Современный зарубежный детектив-4. Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Барнс Дженнифер Линн - Страница 240

Акация сделала долгий вдох.

– Но все становится другим, как только у вас появляются дети, потому что внезапно все, что привело к их рождению – любой ваш выбор, ваша реальность, – неизменно. И если бы все сложилось хотя бы немного по-другому, их могло не быть, а с этим уже невозможно примириться.

Акация опустила глаза на свои руки, и Грэйсон заметил, что она по-прежнему носит обручальное кольцо.

– Помню, что где-то через неделю после того, как мы привезли Саванну и Джиджи домой из роддома, мне приснилось, что я еще беременна, а мои малютки, которых я держала на руках, кормила и любила, всего лишь сон. Я запаниковала – я не хотела других детей. Я хотела своих девочек! Проснувшись, я встала у их колыбелек и заплакала, потому что они были по-настоящему. – Акация подняла глаза на Грэйсона. – Нет никаких «Что, если…» – что, если бы я выбрала другую жизнь или влюбилась бы в человека, который любил бы меня в ответ. Что, если бы я тогда знала то, что знаю сейчас. Не должно быть никаких сожалений. Даже если я и хотела бы сейчас для себя другой жизни, еще больше я хочу быть их мамой.

«И почему так трудно дышать?» – подумал Грэйсон, потому что в его жизни никто о нем так не думал, в особенности Скай. И внезапно он сам захотел поиграть во «Что, если…», потому что все могло бы измениться.

Вся его жизнь могла бы обрести совершенно другой смысл.

«Сожаления – пустая трата времени, твоего и моего, – зашептал в его голове голос Старика. – Разве ты из тех, у кого есть лишнее время?»

Грэйсон отбросил неудобные мысли, обычно он так и делал. Он был тем, кем был.

– Я знаю про расследования ФБР и Налогового управления, Акация. – Он постарался говорить так мягко, как только мог. – Знаю, что он воровал деньги у ваших родителей. Это он опустошил ваши счета.

Акация Грэйсон дышала через боль.

– Но Саванне и Джиджи незачем об этом знать, – тем же мягким голосом добавил Грэйсон.

Акация проглотила ком в горле.

– Считаешь, мне следует передать содержимое ячейки федералам?

У Грэйсона не было времени на сомнения.

– Нет.

Акация долго смотрела на него.

– Не думала, что ты захочешь защитить моего мужа.

– Я пытаюсь защитить не его, – тихо ответил Грэйсон.

И это правда. Сейчас он пытался защитить уже не только Эйвери. Бомба, взорвавшая в самолете Эйвери, убила двух человек Орена. Шеффилд Грэйсон был убийцей, и его семье не нужно это знание. Ни Акации, ни Саванне, ни Джиджи.

– Дайте мне день. – Это прозвучало не как просьба. – Вы не узнаете, что в ячейке, и не вы скроете содержимое от федералов.

Грэйсон мог бы остановиться на этом. Возможно, ему даже следовало так сделать. Но его с раннего детства учили добиваться положительных ответов.

– Акация, ваше имя тоже привязано к депозитному счету. Муж воспользовался поддельным удостоверением личности, но ваше имя настоящее. И, возможно, он подделал вашу подпись. Так что он не единственный, кого Налоговое управление может обвинить в уклонении от уплаты налогов.

Акация закрыла глаза. Когда она открыла их, в них стояли слезы, но ни одна слезинка не скатилась по щеке. Она посмотрела на Грэйсона чуть ли не с сочувствием.

– Ты же всего лишь ребенок.

У Грэйсона сжалось сердце. Единственным человеком, который уже говорил ему эту фразу, был Нэш.

– Моя мать любит говорить, что Хоторны никогда не были детьми по-настоящему. – Вообще-то Грэйсон не собирался упоминать Скай в присутствии Акации. Особенно после всех этих разговоров о «Что, если…». Он быстро сменил тему. – В загородном клубе приняли ваше предложение?

– Нет. – Акация покачала головой. – Не понимаю почему, но… – Она замолчала. – Как и содержимое банковской ячейки, мое финансовое положение – это не твоя проблема.

Грэйсон, как и все Хоторны, обладал способностью начисто игнорировать утверждения, которые ему не нравились.

