"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Белая Яся - Страница 130

Полковник Зотов, с раннего утра, засевший в штабе, был отвлечен от документов барабанной дробью ударов. Выйдя из кабинета и перейдя к окну на тыльной стороне казармы, он увидел одинокого солдата по форме номер три быстро колотящего палкой подвешенную на дереве покрышку. Ага, про этого рядового ему докладывали, мол тренер по историческому фехтованию непонятным образом засланный в их полк из Шепетовки, каждое утро делает разминку, чтоб не потерять физическую форму. Нормальное стремление, никак не мешающее службе. Только гремит сильно. Хотя, не жилая застройка, будить тут некого. А кстати, не пройтись ли по расположению, проверить забившихся в щели солдат, спящих после подъема? Давно он не гонял личный состав, эдак страх потеряют.

Братцы, я же не знал, что народ сегодня вообще забил на зарядку. Помощник дежурного по полку сначала был послан дежурным провести зарядку с личным составом, потом был мягко послан самим личным составом, который не спустился на улицу из расположения. Солдаты вяло умывались, заправлялись, досыпали, сидя на табуретках в ожидании завтрака. Мат командира полка подействовал на них как дихлофос на тараканов, все бросились врассыпную, некоторым сразу отрубило мозг и инстинкты, они пытались пробежать сквозь стены, кто-то прятался под койками… Прибежавший на крик дежурный по полку чуть не оказался на гауптвахте за фразу о том, что не его обязанность зарядку с солдатами делать. Последовали организационные выводы, были составлены мероприятия по охвату масс требованиями Устава. А если конкретно, в каждой батарее на подъеме теперь должен присутствовать ответственный офицер. За зарядку ответственный.

И всё бы ничего, но этот гадский папа Зотов ухитрился объявить, что глаза на бедственное положение с дисциплиной ему раскрыл единственный образцовый-сука солдат. Угадайте, кто… Это карма или меня преследует злой рок? Стоит устаканиться отношениям с сослуживцами, как прилетает от начальства некий привет, который ставит крест на моей репутации. Я так расстроился, что кинул через себя уважаемого человека, дедушку из первой ракетной батареи, прилюдно рассказывавшего мне, какой я нехороший человек. Ну просто не удержался на нервяке таком. А он сам начал — схватил меня за грудки. Ладно бы я его через бедро бросил, я так не умею. Поэтому сделал привычно — потянул на себя, упал, принял на ноги, а потом ногами перекинул над собой что есть сил — лети птичка. Я так даже одоспешеных мужиков кидал, просто коронка моя этот бросок. Очки репутации ещё чуточку просели. Не принято бросать дедушек прилюдно. Сойтись по второму разу нам не дали сослуживцы. Днем при всех драться не принято. И вообще, я ж контуженый на голову, по жестам пострадавшего было видно, что он сам не горит желанием драться.

В лес! Все в лес! Народ в возбуждении начал готовиться к учениям. Прикомандированные водители заранее умерли от ужаса, а наши бегают в возбуждении — маньяки зенитно-ракетные. А вас, Милославский я попрошу остаться. Кто сказал? Начальник штаба сказал. А ему указюка из штаба дивизии — направить сержанта Милославского в командировку в распоряжение штаба БелВО — белорусского военного округа. Нюанс — не перевести, а откомандировать на неопределенный срок. Неувязочка вышла — под рукой сержанта не нашлось, только рядовой с подходящей фамилией путается под ногами. Строевой части недолго — несколько строчек в приказ, шлеп-шлеп, на выходе имеем сержанта Милославского. В хорошем смысле имеем.

— Милославский, вечная ты боль командирская, зачем ты в Округе потребовался, колись!

— Крепить оборону страны, товарищ капитан!

— Вот скажи, Милославский, почему за три месяца, что ты у нас служишь, от тебя батарея не увидела никакой пользы, одно расстройство и невзгоды? То с лестницы устроил групповое падение, то по твоей милости ни свет, ни заря офицеры всего полка дежурить должны. А на прошлой неделе ты что устроил?

— Тарщ капитан, как дух свят, ничего!

— Да мне уже рассказали, Милославский, наглая твоя рожа. Тебя одно спасает, опять не попались. Но ведь попадетесь когда-нибудь. Ты сколько раз на губе уже отсидел?

— Ни одного.

— Правда ни одного? Точно? А Бохана кто сменил? Не ты, Сеченава. Странно даже.

