Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья (СИ) - Никитина Полина - Страница 32

Это уже перебор!

Не выдержав, бросаюсь к нему и пытаюсь вытолкнуть из комнаты. Но он недвижим как монолитная скала - даже не шелохнётся. Ладони скользят по бугрящимся грудным мышцым, босые ступни путаются в ковровом ворсе. Пыхчу и стараюсь как могу, но не в силах сдвинуть эту глыбу с места!

- Какая тебе разница? - потерпев сокрушительное поражение, я опускаю руки в бессильном жесте. - Я для тебя всего лишь средство достижения цели. Впрочем, как и для Альфреда - иначе почему он до сих пор не сдал меня мистеру Дезмонду? Почему тот не стоит у ворот в Зимнее поместье?

Эридан слушает с каменным лицом. Долгое молчание действует на меня, как зажжённая спичка в опасной близости у склада фейерверков. Одно неверное слово или движение, и…

- Я сегодня чуть не погибла, - пытаюсь воззвать к крупицам его совести. Всё же, сегодня я убедилась, что эти самые крохи у него имеются. - А ты продолжаешь давить на меня и что-то требовать! Прицепился с этим платком, как... как... - от возмущения даже слов не хватает. - Не нравится - сожги его! Или сделай куклу вуду Альфреда и втыкай в неё иголки сколько влезет! Только меня оставь в покое! Я не вселенское зло с жаждой парных татуировок и меркантильным интересом. Я просто девушка, которую занесло сюда по нелепой случайности! У меня есть свои мысли, чувства! И знаешь что? Моё терпение тоже не бесконечно!

Последние слова срываются почти криком. Щёки пылают, руки трясутся, а в комнате повисает такая плотная тишина, что, кажется, её можно потрогать.

Замираем друг напротив друга: я - тяжело дыша и до боли сжимая кулаки, он - неподвижный как изваяние, только желваки играют на точёных скулах. А эта вредная ящерица на запястье так и норовит вырваться с руки!

- Верно подмечено, - цедит драконище убийственно-ледяным тоном. - Ты всего лишь простая девушка. А должна стать леди, достойной моего положения.

Тлеющая искра внутри вспыхивает яростным пламенем. Горько усмехаюсь, чувствуя, как предательски щиплет глаза. Обида острыми коготками впивается в сердце.

- Уж прости, что я не идеальная фарфоровая кукла, - мой голос предательски дрожит. - Хотя ты старался, даже армию бьюти-ведьм нанял, - провожу ладонью по чистому лицу и зарываюсь пальцами в спутанные влажные пряди. - Но это я - настоящая, без магии и косметики! И это чёртово платье никак не снять! Долбанные крючки!

Осекаюсь, пытаясь отдышаться. Замечаю, как вздымается его грудь - похоже, и ему нелегко сохранять самообладание. Пристальный взгляд прикован к моим губам, и сердце предательски сбивается с ритма.

- Вот она я - настоящая Анна! - восклицаю, едва сдерживая слёзы. - А если что не нравится - вали к своим напудренным красави...

Договорить не успеваю.

Эридан одним неуловимым движением преодолевает разделяющее нас расстояние и жадно, почти яростно целует.

‌​‌​‌​​Глава 49

Твёрдые губы клеймят и обжигают. Кровь мгновенно превращается в жидкий огонь, струящийся по венам. На языке, который неудержимо, почти свирепо, терзает лорд Вэйн, разливается острая, до мурашек восхитительная сладость.

Неосознанно подаюсь навстречу, отвечая на поцелуй и растворяясь в по-звериному неистовом напоре. Сильные руки по-хозяйски скользят по моей спине, притягивая ближе, вжимая в твёрдый торс, и я чувствую, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

В голове мелькает отстранённая мысль, кажущаяся совершенно лишней и ненужной, особенно сейчас.

“Это слишком хорошо, чтобы быть правдой.”

Приоткрываю глаза, намереваясь оттолкнуть его, воззвать к разуму, доказать, что всё это немыслимо неправильно!

И обмираю от ужаса - передо мной уже не человеческое лицо. Звериные глаза с вертикальными зрачками смотрят хищно, властно, как матёрый волк на беззащитного щенка. По коже проступает чешуя графитово-серого оттенка с фиолетовым отливом.

Крик ужаса застревает в горле, лёгкие одним толчком вытряхивают воздух! Резко отстраняюсь, разрывая поцелуй, и осознание происходящего обрушивается как ледяной водопад - Эридан меня поцеловал!

