Хрустальное королевство леди-попаданки (СИ) - Ружанская Марина - Страница 42

- Графиня Оливия Глассер, - голос Алвара прозвучал чужим, натянутым, как тетива лука. - Ты арестована по подозрению в покушении на жизнь Его Величества и государственной измене.

Слова ударили, как пощечина. Воздух перестал поступать в легкие.

- Алвар, это абсурд! - вырвалось у меня.

- Те шары, которые ты так удачно передала якобы в подарок и которые взрываются прямо в руках - это тоже абсурд? - он горько усмехнулся. - Ни один, ни два. Все.

- Не может быть… Может что-то произошло с материалами или…

- Да. Произошло. Именно в этом и причина. Дознаватели провели свое расследование, Оливия, - перебил он, и в его глазах мелькнуло что-то мучительное - сомнение? Боль? - Ты одна из самых умных женщин, которых я знаю. И… именно это делает все еще страшнее.

Он не сказал прямо “Я верю обвинениям”, но эта фраза прозвучала горше любого обвинения. В ней было разочарование, горечь, и ужасающая логика: умная женщина могла бы спланировать и такое.

- Я ничего не делала! - прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

В этот самый момент она и дрогнула. Глухой, зловещий гул, сильнее всех предыдущих, прошел под ногами, заставив дребезжать стекла в окнах мастерской. Все невольно пошатнулись, дознаватели нахмурились, озираясь.

- Что это, черт возьми? - пробурчал один из них, хватаясь за рукоять меча.

Алвар лишь стиснул челюсти, его взгляд не отрывался от меня. Толчки, эти проклятые толчки, которые так меня тревожили все это время, теперь казались зловещим аккомпанементом к моему аресту. Вот оно, подумала я с горькой иронией, мое предчувствие было верным. Но не таким.

- Покажите ваши записи, все материалы, сырье и печи. Все что вы использовали, когда делали “подарок для короля”, - приказал второй дознаватель, откашлявшись. - Немедленно.

- Мастерская… все там, - с трудом выдавила я. - Я ничего не прятала.

- Мы это проверим, - холодно ответил он. - Леди Оливия, вам следует пройти с нами.

Один из дознавателей сделал шаг ко мне. Алвар не двинулся с места, его фигура была напряжена, как струна. Он смотрел на меня, и в его ледяных глазах, помимо всего прочего, я вдруг увидела вопрос. Тот самый вопрос, который терзал меня все эти недели без вестей и теперь грозил разрушить все: “Кому верить?”

- Кто Лили Уорнс? - задал вдруг вопрос один из дознавателей, оглядывая двор замка и всех, кто здесь собрался.

Что? Причем тут она? Какое дело королевским дознавателям до брошенной матери-одиночки?

- Повторяю, - вновь сказал он, повышая тон. - Кто Лили Уорнс?

- Я… это я, - на подгибающихся ногах вперед вышла помощница кухарки. Та самая девушка, которую я когда-то приютила.

- А теперь повторите все, что вы написали в письме, которое поступило в королевскую канцелярию.

- Д-да… - она обвела каким-то безумным взглядом меня, слуг, семейство Дейнкур, леди Велену и еще крепче вцепилась в сверток с малышом, который как раз начал ворочаться и кряхтеть

- Я видела, как графиня Оливия Глассер добавляла толченый огненный камень в стеклянную шихту, когда делала те шары для короля, - выпалила она на одном дыхании и тут же опустила голову.

Меня повело в сторону, а в глазах потемнело.

Что?! Что она такое говорит?! Зачем?!

- Алвар, это неправда! - я попыталась вложить в его имя всю свою правду, весь ужас несправедливости. - Пожалуйста…

Но он лишь отвел взгляд, обратившись к дознавателям:

- Я проведу вас в мастерскую. Себастьян, проследи, чтобы… чтобы леди Оливию разместили в южной башне. Под надежным караулом.

Себастьян кивнул, все еще не глядя на меня. Его пальцы нервно сжимали пряжку плаща.

Когда дознаватель взял меня под локоть, чтобы повести, земля снова содрогнулась, на этот раз с резким толчком, от которого я чуть не упала. Дознаватель грубо поддержал меня.

- Что за толчки? - пробормотал Алвар, глядя под ноги, а потом снова на меня, с внезапной острой догадкой в глазах. - Это тоже часть твоих… экспериментов?

