Порядок подчинения (ЛП) - Браун Дейл - Страница 118

«Полет «Гром один-один», внимание, вы подвергаете опасности свой самолет, следуя в этом направлении», — сказал турецкий диспетчер радара. Ни хрена себе, подумала Ребекка. «Каковы ваши намерения?»

«Гром Один-Один заслуживает уважения», — ответила она.

«Понял, один-один», — сказал диспетчер. Фернесс заметил, что голос авиадиспетчеров звучал гораздо более официально, а их английский был очень хорошим — гражданские диспетчеры, должно быть, были заменены военными диспетчерами в таких важных центрах, как Стамбул. Гражданский диспетчер мог не знать, что «должное внимание» означает, что военный рейс отправляется в неизвестные места — этот диспетчер знал и понял сразу. «Разрешен переход, свяжитесь со мной на этой частоте, когда сможете».

На мгновение Фернесс и Фогельман подумали, что он собирается добавить «Удачи», но он этого не сделал.

«Гром, переходите к активным действиям», — радировал Фернесс. Это был сигнал Нортону и Олдриджу занять дистанцию, указанную при планировании миссии, и перейти на их указанную частоту радиосвязи. «Выключи их и застегнись, Марк», — сказал Фернесс по интерфону. Фогельман начал выключать наружное освещение, переводить опознавательные маяки в режим ожидания, выключать доплеровский радар, радар атаки и другие передатчики, а также пристегивать кислородные маски, надевать перчатки, закатывать рукава и опускать прозрачные забрала на шлемах. Набор Фогельмана 243.0 — международная аварийная частота сверхвысокочастотного диапазона в основной радиостанции и предварительно настроенный защищенный голосовой канал системы АВАКС во вспомогательной радиостанции.

«Гром, это Банджо, добрый вечер», — сказал диспетчер системы АВАКС НАТО E-3B несколько мгновений спустя. «Проверка ограждения, приготовиться. Один-один».

При этом Фогельман ненадолго отключил транспондер четвертого режима, который обеспечивал безопасную идентификацию для диспетчера системы АВАКС, затем снова включил его. «Проверка ограждения завершена, один-один», — ответил Фернесс. Диспетчер повторил процедуру для всех самолетов Thunder. Они не могли этого слышать, но турецкоговорящие и русскоговорящие диспетчеры на том же самолете также проверяли другие самолеты.

«Один-один рейс, нажмите синюю кнопку», — сказал диспетчер. Фогельман переключил радио на вторую заранее заданную частоту, где один диспетчер будет управлять только двумя своими самолетами. На новой частоте диспетчер не проверял их снова; он предположил, что оба самолета перешли на новую частоту: «Рейс «Тандер», у вас «бандиты» в два часа дня, высота восемьдесят миль, на вас нет пары».

«Эсминец расцвечен, как рождественская елка», — доложил Фогельман. «Поисковый радар S-диапазона, директор F-диапазона для ракет «Овод», даже X-диапазон для пушки. Они, должно быть, не разговаривают со своими системами АВАКС или… ах, теперь они отключают радары. Я все еще вижу боковой лепесток радара системы ближнего боя H-диапазона — они готовы к появлению крылатых ракет».

«Гром», дистанция до первой цели тридцать миль».

«Мы находимся далеко внутри ракетного полигона «Ворчун», приближаемся к полигону «Кубок», — сказал Фогельман. Они все еще летели на север, к крейсеру с управляемыми ракетами «Маршал Устинов» и его сопровождающим, все еще на высоте десяти тысяч футов. «В пределах досягаемости «Кубка» по-прежнему никаких признаков F-диапазона. Они сохраняют хладнокровие. Приближаются к полигону Оводов.»

Затем на аварийной частоте они услышали по-английски: «Неопознанный самолет в пятидесяти милях к северу от Стамбула направляется на север, это российский ракетный эсминец «Стойкий». Вы подвергаете себя опасности, приближаясь к нашим судам. Предлагаю вам немедленно отвернуть и держаться на расстоянии пятидесяти километров от наших судов. Предлагаю немедленно следовать курсом ноль-четыре-пять в течение по крайней мере десяти минут. Спасибо. Пожалуйста, ответьте немедленно.»

«Теперь полигон для оводов», — объявил Фогельман.

«Вооружай их, Марк», — сказал Фернесс. Фогельман уже вывел страницу состояния оружия на правый многофункциональный дисплей. На своей панели управления оружием Фогельман переключил статус оружия и переключатель управления в положение ВСЕ и убедился, что все четыре условных обозначения повреждений AGM-88 были выделены на правом MFD, указывая на то, что они включены и готовы. Когда он получил индикаторы ГОТОВНОСТИ от всех четырех ракет, он нажал на кассету с оружием номер три, повернул переключатель выбора оружия в положение номер три и выбрал БОМБУ на переключателе режимов. На панели управления с правой стороны только ракета на пилоне номер три указывала на готовность.

