Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Барнс Дженнифер Линн - Страница 334

– Если помните, главный специалист по головоломкам здесь я, – сообщила она сокомандникам и, возможно, любопытному слушателю, который следил за всей командой через жучок.

Глава 71

Рохан

Они тщательно, не один раз вспороли веер – сначала в темноте, а потом и при свете – но это ничего не дало.

– А вдруг он нам для чего-то понадобится? – сетовала Саванна. – А остались одни лоскутки.

Рохан пожал плечами.

– Будем импровизировать, если что. Импровизация – это навык. А пока… – Он задержал взгляд на лоскутьях. – Честно говоря, всегда питал слабость к тому, что сломано.

– Видимо, любишь чинить? – съязвила Саванна.

– Нет, скорее, разбирать на запчасти и утаскивать что-то с собой, вдруг пригодится. – Рохан поймал ее взгляд. – Я не считаю правильным чинить предметы и людей. Ну разве что если они мне понадобятся целыми.

– Не советую пытаться залатать меня, – сказала Саванна.

– Я далек от иллюзии, что ты в этом нуждаешься.

Пробудив к жизни своего внутреннего воришку-карманника, Рохан тайком стащил у Саванны блестки.

– Ты что делаешь? – изумилась она, заметив пропажу.

Рохан открыл пузырек.

– Хочу достать блестки. – Он вылил содержимое себе на ладонь.

– Осторожно, глиттер липнет ко всему, – предупредила Саванна тоном, которым впору было сообщать про грязь на ботинках или кровь на костяшках.

«Липнет. Глиттер липнет ко всему», – мысленно повторил Рохан.

– Савви, давай сюда ролик.

Чернильно-черные зрачки Саванны расширились, оставив лишь тонкую серебристо-синюю кромку радужки.

– Разверни его, – велел Рохан.

В каждой игре наступал такой момент, когда Рохан четко видел, как развернутся дальнейшие события и чем всё закончится.

Они с Саванной Грэйсон выберутся отсюда. Найдут причал задолго до рассвета. А на следующем этапе легко обойдут всех соперников. Он использует ее. А она – его.

И один станет победителем.

Саванна принялась отрывать от ролика лист за листом, так быстро и яростно, что Рохан буквально почувствовал вкус адреналина, вскипевшего в ее жилах.

Она была создана для таких моментов, как и он сам.

– Не хватит блесток, чтобы их все покрыть, – заметил Рохан.

Саванна стала проверять листы на ощупь. Ее длинные пальцы двигались проворно и ловко.

– Знаешь, – сказала она удивительно резко, – клей распределен неравномерно: где-то есть, где-то нет.

Рохан не стал тратить время попусту, а намазал листок блестками. Потом Саванна перевернула листок, промокнула лишние блестки.

Рохан внимательно рассмотрел то, что у них получилось, но если на листке и отпечаталось послание, оно всё расплылось.

– Глиттер липнет ко всему. – Саванна сощурилась. – Нужен веер!

А они его разорвали.

– Пора импровизировать!

Рохан поднял меч, взял его обеими руками и стал махать лезвием, будто веером, быстро, но осторожно. Нет, этого мало. Тогда он опустился на пол и подул на лист. На нем медленно проступили буквы: «В дамки».

– В дамки! – повторила Саванна. – Рохан! – нетерпеливо позвала она. – Дамки! Это же про шашки!

Они кинулись к стене с игровыми полями. На губах Саванны играла улыбка – не благовидная, не звериная и не грубая, а торжествующая, преисполненная экстаза и дерзкая. Рохан упивался этой картиной, будто вином.

– Как думаешь, нужно вывести в дамки одну шашку или все? – спросила она, хотя куда больше это походило на приглашение.

– Мне еще интересно, как это сделать, – добавил Рохан. – По правилам игры можно либо поставить одну шашку на другую, либо…

– …перевернуть ее. – Саванна перевернула одну из черных шашек, а потом методично вывела в дамки весь задний ряд.

А он стал переворачивать красные. Она управилась быстрее, так что самую последнюю дамку выставил именно Рохан. Тут игровое поле разделилось напополам, стены разъехались вдоль вертикальной оси, а за ними появилась дверь. Рохан подергал – закрыто. Дверного замка не было, только черный экран рядом.

– Введите аудиокод, – потребовал голос робота.