Это было последней каплей. Предательство не только обвинений, но и этого подозрения в самом страшном бедствии графства. Слезы, которые я сдерживала до последней секунды, заструились по щекам. Я не стала ничего отвечать.

Какие слова могли пробить эту стену долга, подозрений и королевского приказа?

Меня повели через двор. На пороге кухни замерла перепуганная Риз, закрыв рот ладошкой. Из конюшни выглянули испуганные лица конюхов. Весь мой мир, мое личное хрустальное королевство разбилось на осколки.

И самый страшный удар нанес тот, кому я верила больше всех.

Когда тяжелая дверь южной башни захлопнулась за моей спиной, ключ зловеще щелкнул в замке, наступила тишина.

Почти три часа я сидела на холодном каменном выступе под узким окном, зарешеченным кованым прутьями и смотрела, как последние лучи заходящего солнца окрашивали небо в багровые тона.

Багровые, как кровь, которая могла пролиться из-за взорвавшихся шаров. Я раз за разом прокручивала в голове все, что произошло и никак не могла ухватить ту самую ниточку.

Где-то глубоко под землей, словно в ответ на мои мысли, снова заурчало и содрогнулось. Графство стонало. А я была заперта здесь, беспомощная, с единственной мыслью: кто же все это подстроил?

И поверит ли мне когда-нибудь снова человек, чье недоверие ранило больнее, чем пытки палача?

В замке раздался скрежет ключа, дверь открылась и на пороге возник тот, кого я ждала. Мрачный, сосредоточенный и ужасающе спокойный.

- Алвар! - я подскочила с жесткого топчана. - Пожалуйста! Ты должен мне поверить!

- Почему я должен тебе верить? - поинтересовался он, входя внутрь и небрежно прислоняясь к захлопнувшейся двери. - Назови хоть одну причину.

- Я…

- Для того чтобы я начал тебе верить, может хотя бы скажешь свое настоящее имя?

- Что?..

Он мельком взглянул на обручальное кольцо, которое я все еще носила на руке.

- Знаешь, моя семья немного отличается от всех. Перед тем, как пройдет свадьба должна быть завершена запись об обручении в Священную книгу Создателя нашего рода. В нее вносятся имена будущих супругов, чтобы избежать кровосмешения или мошенничества. Так вот… Магическая книга говорит, что никакой графини Оливии Глассер не существует. Книга утверждает, что эта девушка… умерла. Примерно пять месяцев назад. Удивительно, не правда ли?

Наступила тишина. Тяжелая. Я слышала шум крови в ушах и стук собственного сердца, которое отдавалось глухими ударами где-то в горле.

Вот значит как?..

- Меня… меня зовут Ольга. Оля. - Слова давались тяжело, мне приходилось их буквально выталкивать из горла. - Я из другого мира. Он не такой как ваш, более технологичный и в нем нет магии и драконов. В моем мире я… умерла.

- То есть, ты заняла чужое тело?

- Я не хотела этого! И не просила! Я просто… открыла глаза. И оказалась… здесь. А после, все что я делала - это выживала. Как умела.

- Умела ты неплохо, - согласился Алвар с болезненной усмешкой на губах.

Я задохнулась, вдруг вспомнив, как эти губы меня целовали, как он шептал мое имя.

- Ты это мне ставишь в вину? То, что я пыталась выжить?

- Нет. Вранье, Олли-Оля. Исключительно вранье… Тебя переведут в подвал в карцер. Мы оба знаем, что деревянная дверь тебя не удержит, если ты захочешь.

Он ушел. А я осталась. Одна.

Тишина после его ухода была оглушительной. Словно весь воздух вытянули из комнаты, оставив лишь вакуум, где звенели последние слова: Олли-Оля. Вранье. Карцер.

Я стояла посреди каменного мешка южной башни, обхватив себя руками, но дрожь шла изнутри, из самого нутра, где только что вырвали последнюю опору.

Ольга.

Имя звучало чуждо, как эхо из давно забытого сна. Пять месяцев я была Оливией Глассер. Носила это имя с гордостью, вплела его в свою новую жизнь, в любовь, в мастерство. А теперь оно оказалось саваном, наброшенным на чужой труп.

Я была призраком, занявшим чужое место. Самозванкой.