Хрустальное королевство леди-попаданки (СИ) - Ружанская Марина - Страница 8

Мне дали второй шанс в этом мире. И я его не упущу.

Глава 5

Честно говоря, я бы не удивилась, если б проснулась ночью от того, что меня волокут по каменному полу куда-нибудь в каморку. С дядюшки Хью, а скорее даже с его жены, точно бы сталось запихнуть меня куда-нибудь с глаз долой.

Но похоже, что семейка баронов неожиданно решила взять тайм-аут. Это настораживало и заставляло нервничать. Ничего хорошего от этого затишья я не ждала.

Никогда не поверю, что такой человек, как Долорес Дейнкур, решит простить неожиданную “наглость” Оливии и скандал на глазах у слуг.

Но о сделанном я не жалела. Риз была первым человеком в этом мире, который по своему попытался позаботится обо мне. И я не могла ее оставить на растерзание этой грымзе.

К тому же, раз уж я и Оливия Глассер - это одно целое, пора думать о том, как вернуть себе репутацию, а еще справиться с королевским поручением и восстановить разрушенные земли.

Но для начала мне нужно было понять, что вообще творится в графстве. И у меня были опасения, что это будет непросто. К тому же, скажем честно, я не была профессиональным экономистом или бухгалтером. И даже высшее образование так и не получила. Всего-лишь Ольга Семеновна - стеклодув седьмого разряда.

Но, как говорится, не имей высшее образование, а имей среднее соображение.

На следующее утро я отправилась к леди Велене и тихо постучала в дверь.

- Ох, леди Оливия, - моя старая нянюшка Мэй, любимая служанка матери, приоткрыла створку, впуская меня внутрь. - Матушка ваша так переживала из-за скандала с баронессой, что совсем слегла со вчера.

После ледяного коридора, казалось, что комната жарко натоплена. Хотя на самом деле огонь в камине едва-едва теплился. А еще несмотря на самый разгар дня, здесь царил почти полный мрак.

Плотные шторы были задернуты, скрывая окна. Хотя и без того местные окна были мутными и почти непрозрачными. В них было вставлено так называемое “лунное стекло”. Это когда стеклянный пузырь раскатывали на стеклодувной трубке, обрезали и сплющивали на каменной плите. Получался диск, слегка неровный и мутный. А кое-где и вовсе была вставлена обычная слюда. Похоже, что листовое стекло - чистое и прозрачное, было здесь недоступно.

Матушка лежала в кровати, устало прикрыв глаза. Ее грудь мерно вздымалась, похоже, что вдовствующая графиня спала. Видимо и правда ее состояние ухудшилось со вчерашнего дня.

- Мэй, что говорит лекарь? Он давно был? У нее туберкулез, да?

- Тубе… что? - нахмурилась служанка. - Не знаю я таких мудреных слов, милая. Легочная болезнь графиню ест. А лекарь давненько был… Недели две, а то и месяц... А чего он говорит? Так одно и тоже. К морю леди надо, на солнце, чтоб заразу из груди выгнать. Только какое море в декабре, вот-вот снег выпадет. Если б деньги были, можно было б мага-целителя из столицы выписать. Да только маги стока берут, что Разрушителю душу продать можно, и то столько не соберешь. Да только после того как маленький господин упал и повредился спиной, все что было на его лечение ушло.

Маленький господин - это она про младшего брата Оливии - Мэтью Глассера? Я не успела расспросить Риз про то, что случилось с младшим наследником графа. Несчастный случай? Или нападение?

- Олли? Это ты? - прошелестел тихий голос. - Гонец был?

- Да, - я осторожно присела на край кровати и кратко рассказала о королевском посланнике, а после зачитала приказ короля, по ее просьбе несколько раз повторяя один и тот же абзац.

- Субсидия? - графиня с усилием повернула голову и попыталась приподняться, а в ее глазах затеплилась надежда. - Король передал деньги? Правда?

- Да. Тысяча серебром.

Взгляд женщины вновь потух и она вновь устало упала на подушки.

- Серебро нас не спасет… Люди голодают, дороги разрушены, перевал засыпан, производства почти нет. Должно случится чудо, чтобы спасти графство.

