Прощай, неразделённая любовь (СИ) - Галс Марина - Страница 16

Дмитрий с нежностью посмотрел на меня и, не отводя глаз, легко прикоснулся губами к тыльной стороне моей ладони. Я почувствовала, как по телу побежали мурашки, к щекам прилила кровь.

«Чёрт, а что, если он не просто играет?» — мелькнула у меня мысль, но я тут же отогнала её.

Близость этого мужчины сильно волновала меня, тогда как Иван всё больше и больше терял свою былую привлекательность.

Стараясь скрыть смущение, я снова заговорила с Соколовым:

— А вы, Иван Александрович, сегодня какое-то событие празднуете? Особый повод?

Мне хотелось задеть его самолюбие тем фактом, что я уже ничего «не помню» о нём и тем более о его дне рождения.

— Неужели помолвку? — Я стрельнула глазами в сторону его загорелой спутницы Лилии и глупо улыбнулась. — Поздравляю! От всей души! Вы прекрасная пара!

Иван слегка насупился, и я увидела, как тень недовольства пробежала по его лицу. Мой удар пришёлся точно в цель.

— У меня вообще-то сегодня день рождения, — с обидой в голосе проворчал он, — но поздравления принимаются. Не с помолвкой, разумеется… С чего ты вообще взяла?..

Соколов раздражённо хмыкнул, будто бы не понимая, как такая идея могла прийти мне в голову. Он — известный ловелас, и вдруг какая-то помолвка! Потеря свободы!

Дулся он, правда, недолго. Уже через пару секунд Иван снова оживился.

— Так в каком клубе, ты говоришь, танцуешь? Я бы заглянул посмотреть, — произнёс он с наигранной небрежностью, но в глазах был виден интерес.

Я медленно откинулась на спинку стула, наслаждаясь тем, как он отчаянно пытается подкатывать ко мне.

— Я не говорила в каком, — ответила я, дерзко глядя в его лицо. — Это закрытый клуб, исключительно для привилегированной публики. Кого попало, туда не пускают.

Желваки на скулах Ивана резко заходили, глаза сузились. Он ненавидел, когда его ставили на место.

Повернувшись к Дмитрию, я намеренно смягчила голос, сделав его, как можно более нежным:

— Ты не находишь, что здесь довольно скучно, дорогой? — Мои пальцы скользнули по его рукаву. — Может, поедем к тебе?

Дима, будто только и ждал этого момента. Он живо поднялся и подал мне руку. Я встала, чувствуя, как Иван сжигает нас взглядом.

— Приятного вечера, — бросила я через плечо, даже не удостоив его последним взглядом.

Мы вышли в прохладный вечер. Дверь ресторана закрылась за нами с глухим щелчком, словно ставя точку в этом маленьком, но таком чудесном спектакле.

Глава 19

На улице мы с Громовым переглянулись и в тот же миг, совершенно не сговариваясь, рассмеялись. Смех вырвался сам собой, звонкий, заразительный и беззаботный, словно мы сбросили с плеч тяжесть долгого напряжения.

— Я так понимаю, нашу операцию можно признать успешной? — спросил Дмитрий, останавливаясь под фонарём.

Золотистый свет лампы мягко освещал его лицо, подчёркивая лукавый блеск в глазах и лёгкую тень улыбки в уголках губ. В таком свете он показался мне каким-то нереальным — будто герой из кинофильма, случайно затесавшийся в серую обыденность.

— Хотя, зачем я спрашиваю? — добавил он, пристально глядя на меня. — Всё и так написано на твоём лице!

И правда. Внутри меня бушевал настоящий ураган эмоций — восторг, ликование, даже какая-то безудержная, почти детская радость. Чувства буквально захлёстывали, переполняли до краёв, и я едва сдерживала порыв запрыгать на месте, как маленькая девчонка.

И в этом не было ничего странного, ведь сегодня я наконец-то смогла отомстить.

Два года...

Два года унижений, тайных слёз, бессонных ночей и невыносимых страданий от безответной любви. Два года, когда я ловила на себе жалостливые взгляды коллег, слышала их перешёптывание за спиной: «Ну, сколько можно мучиться из-за одного мужчины? Неужели нельзя найти кого-то другого?»

А сегодня я, наконец, ударила в ответ.

