Дар Демона. Том 1 и Том 2 (СИ) - Веден - Страница 50

Венд, дежуривший в первую смену, разбудил Ресана сам и почти сразу.

— У нас неприятности.

Объяснять не потребовалось: по ту сторону костра двигались крупные тени, посверкивали в свете огня голодные глаза. Лошади косились на хищников, изредка недовольно фыркали, но в целом вели себя спокойно.

— Это волки? — отчего-то шепотом спросил Ресан. — Так много…

— Хуже, — Венд вынул меч из ножен и положил рядом, внимательно наблюдая за движением стаи. — Это кхарги.

Звук, вырвавшийся у Ресана при этих словах, больше походил на жалобный писк. Кхарги! Монстры, напоминавшие помесь волка и дикобраза, всеядные, покрытые плотной чешуей, почти непробиваемой стрелами и обычным оружием, с ядовитым шипом на конце длинного хвоста. Единственное достоинство кхаргов, с точки зрения людей, заключалось в неспособности к быстрому размножению. Два-три приплода за всю жизнь самки, и то при очень благоприятных условиях. Редкие твари, почти вымершие.

Все эти сведения о родной природе, накрепко вбитые когда-то наставником, промелькнули в голове Ресана, завершившись единственным вопросом: если кхарги такие редкие, почему их здесь так много⁈

— Что… что нам делать? — спросил юноша слегка дрожащим голосом.

— Ждать. — Венд казался спокойным. Возможно, это жуткое соседство его и впрямь не сильно тревожило.

— Чего ждать?

— Я не знаю, почему кхарги не нападают, — объяснил воин. — Огня они не боятся, нашего оружия тем более. Что бы их ни сдерживало, пока оно действует, мы в безопасности.

— Но если они не могут на нас напасть, почему не уходят?

Воин пожал плечами.

— Очень голодные, наверное.

Ресан тихо всхлипнул. Идея стать ужином для очень голодных кхаргов вдохновляла не больше, чем для кхаргов, только слегка проголодавшихся.

Венд бросил взгляд куда-то в сторону.

— Забавно. Твоя сумка светится.

Ресан не успел ничего сказать, а воин уже расстегнул ее ремни. Изнутри действительно шел свет, мертвенно бледный, похожий на сияние гнилушек на болоте. Кто-то из кхаргов злобно взвыл, но звук тут же оборвался в кашляющий рык.

— Что это? — Воин поднял за цепочку подвеску в форме волчьей головы.

— Э-э-э, — неуверенно ответил Ресан. — Наверное, амулет.

— Наверное, амулет? — с нехорошей интонацией повторил Венд.

— Ты кинул его в мою сторону, — пояснил юноша, — тогда, на поляне. Когда я от мага прятался и думал, как бы с тобой ехать напроситься. Я его на всякий случай прибрал…

— На всякий случай? Ты! Придурок малолетний! Это вещь Тонгила, понимаешь?

— Я слышал, он тебе говорил, что без этой защиты выйти из леса трудно, — возразил Ресан.

— Почему ты мне потом не сказал про амулет? — потребовал Венд.

Ресан вздохнул.

— Я бросил его в сумку и забыл. Это он защищает нас от кхаргов?

Венд не ответил. Сияющий амулет покачивался в его руке, огненные блики отражались на металле, и казалось, будто волчья морда все время меняет выражение.

Ресан перевел взгляд на воина: на лице того попеременно отражались тоска, боль, ненависть. Потом медленно, очень медленно, Венд протянул амулет юноше.

— Убери, иначе не удержусь и выброшу, а без защиты нас сожрут.

Ресан забрал магическую вещь и осторожно уложил в сумку. Посмотрел на мельтешащие тени хищников — всё там же. Ни один кхарг не посмел подойти ближе, чем на десять шагов. Злые голодные глаза, зловещее рычание, но и только. Не прыгнут, не загрызут, не напьются человеческой крови…

— Венд, — впервые за все время пути осмелился спросить юноша, — Тонгил тебе не просто враг. Что вас связывает?

Тот устало вздохнул.

— Много лет назад мы были лучшими друзьями. Тонгил скрывал тогда свой Темный Дар. Поверишь ли, сумел убедить всех, будто он — подмастерье Светлого мага, лекаря и травника. Даже спас у меня на глазах несколько раненых. Только много позднее я узнал, что Темные умеют не только убивать, но и лечить.

