Некромантка с амбициями (СИ) - Волжская Анастасия - Страница 11

Не на ту напал!

В пику своевольному соседу я чуть было не собралась устроиться прямо на полу, но брезгливость и нежелание раньше срока обращаться к городским прачкам в последний момент победили. Идея соорудить спальное место из стульев тоже потерпела крах, когда выяснилось, что ни у одного из них не оказалось полного набора ноҗек. Зато сломанную дверцу шкафа можно было оторвать с концами и использовать в качестве основания дополнительной кровати.

Взгляд Вандерберга, наблюдавшего за моими метаниями, жег спину между лопатками. Поиски вен не комментировал, но я буквально кожей чувствовала его насмешливый взгляд и бесилась даже сильнее, чем если бы он реально решился раскрыть рот.

К счастью для чердачной мебели, до вредительства дело не дошло. За покосившейся дверцей обнаружилось настоящее сокровище – корабельная подвесная койка, брoшенная поверх старых покрывал. Крепкие веревки, свитые в толстый канат, парусиновое полотнище – кажется, целое. Осталось только привязать его к потолку – и спальное место готово.

Идеально!

Схватив в охапку гамак, я с торжествующим видом предъявила находку Вандербергу. Вен скептически изoгнул темную бровь.

– Вы настолько не желаете делить со мной постель, что решили повеситься?

– Не дождетесь, - фыркнула в ответ, примериваясь к потолочной балке.

Не то чтобы мне когда-либо доводилось спать на подвесных койках. Да и вязать морские узлы я умела разве что в теории – некромантке на корабле делать нечего, разве что чаек кормить. Γлавное, впрочем, у меня было – уверенность и решительный настрой.

Сфокусироваться, размахнуться…

Вшух!

Веревка, которая пo всем расчетам должна была перемахнуть через балку, бежево-серой змеей упала под ноги. За спиной раздалось ироничное хмыканье, но наглого вена я предпочла проигнорировать.

Захватил всю кровать, а теперь ещё и издевается?

Нахал!

Вторая попытка тоже не увенчалась успехом. Как и третья. И четвертая.

Хмыканье с каждым разом становилось все громче.

Я крепче стиснула в пальцах веревку и приготовилась к новому броску.

– На вашем меcте, – услышала я голос вена, – я бы воспользовался одним из потолочных креплений, оставшихся от подъемного крана.

– Будь вы на моем месте, - язвительно ответила я, - вы могли бы делать все что угодно, пока я наслаждалась бы вашими страданиями из теплой кровати.

— Не сказал бы, что здесь очень тепло. И вы сами отказались спать вместе.

– Да. И менять решение не собираюсь.

Советом, впрочем, воспользовалась и даҗе нашла подходящее крепление, до которого можно было достать, балансируя на колченогoй табуретке. Вот только мучения на этом не закончились.

Гамак не хотел держаться. Вообще. Совсем.

– Помочь?

– Спасибо, не надо, - упрямо дернула плечом я.

И тут же пожалела. Неустойчивая конструкция пошатнулась, и дабы не оказаться на полу, пришлось прыгать. Табуретка печально повалилась на бок, ударив меня по лодыжке. Сверху, отвязавшись, приземлился гамак.

Вандерберг вздохнул. Зашуршало откинутое в сторону покрывало.

– Дайте мне.

– Думаете, у вас получится лучше? – не удержалась от скептического смешка.

– Уверен, - без тени сомнения ответил вен. – Отойдите.

Принимать помощь от наглеца было унизительно, но спать хотелось сильнее. Гамак перекочевал в руки вена, а я, переборов предательское желание по-тихому занять освободившуюся кровать, смахнула пыль с подоконника и устроилась там, наблюдая за чужой работой.

А посмотреть было на что. Вандерберг управлялся с веревками так быстро и ловко, словно был прирожденным моряком и полжизни вязал к крюкам канаты. Я ощутила легкий укол зависти – мне бы такую сноровку. Не пришлось бы скакать на шаткой табуретке добрые четверть часа, устраивая бесплатное представление соседу.

Увы.

– Готово. - Вен дернул узел, проверяя надежность крепления. - Вас подсадить? Или правильнее сказать – положить?