И, пусть это было не совсем благородно, пусть кто-то назовёт это мелкой местью, но, чёрт возьми, как же после этого стало приятно на душе! Как сладко было увидеть растерянность Соколова! Как радостно сжалось сердце, когда он, вдруг потерял дар речи.

— Спасибо тебе, Дима! — довольно улыбаясь, сказала я. — Ты очень убедительно исполнил свою роль!

Громов слегка склонил голову к плечу, и в его взгляде мелькнуло что-то неуловимое — то ли забава, то ли одобрение.

— Пустяки! — Он пожал плечами, но улыбка его стала чуть шире. — Мне там особо и исполнять-то было нечего. А вот ты…

Он прищурился, и его взгляд, тёплый и оценивающий, скользнул по моему лицу, задержавшись на глазах.

— Совсем другое дело! Высший класс! В тебе дремлет талантливая актриса.

— Да, ну тебя, Дим! — фыркнула я, чувствуя, как по щекам разливается лёгкий румянец. — Скажешь тоже! Это так… ерунда.

— Не скромничай! — запротестовал Дмитрий, поднимая ладони вверх, будто сдаваясь перед моим «актёрским талантом». — Ты была великолепна! Особенно, когда начала рассказывать про стриптиз, потных мужиков и их влажные ладошки!

Он снова рассмеялся, и звук его смеха был таким искренним, что я невольно улыбнулась в ответ.

— Потрясающе! Очень убедительно!

Он смотрел на меня с таким неподдельным восторгом, что я невольно засмущалась.

«Неужели он подумал, что я и правда, занимаюсь стриптизом? — промелькнула в голове догадка, и от неё мне стало вдруг неловко. — Считает, что я та самая девушка, которая принимает купюры в трусы?»

— Я даже в какой-то момент поверил, что ты на самом деле танцуешь! — словно подтверждая мои опасения, с жаром произнёс Громов.

— Какие танцы, Дим! — поспешила я разубедить его, нервно покрутив в пальцах прядь волос. — Я даже не помню, когда последний раз в ночном клубе была. Всё как-то не до того...

Между нами повисла пауза, полная чего-то невысказанного.

Город вокруг нас жил своей жизнью: где-то вдалеке гудели машины, ветер шелестел листьями под ногами, из ресторана доносилась тихая музыка. Но здесь, под «нашим» фонарём, время будто замерло.

Однако неизбежно приближался момент расставания. И мне совершенно не хотелось уходить.

А Дмитрию...

А что думал он, я не знала. По его лицу было не понять. Этот мужчина умел хранить свои мысли за спокойной, почти непроницаемой маской.

— Тебя подвезти до дома? — первым нарушил молчание он, слегка подавшись в мою сторону. Он произнёс это просто, безо всяких намёков, на которые я, глупая, тайком надеялась.

«До дома? — с лёгкой горечью подумала я, ощущая, как внутри что-то сжимается. — Значит, всё действительно закончилось, и никакого продолжения не будет? Просто случайная встреча, два часа притворства, будто мы пара, и на этом — точка? Случайно встретились, отыграли спектакль и быстро разошлись?»

Я закусила губу, стараясь не выдать своих мыслей. Вечерний прохладный ветерок шевельнул мои волосы, и я машинально поправила прядь, чтобы хоть чем-то занять свои руки.

— Нет спасибо, — отказалась я, стараясь скрыть за неловкой улыбкой своё разочарование. — Здесь недалеко, я пешком пройдусь. Полезно перед сном.

Но даже мне самой этот ответ показался натянутым. « Полезно перед сном » — какая ерунда! Будто я вообще могу думать о здоровье сейчас, в этот самый момент!

— И всё-таки, я вынужден настаивать, — не отступал Громов, и в его тоне появились твёрдые нотки. — На улице уже совсем темно. Такой яркой девушке небезопасно ходить одной в поздний час.

«Что тут небезопасного? — мысленно усмехнулась я. — Каждый день возвращаюсь с работы примерно в такое же время, и ничего. Никаких приставаний, никаких подозрительных взглядов, которые заставили бы меня ускорить шаг. Хотя…»

Сегодня я выглядела иначе. Ярче. Смелее. И теперь под его взглядом, я вдруг осознала: «А что, если он прав? Что, если сегодня я действительно могу стать «приманкой» для тёмных личностей? Может, и правда, не стоит рисковать?»

— Ну, хорошо, раз ты настаиваешь… — сдалась я, и в душе тут же вспыхнула маленькая искорка надежды.