Ресан вздрогнул: Темные, способные лечить… Даже звучало это кощунственно. Но Венд не убеждал его ни в чем, просто рассказывал свою историю, и оттого приходилось верить.

— Наши пути разошлись, — продолжил воин глухо. — Мне приходилось слышать о Темном маге Тонгиле, убившем Великого Неркаса, подминающим под себя одну провинцию за другой. Но Тонгил — не такое уж редкое родовое имя. Только когда я увидел его, то понял, с кем в юности водил дружбу. А некоторое время спустя он уничтожил деревню, где жила моя семья. Понятно теперь, что нас связывает?

Ресан кивнул.

— Долг крови.

— На самом деле, — тихо сказал Венд, — за тот прежний обман я ненавижу его так же сильно, как за смерть родителей. Мы ведь смешали кровь, как побратимы, но под маской друга, человека, за которого я готов был умереть, скрывалось чудовище.

Том 2

Глава 15

Радога радовала хорошей погодой.

Пока это оставалось единственным, чем она радовала, поскольку колючие взгляды местных жителей, обилие вооруженных отрядов и многочисленные слухи, предрекавшие войны и смуты, Венду не понравились.

Воин потрепал по холке гнедую, доставшуюся ему благодаря капризу Тонгила, скормил ей остатки творожной ватрушки, сбереженной с обеда, и вышел из конюшни. В город они с Ресаном приехали вчера под вечер и первым делом нашли гостиный двор подешевле.

Спутник Венда отсыпался.

К обеду юноша спустился, но потом, пробормотав что-то об утомительном путешествии, вернулся в комнату. Венд, поднявшийся в номер позднее, застал Ресана уткнувшимся носом в подушку. Будить не стал.

Храм Солнечного, расположенный на главной площади, сиял, как положено, и белизной стен, и золотом куполов. У ступеней толпился народ; кто-то входил, кто-то выходил, кто-то просил подаяние, именем бога благословляя щедрых и пугая скупых. Не обращая внимания на профессиональных побирушек, Венд поднялся в храм, обошел несколько кающихся грешников, распростертых на каменном полу, и подошел к восточной стене, где за широкой колонной находилась арка. Подобный проход, как он знал, существовал во всех храмах Солнечного, из века в век строившихся по одному плану.

— Да воссияет во Тьме Солнце. — Молодой жрец, сидевший в алькове, отложил книгу и поднялся.

Венд поклонился в ответ.

— Да воссияет.

— Что привело тебя, воин? — Жрец смотрел с легким любопытством. Должно быть, не многие ищущие спасения заглядывали сюда, предпочитая просить бога напрямую.

— На мне проклятие, — тяжело проговорил Венд, не имея сил для долгих предисловий. — Проклятие Темного мага.

Проклятие — это не грех, требующий лишь молитвы и искупления. Проклятие — это серьезно. Это может перекинуться и на помогающих про́клятому.

Жрец заметно вздрогнул.

— Подожди здесь, воин, — велел он. — Я позову отца-настоятеля. Сам я лишь недавно прошел посвящение, и помочь не могу.

Венд кивнул и остался в одиночестве. Чувствовал он себя почти как в юности, перед самой первой битвой. Как и тогда, бешено колотилось сердце, к горлу подкатывал ком. Скоро станет известно, как маг решил ему отомстить. Отчего-то вспомнилось: перед той первой битвой Арон находился рядом и пытался подбодрить, рассказывал забавные истории из жизни своего чудаковатого учителя-травника… Но даже в этом воспоминании пряталась ложь. Настоящий учитель Арона, как позднее узнал Венд, был Темным магом, известным вспышками безумия и садистскими наклонностями…

— Кто проклял тебя, воин? — Голос старого жреца вырвал его из размышлений.

— Тонгил, — ответил Венд, — Арон Тонгил, наместник Севера.

На самом деле нужды в уточнении не было, других Темных с таким родовым именем в империи не водилось.

Жрец заговорил не сразу. Сперва оглядел Венда с ног до головы. Выискивал признаки проклятия, видимые лишь служителям богов? Нашел или нет, не сказал, лишь спросил:

— В чем оно заключается?

— Я не знаю.

По лицу старика скользнуло недоумение, и воин добавил:

— Это длинная история…