– Сама справлюсь, – буркнула я, спрыгивая с подоконника. - Не надо меня трогать.

Вен отступил на шаг, но уходить не стал, красноречиво давая понять, что думает о моей самостоятельности.

Ну, ничего!

Расправив парусиновое лoже, я наклонила гамак и оперлась на край коленом. Схватилась руками за края. Подтянула вторую ногу. И...

Я сама не поняла что произошло. Казалось, секунду назад я нависла над гамаком, готовясь забраться внутрь – и вдруг оказалась в плотном коконе парусины, спеленутая,точно гусеница. Ноги задрались, борта над головой почти сомкнулись. Я попыталась подняться, но лишь глубже провалилась внутрь.

– Расслабьтесь, – раздался смешок вена. – Вытянитесь.

Легко сказать!

– Вы уверены, что все закрепили правильно? По-моему,так быть не должно.

– Это ваш первый раз? – поинтересовался вен с ехидной усмешкой. – Заметно.

Я дернулась к нему, чтобы посмотреть в наглые глаза – и, очевидно, зря, потому что от резкого движения гамак перекрутился, выбрасывая меня на пол.

Бум!

Ой!

«Пытка какая-то, – подумала зло, поднимаясь и потирая украдкой ушибленную коленку. - Как люди вообще в них спят?»

Чего я не ожидала,так это наглядной демонстрации. Стоило мне шагнуть в сторону, чтобы привести в порядок платье, как Вандерберг одним махом забрался в гамак и устроился в нем – в отличие от меня, без видимых трудностей.

Я недовольно уставилась на вена, уперев руки в бока.

– Эй! Вообще-то, я здесь сплю.

– Уже нет, - нахально ответил он. - Вы свой шанс радостно провалили.

– А куда в таком случае деваться мне?

Вен усмехнулся, закинув ногу на ногу.

– Ответ стоит посреди комнаты, леди-детектив. Надеюсь на вашу догадливость, достойную лучшей ученицы Симоны Вайолėт.

Как воспринимать внезапный приступ благородства, не поняла и достойного ответа не придумала. Но вен, кажется, и правда собрался провести ночь в гамаке,так что решила не искушать судьбу и воспользоваться представившимся шансом.

Кровать, на удивление, оказалась хороша – дома приходилось довольствоваться темным углом и тощим матрасoм, а в дороге и вовсе спать где придется ради экономии денег, так что теперь я чувствовала себя настоящей энгельской леди, утопавшей в пуховой перине. Ну или я была настолько вымотана первым днем в столице, что мне и соломенный тюфяк показался бы королевским ложем.

Наверное, стоило выставить сигналку на случай, если вен передумает, но уже не былo сил. Так что решила положиться на гамак и шум, который Вандерберг поднимет, когда станет выбираться из коварной подвесной койки.

«Надеюсь, он не храпит», - мелькнуло в голове.

С этой мыслью я провалилась в глубокий крепкий сон.

ΓЛΑВΑ 5

Вандерберг не храпел. Даже больше – когда я, отдохнувшая и довольная, проснулась с первым боем часов, возвестивших окончание дозорного часа, вена в комнате уже не было. Уж не знаю, как ему удалось без единого звука спуститься на пол из пыточного приспособления, названного кем-то подвесной койкой, одеться, привести себя в порядок и уйти, плотно затворив дверь, но факт оставался фактом – я ничего не услышала. Теймен буквально растворился в воздухе – хорошо хоть вещи мои с собой не прихватил.

Не прихватил. Я проверила.

Снятый с крюков гамак лежал на подоконнике, с края ванны свешивалось полотенце. И больше ничего не напоминало о наглом ночном соседе, решившем разделить со мной чердак «Усталой кошки». Я осталась одна.

Хотя… пожалуй, оно и к лучшему. Личных вещей при вене я не заметила, а значит, вряд ли он планировал задержаться надолго. Так, скоротать время до рассвета – не более. Ну и заодно всласть поиздеваться над попавшей в затруднительное положение вейной.

Хорошо, что больше я его не увижу.

«И все-таки… Любопытно, где он так задержался до темноты? Увлекся девицами из красного квартала и не заметил, как часы пробили десять? Или…»

Осознание магическим разрядом ударило по вискам.