Искра (СИ) - Видум Инди - Страница 22

Тем временем торговля зашла в тупик: Савелий ниже семидесяти двух рублей не соглашался уступить даже копейки.

— В комплекте должны быть шляпа и зонт, — намекнул я.

— Зонт я того, продал уже, — смутился мужик. — А шляпа есть, как не быть.

Он метнулся в кладовку и притащил шляпную коробку, в которой оказалась шляпа-котелок. Слишком много на меня разнообразных котелков сыплется в последнее время. Валерон бы наверняка сказал, что это знак судьбы, которым нельзя пренебрегать.

— А коли зонт продал, скидывай еще пять рублев, — скомандовал Матвей. — Некомплект выходит, а некомплект завсегда дешевше.

Торг пошел по новой, в результате Матвею удалось выбить рубль скидки, хотя к набору добавился еще один предмет. Итого за кучу барахла нужно было заплатить семьдесят один рубль.

— Деньги у меня дома.

— Я донесу, — радостно вызвался мужик, сообразивший, что пока я буду ходить туда-сюда, могу передумать или найти другой вариант.

Сообразил это и Матвей.

— Мож, еще у кого поспрошать? — задумчиво пробасил он.

— Это ж время. Пробегаете туда-сюда, все равно ко мне вернетесь, — уверенно сказал мужик. — Такие тощие в зону обычно не ходют. Да и богатенькие ходют редко. А ежели ходют, то не помирают.

Я прикинул, что мужичка можно будет разговорить по дороге, и сказал:

— Хорошо, пойдемте.

Он радостно подхватил чемодан и засеменил к выходу. Я поблагодарил Матвея, попрощался и пошел за мужичком. Расспрашивать я его принялся, как только вышел со двора.

— Савелий, твой погибший постоялец один в зону ходил или с артелью?

— Конечно, с артелью, одному ходить — дураков нема.

— А с какой артелью он ходил?

— А вам зачем? — неожиданно насторожился мужик.

— Чтобы с ними случайно вместе не пойти, — выкрутился я. — Кто знает, что там случилось.

— Чо случилось, чо случилось… Полартели тама полегло, — недовольно пробурчал мужичок. — А кто там был, не помню. Глава артели с жильцом моим помер, после чего артель развалилась. Кто уехал, кто к другим перешел. Вот так-то.

Глава 11

Выплатил я строго оговоренную сумму, хотя Савелий и намекал на оплату доставки. Но я в ответ намекнул, что и без того бедный, а он у меня последнее выцыганил. Нет, если бы он хоть ненамного больше рассказал про постояльца, я бы расщедрился на чаевые, но в отношении интересующего меня вопроса мужик не сказал ничего полезного. А денег он и без того получил куда больше, чем я рассчитывал потратить.

Так что из дома я его выставил, калитку за ним закрыл и вернулся аккурат к тому моменту, когда Валерон подозрительно обнюхивал чемодан.

— Зачем тебе этакая бандура? — подозрительно спросил он.

— Положу туда подушку, будет тебе вместо корзинки.

— Значит, ты будешь спать на кровати, а я на полу? — неожиданно возмутился Валерон.

— Не захочешь — не будешь, — ответил я, доставая костюм из чемодана. — Продавали только набором, отказаться возможности не было. Нужно было костюм взять, остальное там бросить?

— Счас! — еще сильнее возмутился Валерон. — Уплачено же.

— Тогда не ворчи, а выплюнь мой саквояж, пожалуйста. У нас и без того проблемы появились.

Валерон скорчил обиженную физиономию, но саквояж выплюнул. Я достал артефактную вешалку и развесил на ней костюм, включая галстук, рубашку, перчатки и подтяжки. Не только для разглаживания и чистки, но и в гигиенических целях, потому что мне казалось, что артефакт не только чистит, но и обеззараживает, а вещи были чужими, да и валялись непонятно где.

— Ну? — нетерпеливо переступив лапами, спросил Валерон.

— Что ну?

— Ты говорил о проблемах. Рассказывай.

Я пересказал Валерону услышанное от Матвея и продавца чемодана. А в конце спросил:

— Ты говорил, артельщик возле дома крутится. Он с Михайловым крутится или отдельно?

Валерон задумался, потом неуверенно сказал:

— Вроде вместе, но кто их там знает… Поглядеть на мужика в голом виде, что ли?

