"Фантастика 2025-125". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - "Пантелей" - Страница 132

— Но я устал!!!

Браско равнодушно пожал плечами. Покопавшись в юношеских воспоминаниях, он попытался припомнить, что в таких случаях делал «страшный» прапорщик Дынько, который вел его курс в десантном училище. Монтаж вентиляции было необходимо завершить до заката, а у сержанта не было ни малейшего желания работать за всех.

— Ладно, садись, — Браско кивнул в сторону скамеечки у центрального блока кондиционера — тот весил больше тонны, а летающий кран, как назло, поставили на профилактику. — Остальные, встать!

Ответом сержанту было полное презрения молчание.

— Встать! — мертвую тишину ангара расколол пистолетный выстрел, и на пол посыпались осколки разбитой лампы. — Встать, я сказал!!!

Дайес, спав с лица, шлепнулся на землю. Он не сводил глаз с дымящегося дула пистолета и отчаянно пытался понять, что же делать. В голове крутилась одна-единственная мысль: «Надо написать жалобу. Немедленно».

— Встать! — уже разбитая лампа жалобно звякнула о сводчатый потолок, подброшенная следующим выстрелом. На сей раз встали все — даже Дайес, которого Браско тут же усадил на место.

— Сиди-сиди. А вы — работать.

— Но… — бородатый толстяк растерянно уставился на недоеденный бутерброд в руке, — но что нужно делать?

— Собрать это, — сержант кивнул в сторону штабеля аккуратных жестяных коробов вентиляции у стены. — А потом прикрутить. Или наоборот — мне без разницы.

— Но тут так много!

— Вас — тоже не один, — Браско, откровенно рисуясь, выдул остатки дыма из дула пистолета и, щелкнув предохранителем, вернул его в кобуру. — Вперед — отбой будет только когда закончите.

Десятка Лавархи вышла к ферме поздно вечером. Ночь, как назло, выдалась темная и очень туманная. Гоблины — даже с их потрясающим ночным зрением — с трудом могли различить силуэт соседа.

— Колдовской туман.

— Они ждут нас.

— Это засада!

— Молчать! — Лаварха попытался изобразить грозный командирский рык, но вышло не очень убедительно — у Айотхи это получалось куда лучше. Впрочем, панический шепоток стих, и этого командиру показалось достаточно. — Они ничего не знают. Мы застанем их врасплох.

— Но туман…

— Они не владеют магией. Так сказал командующий, а ему — главный королевский советник.

— Ну, раз советник… — ворчание наконец стихло, и Лаварха наконец смог подумать. Гигантское здание, больше всего похожее на вкопанную в землю бочку, сияло во тьме неправдоподобно яркими огнями. Ни одна лампа не могла дать столь ровного света, и потому командир вполне понимал опасения подчиненных. Впрочем, полковник выразился совершенно определенно — у пришельцев магии не было и быть не могло, так что опасаться было нечего. Вдобавок — Лавархе разрешили грабить, намекнув, что никто не будет проверять его доходы, и потому командир очень не хотел откладывать атаку.

— Значит, так, — корявый палец на миг застыл, выискивая тех, кто пойдет штурмовать базу пришельцев с фронта. — Ты, Раратха и Двитатха — заходите спереди. Тройка Пимурхи — туда, — палец ткнул в небольшое квадратное здание, плоская крыша которого переливалась разноцветными огоньками.

— А ты куда?

— Я лично возглавлю атаку на наиболее угрожаемом участке, — Лаварха дословно воспроизвел фразу полковника, которой тот отделывался от советников короля во время особо тяжелых совещаний. — Вопросов нет — выполнять!

Четверка командира была самой мускулистой во всем взводе. Вдобавок, Пимурха, изрядно задолжавший Раратхе, тоже оценил мудрость командира и отважно встал на его защиту.

— Ты чего жмешься? Боишься ножик кровью испачкать? Шеф дело говорит. Вали уже.

— Выполнять, — буркнул командир, наполовину вытянув короткий меч из ножен. — Намек понятен?

— Более чем, — Двитатха смерил командира злобным взглядом, дав себе зарок непременно отплатить шефу той же монетой. — Более чем.