Воцарилась тишина, и всё вдруг встало на свои места.

– Открытка! – воскликнул Рохан. Единственный предмет, который они еще не использовали.

Когда Рохан открыл ее, нежная мелодия «Clair de Lune» заполнила комнату.

Дверь перед ними открылась, и показался каменистый берег.

Глава 72

Лира

– Дверь номер один или номер два? – спросил Джеймсон Хоторн.

Лира покосилась на Грэйсона. На его лице читалось: я с этим сам разберусь. Хоторн против Хоторна.

Грэйсон едва заметно сощурился.

– Два.

– Прекрасный выбор! – похвалил Джеймсон, но ведь это могло означать ровно обратное.

От мозаичного пола отделился круглый островок: он приподнялся и, вращаясь, отъехал в сторону, обнажив тайник. Внутри лежали маленький сканер, пустой скетчбук и уголь для рисования.

– За первой дверью была коробка с головоломкой – так, к вашему сведению, – пояснил Джеймсон, – а за второй скрывается испытание другого рода. Ну какие игры Хоторнов без веселья, правда же?

Грэйсон еще сильнее сощурился.

– Джейми…

– Всё, что надо сделать, чтобы заслужить подсказку, – лукаво продолжал Джеймсон, – это нарисовать друг друга.

Нарисовать… Лира даже не смогла закончить эту мысль.

– Рисунки не должны быть шедеврами, – вмешалась Эйвери Грэмбс. Она явно с самого начала следила за диалогом братьев. – Просто посмотрите друг на друга и изобразите, что видите. Потом свой рисунок надо отсканировать, и в обмен на сканы всех участников команды мы дадим вам подсказку.

– Я понял, что ты задумала, Эйвери, – сказал Грэйсон наследнице. Ее имя прозвучало так, словно он уже десять тысяч раз ее вот так звал. Лира снова вспомнила тот поцелуй, а потом совет, который ей дала наследница на самом старте: жить.

– Эйвери? Джейми? – позвал Грэйсон.

Ответа не было. Они отключились. А через секунду Грэйсон уже потянулся к скетчбуку и угольку. Покосился на Одетту.

Та фыркнула.

– Не меня, ее.

– Нам с вами предстоит разговор, очень обстоятельный, – пообещал ей Грэйсон.

Потом его серебристые глаза задержались на Лире. Он не сразу приступил к рисунку. Почему-то от скрипа его уголька по листу бумаги у Лиры перехватывало дыхание. Всякий раз, когда он опускал глаза на рисунок, ей становилось чуточку легче.

Когда он поднимал взгляд, Лира словно бы чувствовала осязаемое прикосновение. «Выжжено на коже». Она задумалась о танце, побеге, попытке изображать, что всё в порядке, и отказаться от притворства, об ошибках.

Грэйсон сжал уголек в кулаке, подошел к сканеру, положил на него свой рисунок. Аппарат сканировал работу и пискнул.

– Один готов, – с легкой хрипотцой в голосе сообщил Грэйсон. – Осталось два.

Одетта вскинула бровь, глядя на Лиру.

– Твоя очередь.

Грэйсон вырвал свой рисунок из скетчбука, сложил вчетверо и убрал в карман пиджака. Отдал блокнот Лире. Потом раскрыл ладонь, на которой лежал уголек.

Пока Лира его брала, в мыслях было только одно: даже под страхом смертной казни она ни за что не станет рисовать Грэйсона Хоторна. К счастью, если бы вдруг она захотела его изобразить, Одетте пришлось бы рисовать саму себя, что было бы странно, так что никто не стал возражать, когда Лира повернулась к пожилой женщине.

Одетта-юристка, Одетта-актриса, Одетта – хранительница стольких тайн.

Следуя указаниям Эйвери, Лира внимательно всмотрелась в свою «натурщицу». В чертах лица угадывалась та юная девушка из «Меняя короны». В глазах читалась мудрость человека, прожившего не одну жизнь, и боль.

Лира приступила к работе.

– А от чего вы умираете? – спросила она в лоб, но Одетта не дрогнула.

– Глиобластома. Ну хоть диагностировали рано.

– Неоперабельная? – подключился Грэйсон.

– Не факт, – она вскинула голову, – но я не горю желанием ложиться под нож доктора вдвое младше меня в надежде, что он покопается у меня в мозге и поможет урвать еще пару месяцев этой жизни.