Дар Демона. Том 1 и Том 2 (СИ) - Веден - Страница 29

Они ели, переговариваясь, неподалеку в довольно неудобных позах лежали будущие пленники. Снотворное, по словам Мэля, должно было действовать еще долго. Арон жевал медленно, наслаждаясь вкусом: еда, вчера опилками крошившаяся на зубах, сегодня казалась вполне съедобной.

Мэль, промолчавший целую минуту, вновь заговорил, и беседа как-то незаметно перешла на события, случившиеся в том прошлом, которое Арон при всем желании не мог вспомнить. Оставалось только слушать, запоминать… и задаваться порой вопросом, насколько Тонгил, описываемый полукровкой, на самом деле походил на страшного Темного мага, внушающего страх всей стране.

— … а потом? — спросил северянин, улыбаясь.

— Потом… — отозвался Мэль. — Потом ты столкнул с себя десятипудовую, не меньше, каменную балку, встал на ноги, отряхнулся, оглядел руины, оставшиеся от городской стены, и сказал: «Что ж, и самый великий ум нашей эпохи может ошибиться!»

Рассмеялись они одновременно.

— Ум не только самый великий, — повторил Арон, — но и самый скромный.

— Всегда был, всегда будешь, — согласился полуэльф. — Твоего самомнения, Арон, хватит на дюжину магов рангом поменьше…

Мэа-таэль замолчал, поднялся на ноги и подошел к девушке, разглядывая ее неподвижное тело:

— Птичка-то наша непроста.

— Очнулась? — уточнил Арон.

— Частично, — отозвался полуэльф. — А ведь прошел всего час, причем я не пожалел на нее восьмикратную дозу. Красавице следовало спать еще сутки. Как интересно.

— С чего ты взял, будто она очнулась? — поинтересовался Арон. — Девчонка полностью неподвижна.

— У эльфов от ахарры первым всегда пробуждается сознание, тело еще спит и должно проспать долго. Поверь на слово: если говорю, что она осознает происходящее, значит, так и есть. Если хочешь знать, это шаманское чутье, наследство деда.

— Используешь ахарру во второй раз? — Арон тоже приблизился к Светлой.

— Без толку, — с сожалением отозвался Мэль. — Ближайшие две недели ее кровь будет способна побороть яд почти моментально. Вечно с этими остроухими одни проблемы!

Последняя фраза вызвала у Арона приступ искреннего веселья:

— Ты, конечно, к остроухим отношения не имеешь!

— Ну отчего же, — не согласился его друг. — От меня тоже немало проблем.

— Если следовать твоей логике, то вполовину меньше, чем от чистокровного, — уточнил Арон, продолжая посмеиваться…

Все, что произошло потом, произошло одновременно: крик Мэля «Очнулась! Используй Тени!», безумные от страха глаза девушки, волна направленной на Арона чистой энергии. И, как уже случилось однажды с Тималем, инстинкт мага взял в Ароне верх.

Но только когда две волны Силы встретились и его поглотила созданную Ринной, маг с запозданием осознал — полуэльфийка бросила в него наполовину сформированный вызов Врат.

Подмастерье, не уверенная, сумеет ли без поддержки наставника создать обратные Врата, принесла в своем эррэ их готовую формулу. И теперь, когда их магии смешались, Врата проявились, впитывая в себя окружающую энергию, выпивая ее и из Арона, и из девчонки, и из ее еще спящего брата.

Открывать Врата — всегда опасное занятие. Если маг не поставил защиту, они будут тянуть из него Силу, пока не убьют. А магия солнечной крови, все еще бурлившая в Ароне, сама требовала выхода. Когда, несколько мгновений спустя, он сумел поставить барьер, Врата уже выросли до верхушек деревьев.

Полуэльфийка, поднявшись на локтях, торопливо шептала заклинание — приказ стихийным духам, определяющий место перехода. Арон метнулся к ней, придавил к земле, зажимая рот ладонью, не обращая внимания ни на ее яростные рывки, ни на попытку укусить.

Врата между тем уже засияли бледным золотом — знаком готовности. Нормального размера Врата действовали, когда путешествующие проходили в их арку, но такие огромные, о каких Арон слышал только легенды, могли с легкостью захватить как их всех, так и немалый кусок леса в придачу. Способа остановить их открытие северянин не знал. Зато знал кое-что другое: не получившие внятного приказа духи запросто могли выбросить их в открытый океан или ледяную пустыню.