Высохшая за лето трава оглушительно громко шуршала под ногами, заставляя Лаварху изрядно нервничать. Вокруг странного здания не было даже символического заборчика, и это беспокоило гоблина больше всего. За свою недолгую жизнь он отлично усвоил, что все важные места непременно обносятся соответствующей по крепости оградой, которая, бывает, работает куда лучше охранных заклятий. Пришельцы же — на первый взгляд — проявили невероятную беспечность, и это никак не сочеталось с представлениями Лавархи о грозном и коварном противнике.

— Стоять, — едва слышно прошептал гоблин, останавливая свою четверку. Тройка Раратхи как раз добралась до парадного входа, и командиру отчаянно не хотелось упустить момент, когда строптивого заместителя начнут разносить в клочья.

— А чего ждем? — недоуменно поинтересовался Давадетха — неприлично тупой даже по гоблинским меркам. Впрочем, этот недостаток с лихвой перекрывался невероятной силой и живучестью, что делало гоблина незаменимым в лобовой атаке.

— Тихо! — Раратха исчез на углом здания, и командир вслушался в звон цикад, ожидая чего-нибудь подозрительного. — Ну, заходи же! Ну…

— Да сбег он давно, — буркнул Измурха. Он давно метил на должность Раратхи, надеясь за счет права «первой доли» поправить финансы, безнадежно подорванные игрой в орлянку. — Сбег и дружков своих уволок. А ночью придет и прирежет. Шеф, ты же видел, как он на тебя смотрел!

— Ладно, пошли, — Лаварха разочарованно вздохнул. Даже если троица и не удрала, она наверняка решила подождать атаки командира, действительно обеспечив ему «самый угрожаемый участок».

Ветераны клавиатур безропотно изображали колонны, пытаясь удержать на нужной высоте криво скрученный вентиляционный короб, а сержант, сжалившись, лично прибивал его к стене строительным пистолетом. «Благодаря» отдыхавшему Дайесу добрая четверть аккуратных отверстий для крепежа оказалась безобразно развальцована, и болты оттуда просто вываливались. Единственным способом справиться с этим быстро был игольник — дефективный брат армейского ЭМ-пистолета. Хитроумная начинка внутри разгоняла любые токопроводящие стержни до безумных скоростей, после чего те буквально вплавлялись в стены, обеспечивая весьма надежный крепеж.

Давать такую вещицу в нежные руки бюрократов сержант побоялся — они бы наверняка кого-нибудь пристрелили, просто пытаясь разобраться, как игольник работает. Впрочем, не случись этого, разжалованные научники наверняка бы спалили обмотки разгонного блока. Охлаждение туда ставили «естественное», в отличие от принудительно-жидкостного в армейских моделях. Из-за этого напряжение в момент выстрела там составляло едва ли десятую долю от номинала, и то — инструкция категорически предписывала делать не более пяти выстрелов каждые десять минут.

— Не устали? — Браско, послюнявив палец, опасливо потрогал ребристый кожух ствола. Слюна, против ожидания, даже не попыталась испариться, и сержант решил, что пистолет остыл достаточно. — Тогда продолжим.

Научники с тоской посмотрели на сержанта и с ненавистью — на Дайеса. Тот, соорудив себе лежанку из подручных материалов, с ленивым интересом смотрел на бывших коллег.

— Работайте-работайте, — вальяжно протянул бывший спец по осваиванию бюджета.

— Уймись, — буркнул сержант, ловя в перекрестье прицела очередной кронштейн.

Дверь в конце помещения с грохотом распахнулась, впуская внутрь четверку гоблинов.

— А, попались!

Игольник коротко свистнул, отправляя болт в грудь самого рослого из нападавших. Тот недоуменно всплеснул руками, но, к удивлению Браско, сумел устоять на ногах. Остальные мигом попрятались за ящики, секундой позже осыпав сержанта добрым десятком крохотных стрелок из наручных самострелов.

— Ложись! — у Браско не было никакого желания проверять, какой гадостью на сей раз были смазаны заточенные щепки. К счастью, летали они столь неточно, что опасаться прямого попадания можно было лишь на рукопашной дистанции. — Ложитесь, идиоты!

Гоблины сделали еще один залп, на сей раз зацепив толстяка. Сержант пальнул в ответ, все-таки свалив недоуменно озиравшегося здоровяка, и торопливо перезарядил игольник. Радиатор налился сухим жаром, и в воздухе поплыл запах горелой электроники — судя по всему, жить инструменту осталось недолго.