Клуб убийств Марлоу - Торогуд Роберт - Страница 2

Джудит бросила взгляд за окно. Дом Стефана стоял на прежнем месте и в лучах заходящего солнца выглядел так же, как и всегда.

Если бы в тот момент кто-то мог заглянуть в окно, у которого стояла Джудит, он увидел бы за стеклом полноватую даму преклонных лет, на чьих плечах, подобно плащу супергероя, покоилась накидка. Собственно, во многих отношениях Джудит действительно была супергероем.

Только пока не знала об этом.

Глава 2

Через полчаса Джудит увидела, как из подъехавшей к дому Стефана машины с мигалками вышел полицейский. Она пристально наблюдала за действиями стража порядка и ни на секунду не опускала свой бинокль, пока тот обходил здание и заглядывал в окна. Миссис Поттс так хотелось крикнуть, чтобы он смотрел внимательнее, но толку от этого было бы мало, ведь она была по другую сторону реки. «Ничего. Офицер прекрасно знает свое дело и обязательно найдет улики, которые укажут, что же произошло».

Однако уже через двадцать минут, завершив беглый осмотр места, полицейский вернулся к машине, сел в нее и уехал.

«И это все? Да ведь он просто прогулялся по саду, даже не попытался войти в дом! Может, отправился за подкреплением?» Джудит решила, что не покинет свой пост у окна, и продолжила наблюдать за местом вероятного преступления.

В полночь она обнаружила, что в графине на серванте больше не осталось виски, – значит, пришло время отправляться в постель. Поднимаясь по массивной лестнице, Джудит отметила, что держаться за перила ей приходилось немного крепче, чем обычно. Она добралась до второго этажа и направилась было в левое крыло, но вовремя вспомнила, что ее спальня справа, и, с трудом высвободившись из цепких объятий длиннолистой аспидистры, взяла верный курс.

Джудит обожала свою спальню. Ее стены, отделанные крашенными в светло-зеленый цвет деревянными панелями, королевских размеров кровать под балдахином, которым служил гобелен с изображением сцены средневековой охоты. Разбросанная одежда, тарелки с остатками еды и кипы старых газет и журналов хозяйку совершенно не смущали. Джудит не переживала из-за беспорядка. Она милостиво впускала его в свою жизнь. Хаос в спальне был для нее своеобразным коконом, в котором миссис Поттс чувствовала себя по-настоящему защищенной.

Утром Джудит разбудил звонок телефона. Потянувшись за устройством, она бросила взгляд на часы: было всего десять утра.

– Слушаю, – просипела она в трубку.

– Доброе утро, – из динамика раздался бодрый женский голос. – Таника Малик, детектив из полицейского участка Мейденхеда. Я расследую инцидент, о котором вы сообщили вчера вечером.

– Ах, спасибо, что позвонили. – Джудит все еще плохо соображала.

Таника Малик объяснила ей, что послала констебля осмотреть дом и сад мистера Данвуди, но тот не нашел ничего примечательного или необычного, так что Джудит не о чем было беспокоиться.

– Но я же слышала! – встрепенулась Джудит.

– Да, в отчете указано, что вы слышали выстрел.

– Не только его! Я слышала, как кто-то выкрикнул: «Эй, нет!» Выстрел раздался после.

– Насколько я понимаю, вы как раз купались в реке. Уверены, что это действительно был выстрел?

Остатки сна мгновенно улетучились. Джудит даже не попыталась скрыть раздражение.

– Я выросла на ферме и отлично знаю, с каким звуком пуля вылетает из пистолета.

– А вдруг вы просто спутали звук выстрела…

– С чем, например?

– …с хлопком в глушителе автомобиля?

Такая мысль не приходила в голову Джудит. Она на мгновение задумалась, прежде чем ответить.

– Нет. Я уверена, что поняла бы, будь это машина. Я точно слышала звук выстрела. Полагаю, ваш констебль сообщил, что машина Стефана все еще стоит возле его дома?

– Почему вы об этом упомянули?

– И Стефан, вероятно, не ответил на ваш телефонный звонок, так?

– Извините, я не пойму, к чему вы клоните. Какой звонок?

– Наверняка вы попытались связаться с ним вчера вечером.

