монстров совершенно не надо ни в чём уговаривать. Они всеми своими силами пытаются выжить и поэтому стараются убить тех, кто угрожает им.

А эти — всё. Затонули их острова, они сложили лапки и готовы помереть. Что-то не вязалось у меня это с их менталитетом.

Я окинул взглядом толпу и сразу выделил простолюдинов.

— Вы знаете, — сказал я, — мне кажется, если я подойду сейчас к любому из тех, кто не является аристократией, и спрошу, хотят ли они выжить, они мне скажут, что да. Им будет не важно, где это произойдёт: на Островах или в империи.

— Так это ж холуи, — высказался герцог. — Им всё равно, под кем батрачить. Речь-то идёт о нас. Мы никогда не преклонимся перед чужим государем.

— Но своего-то у вас пока так и нет, — хмыкнул я. — Так что давайте как-то будем уже логичнее.

Герцог понурился. Я понял, что надо либо отпускать ситуацию, либо брать в свои руки и действовать решительно. Я вытащил телефон и набрал номер Михаила Николаевича. Он ответил не сразу, но достаточно быстро.

— Да-да, слушаю, Максим, — проговорил он.

— Тут катастрофа, — сказал я ему.

— Что с тобой случилось? — резко и с обеспокоенностью поинтересовался император, явно моментально подобравшись.

— Со мной и моими людьми, по счастью, всё хорошо, — ответил я. — А вот Острова медленно, но верно уходят под воду. Причём осталось только два больших острова и несколько маленьких. Все основные уже под водой. Проснулся вулкан, и тут творилось нечто неимоверное: извержение, землетрясение, цунами. Короче, полный набор.

— И чего ты хочешь от меня? — настороженно поинтересовался император, который мгновенно вникал в суть дела.

— Михаил Николаевич, — сказал я, — нам бы надо помочь людям. Кораблей у них после длительной морской блокады нет. Только частные лодки. Но я так понял, что кто смог, тот их уже вывел в море. Да и куда можно доплыть-то на этих лодках?

— Прости, — ответил мне император, — но сколько там народу?

— По предварительному подсчёту около полумиллиона, — ответил я.

— И куда ты мне предлагаешь деть полмиллиона человек? — спросил меня император.

Я посмотрел на Агунара, на Вагнеса, на герцога. Теперь понял, о чём они говорили.

Император тоже не горел желанием впрягаться за людей с Островов. Оно и понятно: многие десятки, если не сотни лет, они досаждали империи, были очень неприятным соседом. Теперь, когда у них случилось несчастье, никто не торопился им помогать.

— Михаил Николаевич, — сказал я сухо, но уж как получилось, — у нас есть спорные острова. Мы можем разместить всех этих людей там. Потом, когда им не будет угрожать неминуемая смерть, мы решим, что делать дальше: как их прокормить, как вернуть им Острова и так далее.

При фразе «вернуть острова» Агунар буквально впился в меня взглядом. Впрочем, как и остальные. Но мне было плевать. Я полагал, что действительно есть возможность, если не вернуть конкретно эти острова, то создать какие-то новые. Технологии есть практически для любых целей. Стоит только захотеть и рассчитать.

— Максим, — сказал император, — я боюсь, что это будет не очень просто.

— Под мою ответственность, — сказал я, — вышлите, пожалуйста, вместительные корабли, чтобы перевезти всех выживших в безопасное место.

— Я перезвоню тебе, — сказал император, но не отключился, а через некоторое время добавил: — У них же нечем за это расплатиться, так?

И вот тут я посмотрел на Агунара и подумал:

«А что вы можете дать взамен ваших жизней, если они вам и самим не нужны?»

Глава 4

В этот момент в нескольких километрах от нас рванул вулкан. Судя по всему, тот холм, который ещё оставался на Дворцовом острове, не выдержал и взлетел вверх. Возможно, это произошло из-за попадания морской воды в раскалённую магму, и из-за повышенного парообразования всё это не выдержало и разлетелось яркими вспышками по темнеющему небу.

— Что там у вас? — спросил меня император по телефону.

— Вообще-то, — ответил я, — у нас тут конец света. Поэтому я всё-таки прошу выслать за нами корабли.

— Но кто за это будет платить? — поинтересовался Михаил Николаевич.

— Одну секунду, — ответил я и оглядел собравшихся. — Господа, я прошу подойти ко мне ту аристократию Островов, которая принимает хоть какие-бы то ни было решения.

Ко мне нехотя, бочком, придвинулось человек десять, не больше. Так я и знал. В каждой стране основная верхушка, которая всем заправляет, достаточно малочисленна.

— Итак, — сказал я, — вы хотели видеть меня своим королём?

— Ну, как бы были разговоры, — сказал толстяк, который, судя по всему, был одним из тех, кто принимал все решения.

— Послушайте, — сказал я, — от ваших ответов сейчас зависит ваша жизнь. У меня на связи император Российской империи. Я сейчас пытаюсь сделать всё, чтобы спасти всех оставшихся в живых людей, и не допустить гибели вашего государства. У меня к вам два основных вопроса и несколько сопутствующих. Вот один из главных вопросов, звучит так: вы готовы видеть меня своим королём?

— Максим! — раздался из трубки напряжённый голос Михаила Николаевича. — Ты чего там задумал-то?

— Подождите, — сказал я. — Никаких необдуманных поступков от меня не последует. — Ну так что? — обратился я к присутствующим.

Последовало долгое молчание, сквозь которое я слышал шелест постепенно набегающего на сушу моря.

Мне действительно несколько раз просто хотелось плюнуть, прыгнуть на Венетто или того же Вилли и помчаться прочь к империи, забыв обо всём этом происшествии как о страшном сне. Но нет.

За спинами десяти собравшихся передо мной аристократов я видел простых людей, которые с болью и какой-то несбыточной надеждой глядели на меня.

Они и рады были бы поверить в своё собственное спасение, но не могли, потому что знали: их аристократия не согласится ни на какие условия, которые хоть как-то ущемят их.

— Вы думайте и думайте быстрее, — попросил я.

— Мы считаем, — проговорил герцог Кондорский, что избирать тебя королём в данном случае это вроде как под давлением ситуации, а мы все не очень рады такому. Мы хотели бы избрать короля в достаточно простой обстановке, не оглядываясь на катастрофы, которые постигают нас одна за другой.