Меня!

Поцеловал!

Без спроса, нагло, по-собственнически!

Ладонь сама взлетает в воздух, и звонкая пощёчина эхом разносится по комнате. В ушах звенит от силы удара, кожу на ладони жжёт, совсем как от прикосновения к раскалённому металлу! Лорд Вэйн отшатывается, морщась, и его облик мгновенно возвращается к человеческому. На идеально красивом лице, которого даже не портит красный след от пятерни, мелькает удивление, смешанное с запоздалым осознанием содеянного.

Да как он вообще посмел?

Несколько мучительно долгих секунд мы смотрим друг на друга. Воздух между нами звенит от напряжения. Острые скулы каменеют, а линия челюсти становится такой твёрдой, словно высечена из камня.

- Заслужил, - холодно роняет он и, повернувшись ко мне спиной, стремительно покидает комнату.

Платок Альфреда остаётся лежать на полу немым свидетелем произошедшего. Вздрагиваю всем телом от оглушительного хлопка двери, закрываю глаза и прижимаю дрожащие пальцы к горящим, истерзанным губам, пытаясь осмыслить происходящее.

Это не вымысел, он действительно дракон.

Настоящий!

Лорд Эридан Вэйн совершенно точно не человек.

Чудовище! Монстр! Бессовестная рептилия!

Опускаю взгляд на запястье и едва сдерживаю новое ругательство. Татуировка дракона крутится волчком, кувыркается через хвост, а его морда лоснится от самодовольства, будто он сорвал джекпот в новогодней лотерее.

- Ах ты, предатель! - шиплю сквозь зубы. - И какой от тебя прок, если ты даже не попытался его остановить? Иди давай к нему на руку, раз вы два сапога пара!

Вредный ящер беззвучно хохочет, потираясь шипастым гребнем о мою кожу, а затем сворачивается уютным клубком, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

А меня натурально трясёт от злости! И чего-то ещё, в чём я боюсь себе признаться.

Не помню, как снимаю платье и забираюсь под одеяло. Сон не идёт, а стоит закрыть глаза - накрывает лавиной воспоминаний. Властные, требовательные губы, берущие в плен и не ведающие пощады. Жар его ладоней, скользящих то вверх, то вниз вдоль позвоночника. Острый привкус шоколада с перцем на языке.

Вздрагиваю всем телом и, коря себя за проявленную перед Эриданом слабость, переворачиваюсь на другой бок.

Измученная бессонницей и самобичеванием, проваливаюсь в тревожную дрёму лишь с первыми лучами рассвета. А через несколько часов спускаюсь на кухню: невыспавшаяся, с гудящей головой и серыми кругами под глазами.

В доме тишина. За окном раздаётся долгий, заливистый лай Жерара. Лорда не слышно и не видно. В груди теплится робкая надежда, что мои проклятья в его адрес стали материальными, и он сквозь землю провалился.

Хоть попью в тишине чай.

Открываю форточку, традиционно проветривая кухню. Ставлю чайник на огонь и достаю с полки свёрток с остатками порядком зачерствевшего печенья.

Боковым зрением замечаю на полу у шкафчика утреннюю газету, где правый край изжёван и ещё влажный от слюны Жерара.

Поднимаю её, машинально пробегая глазами передовицу, и пол уходит из-под ног.

​‌​‌‌‍Глава 50

"Лорд Вэйн вырвал несравненную леди Вэйн из цепких лап Богини смерти," - слова царапают горло, пока я зачитываю заголовок вслух, не веря собственным глазам.

Взгляд прикипает к фотокарточке, где я застыла с искажённым от ужаса лицом - бледная, слегка растрёпанная и жалкая. А рядом Эридан сжимает меня в объятиях - само воплощение аристократического достоинства. Глаза горят, волосы развеваются по ветру, редкие снежинки мерцают на плечах, как драгоценные бриллианты.

Чтоб его драконьи блохи покусали!

Эридан даже в момент смертельной опасности безупречно красив и мужественен, будто позирует для парадного портрета.

- Да как такое вообще возможно?! - голос срывается, и я считаю про себя до десяти, чтобы успокоиться. Комкаю газету трясущимися руками, и влажная местами бумага распадается на части. - Кто-то преспокойно стоял и фотографировал, пока я готовилась встретиться в конце тоннеля с прапрапрапрабабушкой?!