Дар Демона. Том 1 и Том 2 (СИ) - Веден - Страница 19

В дальних кустах, куда он выбросил амулет, опять зашуршало. Венд нахмурился и взвесил на ладони клинок. Не «жало», конечно, но метнуть можно. А потом уже рассмотреть поближе, кто там подозрительно дергается.

Клинок влетел в густоту веток, вызвав тонкий, почти детский вскрик. Венд моментально вскочил на ноги, с ужасом представив, что попал в ребенка. Боги миловали. Во-первых, паренька лет шестнадцати к детям отнести уже сложно, во-вторых, не попал. То есть попал, но не ранил.

Вероятно, отмеренные Тонгилом два часа уже миновали, поскольку шагнуть за пределы поляны у Венда получилось.

За кустом малинника сидел, прислонившись к стволу дерева, незнакомый черноволосый юноша и с растерянным видом смотрел то на лежащий рядом клинок, то на хвост странной косы, которую он вытянул из-под одежды. Коса эта была небольшая, толщиной едва с палец, и сплетена из многажды перевитых, блестящих серебром и золотом нитей. Если не обращать внимания на материал, то она походила на знаменитые шаманские амулеты.

— Ты меня убить мог, — с таким недоумением в голосе произнес незнакомец, словно речь шла о чем-то немыслимом.

— Мог… — Венд остановился, нависнув над юношей. — Ты почему за мной шпионил?

— Я не шпионил, — возмутился тот. — Я размышлял! А ты мне амулет испортил!

— Да ну? — нагнувшись, Венд поднял кинжал. — Тебе не говорили, мальчик, что врать нехорошо? Хотя насчет амулета верю. — Венд хмыкнул. Прореха на одежде парня явно появилась только сейчас, и не будь под ней двуцветной косицы, до заката он не дожил бы.

— Кто ты? — требовательно спросил Венд. Юноша вздохнул, поднялся на ноги, отряхнул налипший лесной сор. Движения его были изящны, но без хищной грации, свойственной воинам.

— Я — Ресан Эвнике, чтец… то есть бывший чтец благородного тара Аримира, — проговорил он.

— Как ты здесь оказался? — Венд не поверил словам юноши, но докапываться до истины не стал. Успеет.

Тот замялся, потом вздохнул.

— Я сбежал.

— То есть? Откуда сбежал? — Единственным кандидатом в тюремщики здесь был Тонгил. Сомнительно, что паренек сумел выбраться из подземелий Темного мага. Не говоря уже о том, что пребывание в темнице не способствует такому ухоженному виду и румянцу на щеках.

— Из замка. — Юноша мотнул головой в предполагаемом направлении. Потом пожаловался: — Амулет бы скрыл меня от погони до захода солнца, а ты его сломал.

— Действительно, — согласился Венд с обвинением. — Все же объясни толком, зачем ты устроил засаду в кустах?

— Из-за него… — Юноша протянул вперед правую руку с тонким металлическим браслетом на запястье. На браслете красовался овал крупного прозрачного хрусталя, внутри которого висела золотая стрелка и указывала острием на Венда.

— Это указатель пути, сделанный моим дедом. Я попросил найти человека, способного мне помочь, и амулет показал на тебя.

— Шутишь? — без особой надежды проговорил Венд, но наткнулся на недоумевающий взгляд и добавил: — Парень, поставь себя на мое место. Вот появляешься ты, неизвестно кто, неизвестно откуда, и заявляешь, будто я тебе должен помогать. Это тебе странным не кажется?

— Не должен, а можешь, — рассудительно поправил его Ресан. — Если захочешь. Я ведь не навязываюсь, а предлагаю. Вдвоем путешествовать веселее. И лошадей у тебя тоже две.

— Путешествовать? — Венд хмыкнул. — То, что я собираюсь куда-то ехать, и ежу понятно. Но с чего ты взял, будто наши дороги совпадут?

— До самой излучины Трирты дорога только одна, — заметил парень. — Это почти неделя пути. Со всех остальных сторон — озера и болота, где даже пешком не пройти.

Венд хмуро глянул на умильно-рассудительную мордашку юноши, а потом неожиданно для себя махнул рукой, соглашаясь. Путешествовать одному действительно не хотелось. Возможно, парень не врет насчет побега, только никакой он не чтец, а один из заложников. А если обманывает, если он вражеский подсыл, то непонятно, с чего это Тонгил сработал так топорно, если мог просто наложить на своего бывшего пленника следящее заклинание. Но все же, если подсыл, то оружие у Венда всегда под рукой.

