Хрустальное королевство леди-попаданки (СИ) - Ружанская Марина - Страница 6

- Джаспер! - во весь голос завизжала Долорес. - Пять плетей этой мерзкой девчонке за длинный язык и нахальство!

Риз опустила голову и промолчала. Да и что она могла возразить баронессе?

Волна страха прокатилась по телу, вызвав приступ паники. Я представила, как сейчас в коридоре вновь возникнет рыжий “Людоед”, а после… Риз выволокут на улицу и привяжут к позорному столбу, чтобы избить на глазах у всех.

Не успела я об этом подумать, как из-за угла, слегка прихрамывая на одну ногу, действительно появился Джаспер. Огромная лапища протянулась к Риз и схватила за косу, наматывая ее на кулак. Девушка взвизгнула и по ее лицу покатились слезы боли. Она попыталась ослабить хватку, но у нее ничего не получалось.

Увидев ее слезы, волна бешенства вспыхнула в моей груди.

Да что ж это за чертово место?! И что это за люди? Мерзкие, злобные и гнилые!

Я почувствовала, как от злости начинаю закипать и, прежде чем успела обдумать свои действий, шагнула вперед и, набрав в легкие побольше воздуха, рявкнула:

- Прекратите!

Глава 4

От удивления баронесса Дейнкур и впрямь заткнулась, выпучив глаза от злости. Джаспер тоже замер, нахмурив косматые брови. Я же чувствовала лишь холодную ярость.

Ненавижу таких мужиков, которые способны ударить женщину, ребенка или животное.

Ненавижу таких наглых истеричек, которые чувствуют свою безнаказанность перед теми, кого считают слабее себя.

И почему-то всегда это были тетки из ЖЭСа, управляющих компаний и поликлиники. Ха! Да я таких без соли и перца на завтрак ела по десять штук! Со мной даже в МФЦ последние лет десять здоровались как с родной. А тут всего-лишь какая-то болотная хабалка!

Она, кстати, и напоминала ту самую болотную пупырчатую жабу. От ярости Долорес побагровела и принялась раздуваться, выпуская воздух сквозь зубы и прищурив блестящие яростью маленькие глазки.

Похоже, мадам не привыкла, что кто-то кроме нее смеет повышать голос. А тем более тихая мышка “Олли”.

Что ж, дорогуша, пришла пора познакомься с Ольгой Семеновной.

Дальше, я напротив, понизила тембр, разговаривая холодно и спокойно. Исключительно вежливо, но таким ледяным тоном, чтобы пробирало до костей.

- Риз всего-лишь выполняла мой приказ, - это заявление еще больше взбесило баронессу, но я невозмутимо продолжала говорить. - Это я попросила ее отправить кого-нибудь к воротам, чтобы ожидать прибытия гонца.

- Какого еще гонца?! - сквозь зубы возмутилась Долорес, сжимая и разжимая кулаки, но уже не так уверенно.

Словно на секунду в ее голове холодный расчет стал брать верх над эмоциями и желанием поквитаться с наглой служанкой.

- Королевского, конечно, - сказала я таким бесячим тоном, словно объясняла ребенку, как нехорошо какать в колготочки. - Который ищет невесту наследному принцу. Разве вы не слышали? Все королевство только об этом и говорит.

- Допустим, слышала, - буркнула баронесса. - Но Джаспер - мой слуга.

- А я - хозяйка Глассерхолла. И в этом замке есть только три категории: хозяева, гости и слуги. К какой категории вы относите себя, уважаемая?

Долорес поперхнулась. И не только она. Я видела какими испуганными и одновременно восхищенными глазами на меня смотрят служанки.

Баронесса вновь начала наливаться злостью

- Ах, ты!..

- Что здесь происходит? - прошелестел чей-то тихий голос.

Я обернулась, увидев очень худую женщину, с болезненным изможденным лицом. Моя сопровождающая тут же всплеснула руками:

- Леди Велена, зачем вы вышли? Вам нужно лежать!

- А то и происходит! - вновь завелась Долорес, стараясь не смотреть мне в лицо. - В этом доме все отбились от рук. Особенно наглая прислуга! Да и твоя дочь недалеко ушла от этой деревенщины. Ты слышала, как она со мной разговаривает?!