Арон попытался представить свой замок, пустую площадь перед ним, но сосредоточиться не получилось, перед внутренним взором замелькали образы чуть ли не всех площадей и замков, виденных в жизни. А потом бледное золото Врат стало маленьким солнцем, на несколько мгновений ослепившим его.

Том 1

Глава 27

Врата открылись.

От грохота на несколько мгновений заложило уши, и, как Арон и предполагал, стихийные духи захватили при переносе немалый кусок леса.

— Служба у тебя всегда привлекала меня своей непредсказуемостью, — проворчал знакомый голос за спиной Арона. — Куда нас занесло, о Великий?

— Где девчонка? — маг, только что поднявшийся на ноги, огляделся. Больше всего его интересовало местонахождение Светлой. До начала переноса Арон держал полуэльфийку в захвате, не позволяя ей закончить исходную формулу. Но когда небо и земля вновь и вновь меняются местами, сохранить равновесие не так уж просто, особенно если это первый в твоей жизни переход с помощью Врат.

— Ты видел, куда она делась, Мэль?

— Наконец-то, — довольно проговорил тот. — Хоть одна красотка не оставила тебя равнодушным.

— Нашел время шутить! — взорвался Арон. — Эти бесовы Врата выпили из меня всю Силу! И что будем делать, если остроухая приведет сюда свору Светлых? Скажем, будто заблудились, и попросим вернуть домой?!!

— К чему так волноваться? — укоризненно проговорил друг. — Нет ее здесь… И второго Светлого тоже.

— Хочешь сказать, они потерялись по дороге? — недоверчиво уточнил Арон.

— Наверное. Между прочим, я понял, куда нас занесло, — Мэа-таэль с любопытством оглядывался по сторонам, явно довольный приключением. — В столицу! Мало того, в императорский парк… Знаешь, а ведь я давно хотел пообщаться с Его Величеством. У нас нашлось бы немало тем для разговора.

— Например? — Арон приподнял брови.

— Например, мы бы подробно обсудили государственную политику в отношении племен Вечной Степи, а также чрезмерное снисхождение к обитателям Лазурной долины.

— Тебе дай волю, ты бы всех чистокровных эльфов отправил на тариевые рудники, — хмыкнул маг.

— Хорошая идея, — серьезно согласился полукровка. — Там им самое место. Протянут они много дольше человеческих преступников, поэтому и государству явная польза.

— Заботливый, — пробормотал Арон, подходя к коням. — Подумай лучше, как нам отсюда выбраться. Хотя… можешь не думать, нас уже встречают.

— Арон, — Мэа-таэль подошел ближе, наблюдая за приближающейся кавалькадой. — Арон, сколько тебе нужно времени на восстановление Силы?

— Представления не имею, — ответил тот негромко, не отводя взгляда от одного из всадников. Очень уж знакомым у того оказалось лицо, знакомым из прежней жизни Тонгила-воина.

— Господин Тонгил, — проговорил, спешившись и поклонившись, первый из всадников, высокий седой мужчина с лицом, изрезанным шрамами. — Боюсь, мы не ожидали вашего прибытия.

— Угу, мы тоже, — пробормотал за спиной Арона Мэль.

— Но мы, конечно же, всегда рады вас видеть, — продолжил седой более торжественным тоном.

— Ни в малейшей мере не сомневаюсь, — согласился Арон, скользнув взглядом по сопровождающим. На их лицах, молодых и старых, читались и страх, и сдержанный гнев, и тихо тлеющая ненависть, и даже жадное предвкушение; все, что угодно, но только не счастье от долгожданной встречи.

— Полагаю, Его Императорскому Величеству уже сообщили о вашем прибытии, — продолжил седой. — Позвольте проводить вас во дворец.

Первую половину пути к королевскому дворцу Арон молчал, потом направил коня в сторону, чтобы люди из сопровождения не могли услышать его слов:

— Мэль, придумай правдоподобную причину нашего визита.

Тот кивнул:

— С этим проблем не будет, если нынешний император тебя устраивает.

— То есть? — Арон прежде не задумывался над такими глобальными вопросами. Император воспринимался как часть сил природы, как дождь, как снег, как летние засухи и зимние бури: он есть, и ничего с этим не поделаешь.