– Мой дедушка совершал ошибки, – тихо сказал он Акации, – много ошибок. Но он научил меня ставить семью на первое место. Я не лишен средств…

– Нет! – твердым голосом оборвала его Акация. – Ни в коем случае.

– Вы росли вместе с Кентом Троубриджем, – снова сменил тему Грэйсон, – его сын недостоин Саванны.

Если бы он сразу начал обсуждать ее отношения с адвокатом, Акация могла бы пресечь этот разговор, поэтому Грэйсон решил воспользоваться другой тактикой.

– Дункан и Саванна знакомы сто лет, – сказала Акация, – я никогда не навязывала ей эти отношения.

Она умолкла.

– Хотя это могла сделать моя мать.

– Как с вами и Кентом? – Переход оказался резким, но так и задумано. – Тем вечером я видел, как он касался вас.

– Это ничего не значит, – ответила Акация, отводя глаза, – он друг семьи и пытается помочь.

Грэйсон чуть подался вперед.

– Правда? – Ответа не последовало, и он снова сменил тему. – Это он рассказал вам обо мне?

– Я имела право узнать.

«В день похорон вашей матери?» – подумал Грэйсон.

– Ты что-нибудь рассказал девочкам? – спросила вдруг охрипшим голосом Акация. – Про деньги, я имею в виду. – Но не успел Грэйсон ответить, как она принялась заверять его: – Дом в безопасности. Их обучение, машины, одежда, повседневные расходы – все это оплачивается из трастовых фондов. У них все будет хорошо.

Она встала и подошла к двери.

– Все остальные проблемы я решу сама, начиная с этой депозитной ячейки.

Дверь открылась еще до того, как Акация успела взяться за ручку. Саванна.

– Он рассказал тебе.

Она явно услышала последнюю фразу своей матери. Грэйсон видел, как Акация гадает, не слышала ли ее дочь и все остальное.

– Позволь мне самой с этим разобраться, Саванна, – твердым голосом сказала Акация.

Саванна сверкнула глазами.

– Ты ни с чем не в состоянии разобраться, мам! Ты просто сидишь и покорно принимаешь все удары.

Акация опустила глаза. Грэйсон прищурился.

– Я не хотела тебя обидеть. – Саванна уставилась в пол.

Акация подошла и обняла ее одной рукой.

– Ну что? – Из-за их спин выскочила Джиджи. – Кто хочет открыть банковскую ячейку?

Грэйсон никак не ожидал, что это сработает. Но спустя некоторое время Акация кивнула.

– Мы сделаем это вместе. – Она перевела взгляд с близняшек на Грэйсона. – Все мы.

Глава 49

Грэйсон

Они вернулись в банк. Грэйсон почти ожидал, что Акация оставит их троих ждать на парковке, но она этого не сделала. И когда она предъявила свое удостоверение личности и ключ, который дала ей Саванна, – подделку Грэйсона, – тот же банковский служащий, который отослал Саванну, вызвал своего начальника.

Управляющий проводил их в хранилище, вдоль стен которого тянулись банковские ячейки. Управляющий вставил банковский ключ в одну из прорезей и подождал, пока Акация вставит свой. Она так и сделала, но когда попыталась повернуть его, ничего не произошло.

Она попробовала еще раз.

«Я спланировал это. – Грэйсон проигнорировал укол вины. – Так и задумано».

– Если у вас нет ключа, мэм, и вы не являетесь основным владельцем счета, то, боюсь, вам придется…

Управляющий так и не закончил предложение. Саванна засунула руку под блузку и достала цепочку, точно такую же, как у Джиджи.

На цепочке висел ключ.

– Попробуй мой.

Грэйсон уставился на нее.

– И откуда у тебя ключ? – спросила Джиджи.

– Я нашла его вместе с удостоверением, – тихо ответила Саванна.

Грэйсона нечасто заставали врасплох.

«Вот что бывает, когда не смотришь на десять шагов вперед, – зазвучал голос Тобиаса Хоторна в его голове так четко, как если бы он стоял рядом, – когда позволяешь чувствам встать у тебя на пути, когда позволяешь отвлечь себя».

Саванна сняла ключ с цепочки и отдала матери. Акация вставила его в замок, и в этот раз он щелкнул.

Управляющий осторожно вытащил ячейку и положил ее на длинный стеклянный стол, установленный посередине хранилища.