Паладин II (СИ) - Вайт Константин - Страница 2

— Понимаю, — согласился я, — кроме внешних врагов, есть и великие княжества, которые вполне могут захотеть независимости.

— Всё так и есть. Так что решение было трудным, но единственно верным на тот момент.

Георгий с недовольным лицом слушал откровения Грищенко, всем своим видом демонстрируя несогласие.

— Я не буду уничтожать алтари! — упрямо произнёс он. — Все ваши умозаключения призрачны и притянуты за уши. Вы пошли по наиболее простому пути ради получения власти. И сейчас продолжаете использовать сослагательное склонение. Была БЫ война, пролилось БЫ много крови… Ищете оправдание?

— Возможно, — не стал с ним спорить Иван, — в то время мы считали, что поступили правильно. Да и по ритуалу не было подробностей. Сколько нужно энергии Аннулета, как часто она требуется? В Империи хватало умирающих алтарей, часть из которых были бесхозны. Ими можно было пожертвовать совершенно безболезненно.

— Сейчас таких не осталось, — сквозь сжатые губы проговорил Григорий.

— Да, тем более, у Империи есть целых два паладина, которые способны починить алтари. Но я не договорил! Секрет ритуала, скорее всего, утерян. Леонид не желал им ни с кем делиться и хранил только в своей голове. Возможно, в особняке имелись какие-то бумаги, но он выгорел дотла…

— Не без вашей помощи? — улыбнулся я. Грищенко произнёс это с намёком, который я, надеюсь, правильно расшифровал.

— Возможно, — улыбнулся тот, — так что моё предложение — принести присягу лично Николаю Алексеевичу — решает все основные проблемы, включая проблемы с совестью одного мага Геникона, — он со значением посмотрел на Георгия.

— Стоп! — не выдержал я такого сманивания моего вассала. — Моему роду нужен целитель. Пятый ранг меня вполне устроит.

— Ах ты, хитрый жук! — рассмеялся Грищенко. — Думаю, этот вопрос можно решить!

— Что скажешь, Георгий? — Я развернулся и вопросительно уставился на своего вассала.

— Получается, Алексея Петровича вы списали? — Тот кинул взгляд на Грищенко, — и по делом ему!

— Этот мир держится на нескончаемом круговороте жизни и смерти, — философски заметил Иван.

— Я согласен! Но в род Шуваловых найдите целителя! — кивнул Георгий.

Вскоре мы доехали до финальной точки и, навьючив на себя рюкзаки, пошли в горы.

— Вон там, вдали, гора под названием «Два брата», а мы поднимаемся к горе Семашхо. Сейчас начало весны, и все реки полноводны, тебе легко будет найти с ними общий язык, — пояснял по пути Иван Грищенко. — Устроим лагерь, и утром я вас покину вместе с Георгием. Мы пойдём другим путём, там нас встретят.

— Хотите избавиться от наблюдателей из ИСБ, — сообразил я, — они же должны быть на вашей стороне?

— Должны быть, — мрачно подтвердил Грищенко, — но в службе хватает людей Шешковского. Не хочу рисковать. Для них проще убрать Георгия, чем допустить его переход под руку Императора.

Спустя пару часов мы наконец остановились. Я рухнул, как подкошенный. Ходить по горам с набитым вещами рюкзаком оказалось для меня не просто.

Давид и Сан Саныч при этом выглядели достаточно бодро и сразу приступили к установке палаток. Я, слегка отдышавшись, присоединился к ним. Хуже всего выглядел Георгий. Он так и лежал на рюкзаке, устало прикрыв глаза, сказывалось отсутствие регулярной физической нагрузки.

Спустя пару часов лагерь был разбит. Палатки установили, а на костре в котелке готовилась еда. Мы с Грищенко спустились к горной реке — он не желал тратить впустую ни минуты времени.

— Опусти руки в поток и попробуй сначала просто ощутить дух этой реки, — Иван стоял на высоком камне, с удовольствием наблюдая за бурной рекой, от шума которой закладывало уши.

Я с опаской подошёл по скользким камням к воде и осмотрелся. Да уж, стоит совершить одно неверное движение, и меня собьёт с ног и унесёт стихия. Выбрав один из больших камней, я забрался на него. Река ударялась в камень, разбрасывая брызги во все стороны. Для большей устойчивости пришлось лечь на живот.

