Дар Демона. Том 1 и Том 2 (СИ) - Веден - Страница 67

— Понятно, — глухо произнес северянин.

Следующие действия произошли одновременно. Маг выбросил петли Теней, которые должны были связать полукровку, обвить ему руки, ноги, захлестнуть шею. Требовалось лишь шевельнуть двумя пальцами. Доля секунды…

Полуэльфа в том месте, куда целили Тени, не оказалось. Прыжок, слишком быстрый для взгляда — и Мэа-таэль уже на полпути к выходу.

Уйдет!

Проклятье!

Слишком быстрые движения, быстрее, чем у оборотней. Северянин и не подозревал, что полукровка способен на такое. Да, не только Арон скрывал при совместных тренировках предел своих возможностей.

Барьер на дверь маг бросил в последнее мгновение, рука Мэля наткнулась на невидимую стену в дюйме от деревянной поверхности. Вновь движение, почти неуловимое взглядом, и в обеих руках полуэльфа, уже развернувшегося к двери спиной, блеснули длинные клинки. И рассекли Тени, почти схватившие его…

Арон отшатнулся от неожиданности. Странное ощущение — почувствовать металл, разрезающий призрачное продолжение себя, но не испытать при этом боли. Он и не представлял, что подобное возможно. Защититься от магии сталью?

Тогда пусть будет по-другому. И ни скорость, ни эти противомагические клинки не помешают.

Мэа-таэль вскрикнул, правой рукой схватившись за браслет на левой. Кинжалы звякнули, ударившись об пол. Лицо полукровки моментально побелело. Впрочем, Арон чувствовал себя немногим лучше: передача боли вытягивала из него силы куда быстрее, чем любое другое магическое занятие. «Поводок» работал на максимально возможном уровне — по идее, полуэльфу уже следовало потерять сознание.

Мэа-таэль вскинул голову, черные глаза дико вспыхнули, правая рука метнулась к горлу и с силой рванула за кристалл, висевший на цепочке. Цепочка порвалась, кристалл упал на пол, расколовшись, и Арон ощутил, как часть его перестала быть. Часть, принадлежавшая магии.

Мэа-таэль, не спуская с него глаз, наклонился за клинками. «Поводок» больше не действовал и ничто в поведении полукровки не напоминало о боли, которую он только что ощущал.

Арон сделал назад шаг, другой, пытаясь взять себя в руки. Возможно, потеря Силы временна. Но даже если нет — всю прежнюю жизнь он прожил без магии, сумеет и сейчас. Нужно лишь не обращать внимания на гложущую пустоту внутри.

Мэа-таэль тем временем, не рискуя повернуться к Арону спиной, протянул руку назад и вновь попробовал коснуться двери. Барьер стоял.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

— Поговорим? — наконец предложил полукровка.

Том 2

Глава 28

Руку еще резало фантомными остатками боли, в горле еще стоял кисло-соленый вкус собственной крови — боль, вызванная Темной магией, не просто причиняла страдание, она убивала. Нет, нескольких мгновений для этого недостаточно, недостаточно даже для того, чтобы серьезно повредить внутренности, в этом Мэа-таэль не сомневался. Но последствия останутся и будут ощущаться еще несколько дней — если эти дни он проживет.

Арон стоял напротив, на расстоянии восьми шагов, лицо — бездушная маска, глаза, обычно темно-серые, посветлели до прозрачности. Они всегда отсвечивали леденистым голубым светом, когда маг злился. Сейчас Арон не просто злился, он был в ярости. И не последняя тому причина лежала стеклянными крошками у ног Мэа-таэля — поделка деда, так удачно отданная ему стариком именно сегодня. Разбившись, кристалл образовал барьер, преграждающий доступ как к Темному, так и к Светлому источнику — универсальная защита против любых магов. Будь они на открытой местности, Арону хватило бы отойти шагов на пятнадцать, и магия бы вернулась. Но не в комнате с запечатанным выходом.

Рукояти любимых клинков в руках принесли некоторую уверенность. Впрочем, Арон тоже был вооружен. Как всегда. Мэа-таэль не сомневался: маг, как и он сам, даже спит с кинжалом под подушкой. А последние тренировки, после случая с кровью солнечной гидры, доказали: по навыкам и скорости они стали примерно равны.

