Индульгенция 4. Без права на сомнения (СИ) - Машуков Тимур - Страница 21

Наконец я добрался до половых губок и нащупал клитор, упругий и набухший от возбуждения. Я начал сильно и бесцеремонно натирать его, после чего подруга поплыла окончательно, стала выгибаться и подмахивать, двигаясь мне навстречу, шлёпая задницей по моему животу.

На каждом её выдохе раздавался сдавленный, как будто слегка жалобный, но невероятно сладкий стон. Мои яйца затвердели и подтянулись к члену, превратившись в упругие комочки, от ритмичных шлепков по ним по низу живота разлилось сладкое ноющее чувство.

Стимуляция клитора принесла свои плоды, девушка несколько раз отрывисто прикрикнула, мелко затряслась всем телом и пару раз выгнула спину. От её соков член уже буквально хлюпал внутри, я держал её крепко и не дал соскочить со ствола, пока она кончала, но на пару мгновений замер, чтобы она пришла в себя. С удовольствием ощущал, как всё её нутро пульсирует, сжимая мой член.

Когда её перестало колбасить, я продолжил движения и почувствовал, как подступает мой оргазм, член затвердел словно каменный и был готов взорваться струями семени в любой момент. Тогда я решил немного оттянуть финал, вынул член и повернул её лицом к себе, сгрёб за затылок и прижал к своему лицу, впившись в её губы поцелуем. Она отвечала, играла с моим языком, даже немного постанывала, при этом мой горячий и влажный от её смазки ствол упирался ей в живот, а она подразнила его, обхватив ладошкой и сделав несколько движений вперёд-назад. Её губы стали совершенно послушными и отзывались на мои поцелуи с жадностью. Я стащил с нее ставшие бессмысленными трусики, она переступила их одной ногой, они так и остались висеть на её левой щиколотке, словно браслет.

Я взял её за бёдра, приподнял и усадил на стол, одним уверенным движением вогнал член внутрь, обхватил её горло ладонью и принялся размашисто двигать бёдрами. Она обняла меня за шею и обвила ногами, подпрыгивая от сильных ритмичных толчков. Вот теперь наступил тот момент, который мне нравился больше всего: она наконец-то начала мне «давать». Отдаваться, участвовать в процессе, не стесняясь громких стонов. Её влагалище влажно хлюпало от моих толчков, в нос ударил неповторимый аромат возбужденной женщины, от которого член становится каменным, и ты буквально упиваешься этой плотью, желая всадить его поглубже, ещё и ещё. Ощущаешь, как каменеет от напряжения задница, но каждый следующий удар стараешься сделать сильнее, резче, чтобы добиться от нее сладких гортанных криков. Держишь её за горло и иногда усиливаешь хватку, чтобы крики становились более хриплыми. Я крепко сжал её талию, ощущая как пальцы впиваются в мягкое тело, и сделал несколько сильных, быстрых и глубоких толчков, стремясь пересечь желанную финишную черту. Единственный звук, который я издал, кончая, был глубокий шумный вздох носом, при этом член сорвался с цепи и извергал в Таньку порции спермы одну за другой.

— Скотина, сволочь, гад, насильник!!! –спустя пару минут ворчала она, подрагивающими пальцами поправляя форму.

— Еще скажи, что тебе не понравилось, — развалившись в кресле, я успокаивал дыхание. После секса жизнь заиграла новыми красками, и мне уже не хотелось кидаться на все, что движется.

— Не скажу. Но ты был как зверь. Накинулся…

— Прости. Через артефакт лечился, вот крышу и снесло. Не заявись ты, трахнул бы эту училку. Совсем контроль слетел.

— Так это правда? Ну, насчет драки? –уставилась она на меня.

— С чего бы мне врать? Трое перевертышей, третий курс, пустой коридор. Как результат все трое отправились в лазарет. А когда выйдут, им сильно прилетит за такое нападение. Виноваты не в том, что сделали, а что спалились. Ко мне претензий нет — я защищался. Пошел подлечиться, а тут эта… С интересным предложением нагадить светлым. Ну, и дальше ты видела.

