"Фантастика 2025-125". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - "Пантелей" - Страница 73

— Надеюсь, ты собрал прилипалу на совесть.

— Я все делаю на совесть, — хмыкнул гном, состроив обиженную физиономию.

Торпеда одним неуловимо быстрым движением нырнула между чешуйчатых «рогов» планетарного штурмовика — а, точнее, стволов плазмотронов главного калибра, покрытых очень модной в свое время чешуйчатой броней. Она изрядно повышала стоимость изготовления корабля, ее было тяжело обслуживать и ремонтировать — но считалось, что именно такая структура позволяет перераспределить энергию вражеских залпов на максимально большую площадь. В какой-то мере так оно и было — но эффект оказался куда скромнее, чем изначально рассчитывали. Классическая «скорлупа» обходилась кораблестроителям в разы дешевле, а компенсировать крошечную разницу отлично получалось за счет дополнительной толщины.

Кроме этого, у «чешуек» был еще один недостаток, о котором никто никогда не задумывался — такая броня очень плохо противостояла осколкам и метеоритам. В принципе, на эффективности самого корабля это не сказывалось никак — даже самый слабенький силовой щит отлично ликвидировал подобный космический мусор. Но сейчас именно эта особенность «Опустошителя» должна была сыграть на руку путешественникам.

Прилипала уже приблизилась к планетарному штурмовику настолько, что расстояние до него можно было уже считать «высотой».

— Что это за блоки, там? — гном ткнул в изображение на мониторе, большей частью состоящее из черных и белых пятен — для маскировки прилипала выключила все, что могло выдать ее штурмовику. Приглядевшись, Готардо хмыкнул — Гарин снова непонятно каким образом различил на полуабстрактной картинке ангар для резервной антенны связи. — Может, там?

— Лучше не найдем, — архижрец выстучал на клавиатуре короткую команду, и торпеда мягко села в тени ангара. Титановые лапки осторожно подергали чешуйку, довольно легко отодрав ее от корпуса. — Теперь главное — чтоб сигнализация не сработала.

— По идее, не должна, — подумав, отозвался гном. — Если ты нигде не ошибся, то как раз тут ничего стоять и не должно — или будет слишком часто срабатывать. Хотя бы от помех.

— Логично, — Готардо впился взглядом в экран. Над прилипалой, уже зарывшейся в броню наполовину, висело облако чешуек, постепенно поднимавшихся все выше и выше. — Потому у него и пушки так странно стоят — у орбитальных крепостей зоны эффективного огня — по нормали от поверхности, плюс-минус сорок пять градусов. Если спуститься ниже — то можно безнаказанно расстрелять всю оборону. А если главный калибр крепостей такую махину не остановил, то что говорить об истребителях?

— У нас был такой король Пипин, — хитро улыбнувшись, сообщил гном. — Он тоже так считал. Потому, когда в очередной раз всплыл давний спор о протекторате над какой-то богатой гаванью, он построил несколько плоскодонок, обвешал их пушками, внутрь посадил пехоту. В общем, рассчитал все грамотно — артиллерия разбирается с фортами, а потом корабль скидывает десант — прямо на набережную. Никаких проблем с транспортами или штурмом стен.

— И что?

— В порту тоже была пушка. Даже не пушка, а кулеврина. Стреляла в полдень — эдакий городской аналог кукушки. Как только стало совсем кисло, ее переставили на набережную и начали стрелять брандскугелями, — гном недобро ухмыльнулся. — Спереди-то у этой орясины ничего, кроме дубового трапа, не было — вся броня батареи прикрыла. В общем, горело знатно, да.

— Ты говоришь так, будто видел это сам, — Готардо представил себе пожар на корабле, битком набитом солдатами, и его передернуло.

— Рассказывали, — гном пригладил встопорщенную бороду. — К слову, с тех пор короля Пипина звали исключительно Тушеным.

Экран полыхнул ослепительно-белым — торпеда, прокопав себе путь сквозь чешуйчатую броню, принялась взрезать корпус корабля, пытаясь пробиться внутрь.

— Надеюсь, там нет сигнализации… — повторил архижрец.

Ровно в полночь агент Мардж проснулся. Перед глазами еще стояла последняя сцена странного сна, который неотвязно преследовал радиста всю эту ночь, а ноги уже несли его куда-то по темным коридорам Обители.

