Последняя песня упавшей звезды (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 49

– Ваше величество, – та всхлипнула и на миг запнулась, растирая по щекам слезы. – Прошу, помогите!

– В чем же? – уточнил Ференц.

– Мой муж воевал с Илондом, – затараторила она, сбиваясь. – Был ранен, остался без ног. Обратился за пенсией, потому что больше не может содержать семью, но в городском управлении ему ответили: «У вас есть супруга, пусть она вас и содержит». Сам он никогда не обратился бы к вам, ваше величество! А я… Мне нечего терять, я пришла. Просто мой супруг сделал все для защиты Лиммера. Неужели Лиммер не может теперь его защитить?

– Даю слово, что разберусь в вашей ситуации, тея, – ответил Ференц. – А пока что вас проводят к моему казначею, и он выдаст вам десять золотых. Лиммер ценит своих солдат и их подвиг.

– О, благодарю! – Та всплеснула руками и снова попыталась рухнуть на пол, но ее удержали. Женщина вышла, продолжая славить Ференца.

– Это последняя? – устало спросил тот.

– Да, ваше величество, – ответил секретарь, сверяясь со списком.

– Пусть мужу этой женщины назначат пенсию, – приказал Фран. – И напомните в городской управе, что эти люди пострадали на войне, защищая Родину, а не где-нибудь в пьяной драке.

Секретарь записал приказ короля, а советники заверили, что все будет исполнено. Тогда Ференц поднялся и пошел прочь. Охрана двинулась за ним до самого кабинета, убедившись, что никто не встанет на пути короля со злыми намерениями. Сам кабинет тоже был проверен, и лишь потом его величество смог заняться государственными делами. Но перед этим Фран подозвал Донтона. Едва за ними закрылись двери кабинета, Ференц спросил:

– Что ты обо всем этом думаешь?

– Смотря, что ты имеешь в виду, – ответил Артур. – Если сам ход аудиенции, ничего необычного. Всегда есть те, которые будут добиваться своего даже по самым мелким вопросам. И те, кому действительно нужна помощь, как той несчастной женщине и ее мужу. Почему так сложно добиться пенсии для пострадавших во время войны, Фран? И почему нет неких регулярных выплат?

– По поводу первого лучше обратиться в столичное управление, – хмыкнул король. – Надеюсь, теперь там наведут шороха. Если не поможет, приглашу к себе на беседу тех, кто за это отвечает. А по поводу второго… Казна истощена войной. Я просто не могу себе этого позволить.

Арт покачал головой. Он понимал, что в словах Ференца есть правда, но нужно ведь найти какой-то выход! И сразу стало бы меньше слухов, грязи, сплетен. Или не стало бы? Во всяком случае, отношение народа изменилось бы.

– В городе болтают, скоро повысятся налоги, – вспомнил он.

– Врут. Пока что врут, – уточнил Фран. – Хотя мои советники давно на этом настаивают, и рано или поздно мне придется с ними согласиться. Но не сейчас, пока Лиммер, можно сказать, держится на плаву, и я вместе с ним.

– Твои советники…

– Пустомели, – хмыкнул король. – Я бы выгнал их в шею, но где найти лучше? Они старые и опытные интриганы, но не понимают, что их век прошел, а новое время требует новых решений. Одним словом, все очень сильно запуталось, и порою мне кажется, что этот узел не разрубить никогда.

– Тем не менее, ты хорошо держишься, – невесело усмехнулся Артур.

– Да уж. Сохраняю хорошую мину при плохой игре. Так это, кажется, называется, – ответил Ференц. – Интересно, почему все думают, что при Александре все изменится? Денег в казне не станет больше, люди не будут меньше болтать. Никаких перемен! Разве что Алекс, как считают окружающие, все-таки позволит снова начать войну и разгромить Илонд. Но где гарантии, что Илонд не разгромит нас?

– Состояние армии…

– Хорошее, – с полуслова понял Фран. – Армия получает все финансирование, какое только возможно. Если ослабить границу, мои дорогие родственники могут не посмотреть на родственные связи и пойти на нас войной. Тем более, у нас с Тильдой нет детей. Брак может быть аннулирован. Подберут для нее мужа поприятнее, и дело с концом.

– Звучит неоптимистично, – признал Донтон.