— Ясно, что ни хрена не ясно. Послушай меня — я не против таких отношений между нами. Скажу честно, пока тебя не было, попробовала я пару раз с другими — не понравилось. Все не то. Сухо стало, как-то пресно. С тобой иначе, намного чувственней. Не знаю. Может, это потому, что я тебе доверяю как себе, а может, люблю. Гиви, кстати, тоже, но с ним в постель никогда бы не легла — этот болтун не умеет держать язык за зубами. Да и его вспышки ревности мне на хер не нужны. Но… Я все равно настаиваю, чтобы все оставалось по-прежнему в тайне. Секс по дружбе — это круто. Знала бы раньше, давно бы тебя оприходовала. Иногда, когда мне это будет нужно, я буду приходить к тебе…

— Тань, я ж уже говорил — хоть совсем переезжай. Тем более, что для тех, ко живет в общаге, таких ограничений нет.

— Нет. Это создаст ненужные сложности. Я девушка свободная и хочу жить так, как я сама хочу. А переезд к парню — слишком ответственный шаг. К тому же у тебя и так тут скоро будет куча народа.

— Как знаешь. Но предложение остается в силе, на все время моего проживания в академии.

— Это хорошо, — улыбнулась она. — А теперь давай поедим. А то девушку-то оприходовал, а вот накормить забыл.

— Все мое — твое. Налетай.

Дальше мы просто ели, болтали ни о чем, как старые, добрые друзья. А еще я задумался — когда она сказала, что попробовала с другими, меня это чуть царапнуло. Но сразу прошло. Значит ли это, что я ее начинаю ревновать или нет? Или это просто альфа-самец включился? Представил ее с другим — ну так, немного неприятно, но не более. Фух, значит, никакой пылкой любви нет — только секс. Уже легче.

— Все, пора выдвигаться на боевку, -она эротично вытерла губы салфеткой. — Может, сразу переоденемся в форму для полигона? Все равно это занятие сдвоенное и последнее за сегодня.

— Хорошая идея, — кивнул я и, ничуть не стесняясь ее, стал раздеваться.

Она посмотрела на меня и начала делать то же самое. И зря. Увидев ее раздетой, я опять не сдержался. Я был за, она не против, кресло воздержалось, только возмущенно скрипело. Но его мнением никто не интересовался. Поэтому на занятие мы едва не опоздали, задержавшись сильней, чем надо.

— Так, народ, я к светлым пойду, -сказал я Гиви.

Тот уже вовсю пытал Таньку, где мы были так долго. Услышав о драке, он возмущенно засопел, а его глаза налились тьмой — признак крайней злости некромантов. Едва успокоили.

— А зачем? — спросила Настя. Ей форма очень шла, о чем я даже и не подумал ей говорить. А то начнет приставать, а я уже хорошо так скинул напряжение.

— За надом. Хочу посмотреть, чему их там учат. Себя показать, преподавательницу соблазнить. Да мало ли…

— Будут бить, кричи громко и страстно, — стукнула меня кулачком в плечо Танька.

— Ага. Ща всех нагну и все узнаю…

Расступись, весь светлый сброд,

Настежь кабинеты.

Темный молодец идет

Воровать секреты!!!

Ох, люлей — пиздюлей

Получу — если раскроют.

Ох, люлей….

— Стоять, бояться и быстро раздеваться! — раздался голос, от которого у меня даже пальцы на ногах топырем встали. — Кто такой?

— Я серая мышка-норушка!!!

— Почему норушка?

— Люблю нырять во всякие норки, — что-то острое, что упиралось мне со стороны спины в жопу, отодвинулось, и я смог обернуться.

Так — высокая, даже выше меня. Рыжие волосы, затянутые в тугой хвост, какая-то полувоенная форма приятного графитового цвета. Симпатичное лицо, через которое шла едва заметная нитка шрама. Это кто ж ее так, интересно? Но симпатичная, и грудь вся в моем вкусе.

— Представитесь? А то приглашать девушку на свидание и не знать ее имени как-то невоспитанно.

— Ирина Александровна Безстужева. Преподаватель светлой боевой магии. А ты, судя по такой наглости, Раздоров?

— Видар Григорьевич к вашим услугам, — я хотел еще ручку поцеловать, но решил, что пока не стоит. Как бы не приняла это за свадебное предложение. Дама-то, судя по отсутствию супружеского браслета, еще в активном поиске, так что лучше не рисковать. И так она мне чем-то острым в зад тыкала, явно намекая, что наша совместная жизнь будет не сильно радостной.

— Элеонора послала?