— Погляди, чтобы отмести, что он из этих. Хотя, конечно, маловероятно, чтобы в таком мелком городишке сидел представитель такой редкой профессии.

— Они же не только убийствами промышляют. Подвернется возможность ограбить — думаешь, упустят?

Я вспомнил кучу денег в саквояже первого убийцы и пропавшие деньги у пассажира одного с ним рейса и признал:

— Не упустят.

Опять же не стоило забывать, что Дугарск ныне — столица княжества, где у любой организации могли быть свои интересы.

— Может, все-таки с ними радикально решить? — кровожадно ощерился Валерон. — Мы мир спасаем, а они на нас злоумышляют.

— Не факт, что они собираются нас убить, — заметил я. — Не хотелось бы разбрасывать за собой направо-налево трупы. Это, знаешь ли, слишком хороший след, чтобы на нас не выйти.

— Астафьева же мы убрали, — невозмутимо тявкнул Валерон. — Уберем и этих.

— Давай договоримся, что ты сначала выяснишь, есть ли у артельщика татуировка с солнцем, а потом решим…

— … как мы его будем убивать, — закончил за меня Валерон. — Так, дом без присмотра лучше не оставлять, поэтому я сейчас быстро сбе́гаю разведать, что и где, а на основное дело пойду, когда ты с ужина вернешься. План?

— План, — согласился я.

Валерон посчитал это согласием и на отбирание энергии, но то ли требовалось нынче под это дело энергии намного меньше, то ли у меня ее стало намного больше, но отъем больше не вызывал желания сползти по стеночке в обморок, как томная барышня. Даже небольшой слабости не наблюдалось, а вот желание что-то делать — очень даже появилось.

Первым делом я решил просмотреть записную книжку покойника. К сожалению, там не было указаний, кто и почему его убил, а были всего лишь записи по приходам и расходам с детализацией и по датам. Последним был приход, так что Савелий наверняка прибрал куда больше, чем пытался доказать. Хотя очень может быть, родственники покойного были убедительны не только в части артефактов, но и в части присвоенных наличных, и у хозяина жилища, где проживал погибший, остались только никому не нужные вещи в чемодане.

Почему-то при взгляде на чемодан начинало казаться, что тот хранит еще какие-то секреты. Я поддался желанию, вытащил оттуда всё, но никаких мест для тайников не обнаружил. Возможно, пригодился бы навык поиска таковых, а возможно, мне просто казалось, что там что-то есть. В любом случае разбирать по частям, которые пойдут только на выброс, честно купленный чемодан я не собирался. Как и заниматься несвоевременными поисками, в то время как вытащенная из чемодана пара ботинок была не слишком чистой.

Для обуви артефакта у меня не было. Не было его, похоже, и у бывшего владельца этой пары, потому что в чемодане нашлась жестяная коробка с набором для ухода, которым я воспользовался. Почистил ботинки, нанес на них гуталин и отполировал прилагавшейся к гуталину тряпкой. Костюм уже фактически разгладился, так что можно было не переживать об одежде для княжеского ужина.

Я глянул на часы и решил, что успею позаниматься пауком. Во всяком случае, каркас соберу. За необходимыми деталями пришлось несколько раз сбегать в сарай. Но не успел я всё разложить, как заявился Валерон и разочарованно протявкал:

— Артельщик в зону ушел, а на Михайлове татуировки нет.

— А скрывающего татуировку артефакта?

— На нем вообще ничего не было, когда я его разглядывал, — брезгливо бросил Валерон. — Кроме собственной кожи, и та некачественная. Причем везде.

Спрашивать, как помощник оценивал качество человеческой кожи, я не рискнул, решил принять его выводы без уточнений. Тем более что я сам считал Михайлова маловероятной фигурой для принадлежности к Черному Солнцу. Не тянул он на заказного убийцу. Нет, в том, что полицейский способен на убийство, в этом я как раз не сомневался, а вот в том, что кто-то захочет его нанять под это дело, — уже да.

Следующий час я занимался подбором деталей с механизмусов, которые можно было бы вписать в схему, и невольно думал, что Кузнечное дело мне бы при этом очень сильно помогло: единственное, что я мог сейчас сделать, — это укоротить детали, да и то только артефактным боевым топориком, которому такое использование не рекомендовалось. Топорик было откровенно жалко.