– Боюсь, я не вправе обсуждать с вами детали дела.

– Но вы же не могли проигнорировать сообщение о стрельбе. Значит, вы непременно должны были позвонить Стефану, чтобы узнать, как он. Судя по всему, на звонок Стефан так и не ответил. Тот факт, что его машина до сих пор стоит на подъездной дорожке, наводит меня на мысль, что с ним не все в порядке. Ведь если человек находится дома, он обязательно подойдет к телефону. А если человек в отъезде, соседи не увидят из окна его припаркованную машину. Если, конечно, у него есть машина. Я, например, предпочитаю общественный транспорт.

Таника Малик не стала медлить с ответом:

– Вы действительно тщательно все обдумали.

– Это все, о чем я могла думать прошлой ночью. Я волновалась за Стефана. Вдруг в него стреляли и преступник сбежал? А он лежит где-то на берегу, истекая кровью?

– Сомневаюсь, что он лежит на берегу, истекая кровью. Я полагаю, всему есть простое объяснение. На участке вашего соседа не нашлось ничего, что могло бы указать на трагические события. И в том, что к домашнему телефону никто не подошел, тоже нет ничего странного. Сейчас лето, время отпусков. Мистер Данвуди мог уехать. Уверена, через несколько дней он объявится – живой и невредимый. Поверьте, вам не о чем беспокоиться.

Детектив поблагодарила Джудит за бдительность и похвалила ее за исполнение гражданского долга, а потом отключилась.

Джудит еще долго лежала в постели, размышляя над тем, как ей следовало поступить. А вдруг Таника Малик была права и тому, что она слышала, можно было найти вполне невинное объяснение? В конце концов, Джудит точно знала: в Марлоу еще не случалось убийств.

Она решила выбросить дурные мысли из головы и заняться делами.

В 1976 году Джудит получила в наследство от своей умершей тетушки Бетти особняк, который стоял на берегу Темзы, а вместе с ним – портфель акций, который обеспечивал ей скромный доход. Строго говоря, при желании Джудит могла бы жить только на дивиденды с ценных бумаг, но ничто не могло заставить ее бросить любимую работу.

Джудит составляла кроссворды и головоломки для крупных газет. Она посвящала этому занятию многие часы, находя в нем убежище для своего творческого разума. Порой она просто терялась во времени, тщательно продумывая варианты перестановки букв для анаграммы и подбирая фразы или слова, имеющие более одного значения.

Джудит пересекла гостиную, подошла к карточному столику у эркерного окна и провела рукой по зеленому сукну. Затем взяла с полки листок бумаги в клетку и мягкий карандаш, который тут же вставила в отверстие электрической точилки, хотя он и не нуждался в заточке. Через пару мгновений Джудит держала в руке уже не пишущий инструмент, а, скорее, холодное оружие.

В другую руку Джудит взяла линейку. А потом широко улыбнулась. Острый карандаш, чистый лист бумаги. Предвкушение грядущей битвы. Несколько точных движений – и на бумаге появилась сетка пятнадцать на пятнадцать. Обозначив внутри сетки линию симметрии, Джудит принялась размечать поле, штрихуя ненужные квадратики. Она не следовала какому-то определенному шаблону, просто полагалась на свой многолетний опыт.

Скоро ей оставалось лишь заполнить чистые клеточки буквами. Она знала: на это уйдет час или два, а потом наступит момент абсолютного счастья от осознания того, что ей удалось собрать интересную коллекцию пересекающихся друг с другом слов. А затем Джудит приступит к созданию ключей.

Джудит задумалась. Создавая ключи, она старалась избегать намеренной непрозрачности, так ценимой многими ее коллегами, особенно теми, что работали в журнале «Листенер»[1]. Чужое желание продемонстрировать остроту своего ума она находила слишком… «мужским». Некоторые так отчаянно доказывали свою гениальность. Джудит же придерживалась принципов Ксименеса – составителя кроссвордов, который работал на журнал «Обсервер» с 1939 по 1972 год. Ключи должны были совмещать в себе указание на ответ и загадку. Непрямое взаимодействие с человеком, который будет разгадывать кроссворд, подчинялось определенным правилам. Отступить от них Джудит могла только в том случае, если находила особенно остроумную формулировку для своей подсказки.