Пальцы сами собой отстучали на панели кодового замка веселую сарабанду, и дверь, едва слышно пискнув, открылась. В лицо радисту дохнуло влажным холодом, словно он заглянул в погреб — только тут, в отличие от подземелий, оказалось светло, как в операционной.

— Ну, что стоишь, Сынок? — буркнул плотный короткостриженный мужчина, стоявший с планшетом у решетчатой ограды. — Заходи, не маячь.

Агент пару раз моргнул, давая глазам привыкнуть к свету. Теперь он видел — дверь привела его на ажурный балкончик, прилепленный к стене колоссального ангара. Пол того едва просвечивал сквозь жемчужную дымку, и на миг у Марджа самым позорным образом закружилась голова.

— Пробирает, я знаю, — Отец хмыкнул. — Но ты вниз не смотри. Ты туда смотри, — он ткнул вперед блестящей культей, в которой агент опознал киберпротез для очень тонкой работы. — Туда смотри!

Радист глянул, и у него повторно захватило дух. То, что он принял за другую стену ангара, оказалось бортом гигантского корабля, в два ряда утыканного пушками совершенно невероятного калибра — не меньше метра в диаметре. Стена едва заметно подрагивала, словно титаническое судно висело в воздухе, как пушинка.

— Не сходи с трапа — тут невесомость, — пояснил Отец. — Такая махина любой пол продавит.

— Это что? — к агенту наконец вернулся дар речи.

— Планетарный штурмовик «Опустошитель-03». Слышал, небось?

Мардж судорожно кивнул.

— Но он же… автоматический!

— Уже — не совсем, — Отец, самодовольно ухмыльнувшись, помахал перед лицом радиста киберпротезом. — А ты мне поможешь эту работу закончить. Идем, Предки не любят ждать.

Радист медленно шел вниз, пытаясь попадать ногами точно по светящимся прямоугольникам гравидорожки, но удавалось это далеко не всегда. Мысли путались — он всегда считал «Опустошитель» мифом, который был больше рассчитан на прикрытие совершенно невообразимых растрат — зря, что ли, все свидетельства существования этих сверхдредноутов канули в Лету сразу по окончании войны? А теперь вот выяснилось, что эта штука существует на самом деле… Мардж уже открыл рот, чтоб поинтересоваться, зачем планетарный штурмовик Предкам — но сознание внезапно затопила боль, заставив радиста сдавленно вскрикнуть, изо всех сил уцепившись за поручни. «Лишний вопрос!» — полыхнуло в мозгу, и боль тут же ушла, оставив после себя лишь колотье в ушах.

— Не отставай, Сынок, — донеслось до радиста издалека. Инженер уже успел дойти до узенькой ниточки горизонтального трапа, который исчезал в темноте неаккуратной пробоины как раз у основания антенны связи.

— Иду, Папа.

Профессор допивал уже третью чашку кофе, но все еще не мог успокоиться.

— Это казалось веселой игрой… Мы разбирали сознание человека по кусочкам и собирали из них все, что угодно… Две, три личности в одной голове, ложные воспоминания, неотличимые от настоящих — мы казались себе всемогущими!

— А что потом? — вкрадчиво поинтересовался некромант, вновь наполняя кружку.

— Потом? — Геррен устало подпер щеку рукой. — Потом пришел этот… «грантовед». Даже не знаю, откуда он пронюхал про наши разработки. Предложил официально заявить, что все исследования — большой пшик, а на самом деле продолжить все дело под крышей одной телестудии. За совершенно другие деньги, разумеется.

— Вы, разумеется, согласились?

— Разумеется! — ученый, поморщившись, опрокинул в рот содержимое кружки. — Фу, ну и гадость… Что это за сорт?

— Мой секретный рецепт, — колдун едва заметно улыбнулся. — Это тебя подбодрит, вот увидишь.

— Психостимуляторы? — Амацио состроил недовольную физиономию. — Не люблю химию. Кроме того, она на меня не действует.

— Тогда к чему волноваться? — пожал плечами чародей. — Впрочем, ты продолжай. Значит, вы приняли предложение?

— Да, — Геррен кивнул. — Лаборатории там были — просто конфетка. Впрочем, ты, наверно, видел…