Это была правда. После разговора с бароном я пристала к Риз, выясняя примерный курс местных монет. Разговорчивую служанку не удивляло, что я не знаю таких обычных вещей. Она всегда была рада поболтать обо всем и ни о чем. Так я узнала, что в королевстве ходят золотые, серебряные и медные монеты. Одна золотая - это десять серебряных, а в серебряной двадцать медяков. А еще что средняя цена хорошей дойной коровы как раз двадцать серебряных монет, а хлебную лепешку можно купить за два медяка.

Так что на тысячу серебра мы могли купить как-раз пятьдесят дойных коров. Но даже в приличном колхозе их около тысячи.

- Вот я и хотела об этом поговорить, - торопливо вставила я и поправилась. - Не про чудо, а про производство. Чем вообще до этого занимались на землях графства. Ну, до войны и запустения.

- О, до войны Север неплохо жил, - женщина говорила медленно, уставившись в потолок и явно с трудом. - Хотя у нас суровые земли. Но шесть графств Севера процветали даже не смотря на близость Огненной горы. Кто-то занимался лесом, у кого-то железная руда или пушнина. Мы… у нас был серебряный рудник.

- Рудник?! - я даже привстала от предвкушения.

- Нет его, - покачала головой Велена. - Затопило три года назад подземными водами… Может и правда, всем будет лучше, если титул и земли передадут Хьюго.

- Мам, ну что ты такое говоришь?! Нужно попробовать. Нельзя сдаваться вот так. Может быть что-то еще?

- Не знаю… Остальное все бесценное. Кому нужен песок или известняк? Этого добра у всех хватает. Бери - не хочу. Под ногами валяется. Сейчас всем занимается мой брат, Хьюго. Я из-за болезни почти ничем не занимаюсь. Лучше поговори с ним. У него все приходно-расходные книги.

Ага, поможет, как же. Скорее пошлет далеко и надолго. Но попытка не пытка.

- Приходные книги? - показательно удивился барон, когда я все же решилась подойти к “любимому дядюшке”. - Да, они в сейфе в кабинете. Но к сожалению, не могу вспомнить, куда делся от него ключ. Как только найду, тут же тебе скажу.

Я мысленно выругалась, глядя на непроницаемое лицо мужчины и мне ничего не оставалось, как уйти несолоно хлебавши.

Но буквально тут же оказалось, что меня дожидаются какие-то крестьяне с просьбой об аудиенции. Пришлось вновь спускаться вниз.

Действительно, в холле оказались трое. Пожилой мужчина, который представился виллан Нуво Кок, староста деревни Мидлшип. С ним была его жена и худенькая девочка лет семи, которая испуганно жалась к женщине, прячась за ее широкой юбкой.

Мужичок, заметив меня, замер, но получил тычок в бок от жены, отмер и торопливо поклонился.

- Ваше превосходительство, госпожа хорошая… Мы тут это… с просьбой, - наконец собрался с духом староста и затараторил. - Нижайше кланяемся. Голодают все. Помочь бы. Нижайше просим.

- Помочь? - я даже растерялась. - Каким образом?

- Так это…. госпожа хорошая, - вновь промямлил староста, но тут же получил очередной тычок от женщины. - В тавернах все тока и говорят с вечеру, что король прислал деньжат, чтоб подмогнуть Северу. А у нас деревенька-то совсем захудалая. Детки есть просют. А на носу первый снег и заморозки.

Деньжат?..

Ах, вон оно что! Я уже хотела было возмутится, но худенькая, почти прозрачная девочка, которая цеплялась за юбку женщины, смотрела такими голодными глазами, что у меня сжалось сердце.

Похоже дела у людей здесь, на Севере, на самом деле шли плохо. Безработица, разруха, да еще суровый местный климат - сказалось все и сразу. Если уж даже знать и аристократы голодали, то что говорить про простых людей. Особенно про деток… Я знаю, что на Земле детей в кормили в последнюю очередь. Сначала накормлены должны быть те, кто работал и приносил семье деньги. Отсюда и все те жуткие сказки, в которых очередную “Гретель с Гензелем” родители отправляли в лес.

Пальцы коснулись цепочки на шее, на которой висело фамильное кольцо рода Глассер. Массивное, искусно вылитое, со странным, похожим на вулканическое стекло камнем. А ведь теперь я за всех этих бедолаг отвечаю, как их “госпожа”.