Опустил руки в ледяную воду и потянулся к духу реки. Оказалось, тут даже и тянуться не надо, — вся вода была насыщена стихией. Вроде бы удобно, но, как оказалось, для повелителя стихии это является огромной проблемой. Духу было просто наплевать на меня и мои жалкие попытки с ним познакомиться. Я оказался слишком мелким, как назойливая муха. Он никак не желал услышать меня и обратить хоть какое-то внимание. Когда мои руки окончательно замёрзли, я поднялся на ноги, совершенно разочарованный.

— Он меня даже не замечает! — пожаловался я наставнику, растирая руки.

— А ты как думал! — ухмыльнулся тот. — Ты — мелочь и неумеха. Чем ты можешь его заинтересовать?

— А вы можете? — недовольно поинтересовался я в надежде стереть с лица наставника самодовольную ухмылку.

— Пфф! — Иван поднял руки, и к нему сразу потянулись водяные жгуты. Они были толстыми и длинными. Жгуты переплетались и, играя друг с другом, кружились вокруг Ивана.

— Я тоже так хочу! — Я с завистью глядел на крайне довольного наставника. — Что мне делать?

— Больше желания, больше силы воли! — У Грищенко возбуждённо горели глаза. Он чуть ли не приплясывал на месте от возбуждения. Похоже, этот дух совсем не чета моему подземному. — Насыщай свои руки максимумом магии, так ты для него станешь вкуснее. Стихия любит магию, она заинтересуется тобой, тогда и попытайся найти с ней общий язык!

Воспользовавшись его советом, я стянул всю магию к рукам и опустил их воду. Это помогло! Вода стала окутывать мои руки, как маленькие рыбки — кусочек хлеба, откусывая понемножку. Магию трудно было удерживать, тем более, когда её без перерыва раздирают на мелкие части. При этом я одновременно пытался наладить общение, призывая дух стихии. Но, похоже, меня даже не слышали, принимая просто за бессловесный корм.

— Не получается, — признался я, в очередной раз сходя на берег.

— А ты как думал, — хохотнул наставник, — вот так придёшь и сразу приручишь стихию такого уровня?

— Хорошо было бы, — раздражённо ответил я. Иван меня в данный момент сильно бесил. Слишком он был доволен и уверен в себе.

— Смотри, — Грищенко кивнул головой на небольшую заводь, образовавшуюся за крупными камнями. Там поток был не настолько мощным, — начни работать оттуда. Это проще. Сначала просто посиди, настройся, прислушайся к себе и воде, постарайся уловить её эмоции. Но это уже завтра утром, магии у тебя почти не осталось. Не забывай об этом, а то свалишься и отправишься искать общий язык с рекой до ближайшего водопада! — рассмеялся он и хлопнул меня по плечу.

Тут он был прав: мой источник болел и вот-вот грозил уйти в откат. Слишком уж активно поток тянул из меня магию, как голодный зверь, дорвавшийся до еды, а я увлекся и забыл о контроле.

Поднявшись на берег, мы уселись вокруг костра. Давид раздал всем миски и наложил гречневой каши с мясом. Солнце зашло, и на лагерь опустилась темнота. Река находилась в пятидесяти метрах от нас, и её шум заставлял говорить громко, но вскоре все привыкли к подобному соседству.

— Утром мы с Георгием уходим. Ты завтра целый день тренируйся. Вы страхуйте, чтобы он не словил откат, — Иван посмотрел на Сан Саныча и Давида, а дождавшись от них кивков, продолжил:

— Ещё раз переночуете, и утром продолжи тренировку до обеда. Затем сворачивайте лагерь и езжайте на следующую точку, к озеру. Место помнишь? — Он бросил взгляд на Сан Саныча.

— Всё отмечено, — кивнул тот в ответ.

— Там вас встретят и разместят в домике. Туда я и приеду. Думаю, за два-три дня мы с Георгием уладим все дела. Сейчас сними с него вассальную клятву, — напомнил он.

— Без проблем, — кивнул я, — только ещё бы знать, как это делать? Алтарь не нужен? — решил уточнить я.

— Ты сам — ходячий алтарь! — рассмеялся Иван, кивнув головой на мой браслет. — Просто положи на Георгия руку и пожелай отпустить его из своего рода. Может произнести что-нибудь пафосное, типа: «Живи с честью и не позорь новый род…» Ну, сам придумай!