– Не только звучит, Арт. Но ладно, ступай, занимайся охраной моей ценнейшей особы. А я подпишу несколько указов, а затем… Затем, наверное, прогуляюсь. Прогулка – прекрасное времяпровождение, ты не находишь?

– Не забудь захватить с собой охрану, – напомнил Артур, подозревая, что Ференц может приказать телохранителям остаться во дворце, пока он будет гулять.

– Не забуду, – пообещал тот. – Даже не сомневайся.

Поклонившись, Арт покинул кабинет. Это утро… Даже больше, чем утро – время перевалило за полдень – оставило двоякие впечатления. И большинство из них были не совсем приятными. Франу понадобится приложить много усилий, чтобы ликвидировать последствия войны для Лиммера. Он, конечно, сделает все возможное, но дадут ли? Вот в чем вопрос.

ГЛАВА 28

Еще утром Тильда узнала – Артур вернулся. Она украдкой видела его из окна, когда тот шел на службу, и глупое сердце затрепетало от радости. Он здоров! И снова во дворце, значит, будет возможность увидеться. Да, надо быть осторожной, чтобы никто ничего не доложил Ференцу, иначе Фран может просто избавиться от Артура: уволить или даже отправить в тюрьму, а этого допустить никак нельзя! Поэтому королева собиралась приложить все усилия, чтобы не принести неприятностей Арту, но в то же время безумно хотела его увидеть.

Тильда несколько раз прошлась по комнате из угла в угол, раздумывая, как все организовать. Пойти к нему самой? Конечно, нет. Увидят, поползут пересуды и кривотолки. Тогда что? Назначить ему встречу? Да, назначить встречу!

Среди фрейлин королевы наиболее надежной Тильда считала Оливию Сандерс. Оливия обладала редким для женщины качеством – умением молчать. И сейчас королева надеялась, что именно оно поможет в непростой ситуации. Тильда написала короткую записку: «Жду в сиреневой беседке», а затем приказала фрейлине как можно осторожнее передать ее Артуру. Сама же направилась в парк вместе с девушками, дошла до беседки и приказала фрейлинам прогуляться без нее, пока она отдыхает и наслаждается природой.

Конечно, перечить никто не стал. Тильда спрашивала себя, придет ли Артур. Если придет, то почему медлит? Если нет, почему не отправил Оливию обратно с отрицательным ответом? Тильда подскочила со скамейки, прошлась из угла в угол, снова села и закрыла лицо руками. Как утомительно ждать! Особенно когда не знаешь, дождешься ли.

Но вот на дорожке зашуршал гравий. Кто-то приближался…

– Ваше величество!

Оливия первой шмыгнула в беседку и шепнула королеве:

– Я привела его.

– Благодарю, – так же тихо ответила Тильда. – Обождите снаружи и убедитесь, что нас никто не побеспокоит.

Оливия понятливо кивнула и исчезла, а в беседку шагнул Артур.

– Ваше величество, – поклонился он.

– Какие церемонии, Артур? – Тильда почувствовала, как глаза увлажняются от слез. – Вы были ранены!

– Да, ваше величество. – Взгляд Донтона потеплел. – Но, право же, мое ранение – это не то, о чем вам стоило бы тревожиться. Как видите, я уже здоров.

– Но вас могли убить!

– Могли, – не стал отрицать ее жестокий собеседник. – Однако прохожие пришли мне на помощь, и все обошлось.

– Я так испугалась! – Тильда закрыла лицо руками.

– Не стоило, ваше величество, – ответил Артур. – И назначать мне встречу тоже. Если ваш супруг узнает, он может не так нас понять.

– Моему супругу совершенно безразлична моя жизнь, – отчаянно, почти зло произнесла королева. – Если бы можно было отменить этот брак, я бы сделала для этого все возможное!

– Но почему?

Он и правда не понимает? Право слово, порою мужчины такие тугодумы!

– Потому что несчастна, – проговорила Тильда. – Все время одна в чужой стране. Вы единственный, кто связывает меня с домом, и сама мысль, что вы могли погибнуть, приносит мне невообразимые страдания.

– Но я жив, – напомнил Донтон. – Не стоит так огорчаться, ваше величество. Сейчас в вас говорит тоска по дому и испуг из-за моего ранения.