Юнец выглядел донельзя довольным, прямо светился от радости, что сумел добиться своего, и от этого, наверное, невидимый вредный бес начал подталкивать Венда.

— Ты, надеюсь, храбрый парень, — произнес он небрежно, наблюдая, как Ресан отвязывает поводья у выделенной ему лошади. Тот замер, обернулся с настороженным видом.

— А что?

— Не побоишься ехать рядом с про́клятым?

Ресан вздрогнул.

— То есть как — с про́клятым?

— Ты ведь не думаешь, будто Тонгил отпустил меня просто так? — Венд криво усмехнулся. — Темные маги приступами благородства не страдают.

— А что за проклятие? — жалобно спросил Ресан.

Воин пожал плечами.

— Этого маг не сказал. Решил сделать сюрприз.

— Значит, ты можешь превратиться в чудовище? — Юноша заметно побледнел. — Или начать всех вокруг убивать? Или…

— Ну да, примерно так, — прервал его Венд. — Если передумал, уходи. Можешь даже забрать лошадь.

Ресан сглотнул и перевел взгляд на амулет. Вздохнул.

— Он все равно на тебя показывает. Я останусь.

Том 1

Глава 18

Не самое приятное прощание с бывшим лучшим другом наложилось на бессонную ночь и скопившееся напряжение. Просто ломоту в висках еще можно было перетерпеть, но не вместе с накатившей тоской. Попытка поймать дневной сон ни к чему хорошему не привела, и, немного помучившись, Арон отправился бродить по замку.

При его приближении стража вытягивалась по струнке, слуги испуганно замирали, а чаще пытались исчезнуть в ближайших боковых проходах, отчего настроение мага портилось еще больше. И ноги сами понесли его вниз, в подземелья.

Там казалось тихо, спокойно, красиво. По стенам золотом вились руны, украшенные изящными загогулинами — по моде седых, еще до Первого Императора, времен. Такое архаичное написание Арону в детстве показывала мать, и в душе всколыхнулась волна грусти.

Несколько минут он простоял в задумчивости, водя пальцами по рисунку ближайшей руны, потом вернулся к лестнице. Без Мэля обходить камеры казалось бессмысленно, не расспрашивать же самих заключенных, почему они оказались в темнице. И рядовым стражникам лучше не знать о внезапной забывчивости господина. А вот для осмотра лабораторий Темного мага свидетели были как раз ни к чему.

Вновь спуск в темноте лестничных переходов, где почти бессильны человеческие глаза. На их место заступают другие чувства, прежде безмятежно спавшие. Ноги знают, что в ступени широкая выбоина, и легко переступают опасное место. Потолок резко понижается, и тело, прежде чем разум успеет отдать нужный приказ, сгибается в поклоне перед каменной притолокой. Обоняние приобретает небывалую чуткость, подсказывая: впереди — живое существо, но не человек. А затем и глаза видят вдалеке отсвет огня…

Арон замер, потом встряхнул головой, поняв: желтую точку факела держал эльфенок. Тот самый младший сын князя Лазурной долины, похищенный его предшественником для удовлетворения своих сомнительных пристрастий.

Тималь дарэ-Орес со вздохом отошел от дверей последней лаборатории. Ни в одну из них даже при помощи присланных из дома амулетов попасть не удалось. Похоже, отец переоценил силы своих магов и недооценил Тонгила. В который уже раз… Теперь придется вновь идти по этим жутким переходам, молясь Солнечному, чтобы не столкнуться ни с кем из охраны.

В темноте Тималю почудилось движение, он резко развернулся, вглядываясь в сумрак, и тоскливо подумал, что лучше бы ему было встретить десяток стражников.

Тонгил стоял в нескольких шагах, рассматривая юношу с абстрактным интересом, словно не живое существо из плоти и крови, а некую магическую формулу, подлежащую расшифровке. Эльф хорошо знал этот взгляд, не раз видел его направленным на тех, кто вызвал недовольство господина, и помнил, как заканчивался жизненный путь бедняг. Следовало как-то объяснить свое присутствие возле драгоценных лабораторий мага, но все заранее придуманные отговорки вылетели из головы.