Доводить до драки Мэа-таэль никак не хотел. Хотя бы по той причине, что после бессонной ночи и проведенного на ногах дня шансы свои полуэльф оценивал невысоко. Магу хорошо — даже сейчас, лишенный доступа к Силе, он выглядел таким свежим и отдохнувшим, словно всю ночь провел в мягкой постели.

— Поговорим? — предложил полукровка.

Не самое умное, не самое оригинальное, но другое в голову не пришло — слишком уж быстро все случилось. Да, Мэа-таэль ожидал разоблачения, но не сегодня. Отчего-то казалось, отвечать перед Ароном придется только после того, как полуэльф запустит все свои планы. Или не придется. Мэа-таэль очень надеялся на последнее.

— Поговорим, — согласился Арон. — Скажи для начала, кому ты продал меня?

— Ты не так все понял, — запротестовал полукровка, больше от отчаяния, чем в реальной попытке заставить мага поверить себе.

— Возможно. — Темный слегка наклонил голову, изучая Мэля, как любопытную букашку, будто раздумывая, прихлопнуть сейчас или немного погодить. Знакомый взгляд.

Вдоль позвоночника скользнула ледяная крошка предчувствия — нет, Мэа-таэль не боялся смерти, никто в его семье не умирал от старости. Он боялся умереть в одной из лабораторий мага, лишенным человеческого достоинства, превращенным в объект для очередного эксперимента. Разобранным на части, как бездушный механизм.

— Возможно, — повторил Арон. — Объясни, друг мой, как именно мне следовало понять?

— Почему ты хотел связать меня? — вопросом на вопрос ответил полукровка. — В чем я провинился?

— О, ты не знаешь? — Арон холодно улыбнулся, и рука Мэля помимо воли вновь скользнула за спину, еще раз проверить барьер. — Однако воспротивился ты резко.

— Когда меня пытаются схватить, я всегда сопротивляюсь.

— Допустим, — неожиданно согласился Темный. — А вот это, — маг кивнул на осколки кристалла, — нашлось у тебя совершенно случайно?

— После «поводка», — это слово прозвучало с искренней горечью, — я решил, что дополнительная защита не помешает. У меня нет желания гибнуть из-за твоей паранойи.

— Подарок деда? — уточнил маг, и Мэа-таэль только пожал плечами. — Пусть так, — вновь кивнул Арон. — Тоже объяснимо. Было бы наивно с твоей стороны работать на Темного и не предусмотреть путей отхода. Но хватит с играми. Я знаю про Альмара.

— Что? — Мэа-таэль сумел сохранить на лице маску искреннего недоумения, но по спине вновь пробежал выводок ледяных муравьев. — О чем ты говоришь?

— Ты все понял.

— Нет, Арон. Я не понимаю, к чему ты ведешь.

Маг вздохнул, но взгляд остался таким же острым и холодным.

— Я восхищаюсь твоими способностями к лицедейству, друг мой, но во всем нужно знать меру. Я нашел сына. Я выяснил: тебе давно известно о его местонахождении. Меня интересует, кому ты продался, чем тебе заплатили, и для какой цели вам потребовался мой ребенок?

Требовалось ответить, сказать нечто, доказывающее его невиновность, но в мыслях воцарилась гулкая пустота, и пока Мэа-таэль судорожно подыскивал контраргументы, молчание затянулось.

— Ну же, Мэль, облегчи душу.

— Я не предавал тебя, — выдохнул он наконец, когда тишина стала невыносимой. — Не предавал!

— Тогда почему лгал мне про сына? — мягко спросил маг.

— Потому что это казалось единственным способом защитить его.

— Защитить от кого? — Взгляд Арона жег почти физически.

— От тебя.

— Заговариваешься, — после короткой паузы сказал маг. — Попробуй еще раз, только причину подбери лучше.

— Какой смысл притворяться теперь, Арон? Если ты и в самом деле забрал Альмара… Думаешь, я поверил в твою трогательную речь о светлой любви десятилетней давности и нежных чувствах к результату этого союза? Все знают, для чего Темным нужны кровные родственники.

— Для чего? — ледяным тоном спросил Арон.

— Один ритуал с кровью ребенка — и к тебе вернется память. Сын для тебя — живая страховка, чтобы использовать при необходимости. Универсальное лекарство от любой магической травмы. Ты всегда был осторожен, Арон, всегда рассчитывал на много ходов вперед.