Следом за Веленой из комнаты выглянул и мальчик лет одиннадцати, с серьезными серыми глазами. Он был похож на мать, разве что не такой бледный и худой. Но было кое-что похуже… Передвигался мальчик на самодельной деревянной инвалидной коляске. По крайней мере это устройство напоминало что-то такое из моего мира.

- Сестренка! Ты выздоровела! - воскликнул паренек, так искренне и радостно улыбаясь мне, что на его лице разом проступили все веснушки.

- Мэт, вернись в комнату, - попросила леди Велена, а после тихо, но твердо приказала. - Не смей кричать на мою дочь, Долорес!

И почти тут же закашлялась, прикрывая рот платком, который от бесконечных стирок из белого давно стал серым. Когда женщина откашлялась, я заметила, как сквозь тонкую ткань проступила кровь.

Ого! Да у нее похоже что-то серьезное. Может быть туберкулез? Или какая-то местная легочная болезнь…

- Твоя дочь, ведет себя неподобающе, - вздернула подбородок Долорес, не желая отступать. - И если ты ничего не можешь с этим сделать, то я…

- Госпожа! Госпожа-а-а!.. - чей-то крик прервал наши препирательства.

Даг Хокинс хромал в нашу сторону со всей скоростью, на которую был способен. Шумно дыша, отдуваясь и вытирая пот с красного лба, он спешил как мог.

- Что такое? - недовольно процедила Долорес, хотя слуга явно обращался к леди Велене.

- Так эта… - выдохнул старик, в бессилии опираясь на стену. - Королевский гонец прибыл. Принять просют.

Баронесса округлила глаза от этой новости, а Риз, которая пряталась за моей спиной, растерянно выдохнула:

- Взаправдашний гонец что-ли?..

И только леди Велена, как истинная аристократка, выпрямила спину, насколько могла, и медленно направилась к лестнице. Но почти тут же вновь зашлась в жутком лающем кашле и устало оперлась о стену.

- Леди! - к ней бросилась пожилая служанка, захлопотала вокруг, подставляя плечо и подхватывая худенькую графиню на свои мощные руки.

- Мэй, отведи госпожу в спальню, - я вдруг вспомнила имя старой кормилицы. - Ей нужен отдых. С приемом гонца мы и сами справимся.

- Вот именно, мой муж, отлично с этим справится, - надавила голосом Долорес Дейнкур. - Велена, ты ведь знаешь, что твой брат как никто радеет за семью и Глассерхолл.

- Нет, - вдруг решительно покачала головой графиня, на пару мгновений приходя в себя. И, с усилием сняв с шеи цепочку, на которой висела массивная печатка - родовое кольцо Глассер, слишком большое, тяжелое и явно мужское. - Держи, Оливия, это твое.

- Леди Вел… Мам, - я осеклась на секунду. Ох, как неловко называть матерью женщину, которая на самом деле моложе меня на десяток лет.

Прикрыла глаза, ощущая как в груди сворачивается клубком паутина страхов. Словно сейчас я стояла перед входом в лабиринт. Войти - легко, а найдешь ли выход?..

- Не сомневайся, милая. Помнишь, как говорил твой отец? Лучше сделать и жалеть, чем жалеть о несделанном.

Отца, то есть покойного графа Глассер, я вовсе не помнила. Так, что-то смутное. А мой “земной отец” Федоровцев Семен Алексеевич мог разве что рассказать, где выгоднее сдать медную проволоку, чтобы купить пару бутылочек “бырла”. Пока не помер от водочной горячки.

- Вот только последствия у “сделать и пожалеть” иногда бывают гораздо хуже, чем у второго варианта, сестрица, - раздался мужской голос, который я тут же опознала.

Барон Хьюго Дейнкур собственной персоной. Все такой же высоченный, прямой как палка, с лицом, которое когда-то скорее всего было приятным, но со временем превратилось в неприятную “крысиную” маску из-за вечно брезгливого взгляда и недовольно поджатых губ.

Может это и стало той каплей, которая переполнила мою чашу сомнений.

Я уверенно протянула руку, принимая у графини цепочку с кольцом и надевая ее также через шею. А после решительно повернулась к Дагу Хокинсу.

- Где королевский гонец?

- Так у ворот же, - растерянно пожал плечами слуга.

- Что?!

- Ну так приказаний же не было, че с ним делать. А я че? Как мог спешил.

Мое умение “смотреть матом” никогда еще не показывало себя настолько во всей красе.