«Проверка всего оружия в порядке, выбрана ракета номер три», — доложил Фогельман.

Почти в то же время они услышали короткий сигнал «Накачка» по защищенному радио. После этого Фернесс отключил питание и начал быстрое снижение. «Гром Один-два» выпустил две приманки TALD, которые должны были лететь прямо вперед и начать медленное снижение, и они также начали электронное противодействие, пытаясь заставить российский самолет с радаром выйти из-под контроля и потерять след «Вампиров». Капсула «Тандер Один-два», которую перевозили, была предназначена для подавления российского самолета системы АВАКС, но не поисковых радаров ВМС — будем надеяться, это заставит корабли включить свои поисковые радары и даст Фернессу и Фогельману шанс уничтожить его.» Талды» не были запрограммированы подлетать ближе, чем на пятнадцать миль к какому-либо кораблю, и потерпели бы крушение в океане где-нибудь далеко позади российского крейсера …

… если бы им разрешили продолжать полет. В этот момент Фогельман крикнул: «SA-N-7 вверх, одиннадцать часов!»

«Один-один, работает «Овод»», — доложил Фернесс по командной рации.

«Овод» все еще на высоте… О'кей, он исчезает, он нацелен на приманки», — доложил Фогельман, активируя радиолокационный высотомер и устанавливая предупреждающий баг на тысячу футов. «У вас пять тысяч до уровня… две тысячи до уровня… приманка отключена тридцать секунд назад… тысяча… пятьсот… следующий уровень». Теперь они летели под углом к головному русскому эсминцу, сохраняя дистанцию около двадцати миль — как раз за пределами радиуса действия смертоносной ракеты SA-N-7 «Овод». «Мой ВРЕД заключается в получении телеметрии, первая будет с пилона номер три. Переходим к «Атаке».»

«Спасибо, Марк». Фернесс настроила свой ISC (интегрированное рулевое управление) на АТАКУ, которая получала информацию о дальности от системы TEREC и передавала информацию о рулевом управлении ближайшей угрозе.

«Ладно, парни, вы будете просто смотреть, как они проходят мимо…».

Внезапно они увидели яркую вспышку света вдалеке, и шлейф двигателя ракеты на мгновение осветил профиль большого военного судна — они были в двадцати милях от них, но оно казалось достаточно близким, чтобы дотронуться. Российский корабль решил больше не выдавать предупреждений — на расстоянии около семнадцати миль эсминец «Стойкий» открыл огонь ракетой класса «земля-воздух» SA-N-7. «Один-один, «Овод» взлетел», — доложил Фернесс по сети АВАКС. Затем, на международной частоте экстренной связи, она передала по радио: «Мэйдэй, Мэйдэй, Мэйдэй, любая радиостанция, «Гром Один-Ноль» подвергается атаке. Повторяю, мы атакованы». Она начала поворот влево, чтобы выровнять рулевые тяги.

«Ракета номер один зафиксирована», — доложил Фогельман.

«Вас понял». По сети системы АВАКС она передала по радио: «Один-один, «магнум»», указывая на пуск ракеты «ХАРМ» по другому дружественному самолету, затем сказала по интерфону: «Старт разрешен. Убей сосунка, Марк.»

Фогельман протянул руку к своей оружейной панели, перевел переключатель запуска с «ВЫКЛ.» на «РУЧНОЙ» и нажал кнопку запуска. Немедленно левое крыло качнулось вверх, затем стабилизировалось, поскольку крайняя левая ракета AGM-88 HARM сбила пилон номер три. Ракета падала в течение нескольких секунд — пока стабилизировалась в скользящем потоке, что дало Фернессу и Фогельману достаточно времени, чтобы закрыть глаза от яркого свечения двигателя ракеты. Казалось, что двигатель ХАРМА взорвался при запуске, и в ночном небе вспыхнул невероятно яркий столб огня. Через несколько секунд большая ракета пролетела со скоростью один Мах, описав небольшую дугу прямо над тем местом, откуда стартовала ракета SA-N-7. Примерно через восемь секунд после запуска, когда «Фернесс» начал постепенный разворот обратно на восток, они увидели яркую вспышку света на горизонте, за которой последовало несколько вспышек поменьше, и то, что, по-видимому, было ракетами, оторвавшимися от земли и упавшими в Черное море.