А что я совершил? Да ничего особенного, просто отвел батарею в самоволку. В кинотеатре Дома офицеров крутили новый иностранный фильм. В аннотации к нему советские газеты писали: «Самый яркий и страшный антивоенный фильм. Фильм-предупреждение, фильм-пророчество». Короче говоря, показывали «Терминатор» Кэмерона. Для меня это стало еще одним звоночком — история развивается чуть по-другому, в этой версии Терминатора крутят в Союзе на большом экране с соблюдением авторских прав. А товарищи просто истикались от желания увидеть такую крутую фантастику. Еще и я пороху подсыпал, вкратце рассказав сюжет. Откуда знаю? Видел в Москве в Доме кино на закрытом показе. Галахов в очередной раз закусил удила и никого не отпустил в увольнение среди недели, а в выходные и пытаться было бесполезно — все билеты раскуплены давно и сразу. С другой стороны, с какого перепугу отпускать среди недели солдат в увал?

Так что вариант был один — идти в самоволку в четверг с опасностью попасться. Сапоги мои солдатские кирзовые были вычищены на три раза. Запасная шинель капитана Мирошкова вполне налезла, была чуть коротковата, зато в плечах не жала. На голову его же шапку — а нефиг где попало одежду развешивать. Последний маленький штрих был нанесен кремом для обуви на мои совершенно несерьезные светлые усишки. Нормально, если не присматриваться. Выходим из казармы по одному или по двое, шинель и шапку сбрасывают с тыльной стороны казармы в окно. Собираемся в кучу уже на дороге к КПП, я одеваюсь, строю колонну и веду в ДОСы. Пути назад нет. Нервные смешки солдат в колонне, им тоже страшно. «Разговорчики в строю!» — моя команда как звон камертона при настройке фортепиано, всё нормально, идут в ногу. А большего и не требуется. Вот и цель авантюры — дом офицеров. Младший сержант Бондаренко послан купить билеты на всю батарею, которая так и стоит в строю перед клубом. Счастливый Юра машет билетами, слева в колонну по одному в клуб шагом марш!

Успешная акция восстановила мой авторитет, но я точно знал, кто-то проболтается, за неделю история просочится по всему полку. Вот результат — Галахов в курсе. В курсе, но доказательств нет, акция слишком дикая, чтоб озвучивать официально, исполнение слишком чистое, чтоб не оценить. Вот у человека характер чудной какой. Знает и не наказывает. Барагозить можно, попадаться нельзя.

— Товарищ капитан, знать я не знаю цель командировки, но могу догадываться.

— Выкладывай тогда догадки, это лучше, чем ничего.

— Думаю, или Минский СКА, или Белорусский Округ, кто-то решил слепить команду к открытому турниру РСФСР по истфеху. Видимо мной решили усилить команду, только не знаю в качестве тренера или бойца.

— Это сколько по времени займет?

— Месяца три, не меньше.

— А потом вернут?

— Как пойдет. Могут захотеть оставить себе. А может и федерация по рукам надавать, если победим. Всё-таки не ЦСКА, недолго напомнить про спортивную скромность.

— Я смотрю, ты сама скромность, Милославский!

— Я объективно смотрю на ситуацию. Мне она видится так.

— Понятно. Зимой ты на учения не едешь, весной на боевые стрельбы тоже. Как знал, что от тебя никакой пользы не будет. Ладно, иди. Хоть расклад прояснился.

Моя трансформация в сержанта в головах у бойцов неведомым образом связалась с физкультурно-зарядочной историей. Странное дикое совпадение, но логично у парней выходило — пока мы сачка давили один мудель перед папой Зотовым в гордом одиночестве зарядку делал. Всех на кукан, а этому сержантские лычки! Ну а дальше непонятно откуда прилетело: «Хохол без лычки как … бочка без затычки» А кто тут хохол? Я русский! Бесполезно что-то доказывать, я даже и не пытался. Это батарея еще не знает, что я не еду с ними на учения, снова авторитет в минуса загоню.

Пришиваю новые лычки к хэбэшке, которую сейчас не ношу по зимнему времени, потом к парадке, хотя брать её не буду в Минск. Тут такое дело, если под горячую руку попадет кому в моё отсутствие парадочка в увольнение сходить, а погоны сержантские — нестыковка. И никто её надевать не будет. То же и с повседневкой. Оказалось, что по сути, собирать и нечего в командировку: мыльно-рыльные, носки, запасная подшива. У солдата ни запасного белья, ни имущества — всё выдается Родиной. Даже вещмешок не буду брать, сумку гражданскую возьму, тут приблудилась в каптерке одна средних размеров через плечо.