Пышка из другого мира, или Как у(с)покоить дракона (СИ) - Коротаева Ольга - Страница 37

Девушка желала генералу Дэнверу страдания и гибель, и она добилась своего.

И теперь мне придётся доживать её жизнь. Ощущать её счастье. Принять чужую судьбу…

«Несправедливо!» – завопила изо всех сил.

Но вместо отчаянного крика услышала свой собственный голос:

– Согласна!

И, – о, ужас! – улыбнулась Сату и приняла из его рук букет иккензора. Молодой человек встал радом со мной и повернулся к жрецу.

– Согласен ли ты, – тут же начал тот, – господин Сан Новэрс, принять в свой дом и в своё сердце барышню Эстэшу Лавлейс?

– Я мечтаю об этом, – пылко ответил тот и, взяв мою руку, на миг прижал к своим губам. – Моя милая, любимая Тучка, я буду заботиться о тебе всю жизнь. Прошу, никогда не меняйся и будь такой, какой я полюбил тебя.

Мои губы сами собой расплывались в улыбке, на глаза наворачивались слёзы, но в груди что-то неприятно кололо. Я не понимала, что это. Кажется, какое-то слово мне не понравилось. Или же это обычное волнение новобрачной? Оно уже растаяло.

Мама говорила, что в своё время тоже тряслась от страха перед алтарём, ведь тогда впервые увидела моего отца. Но мне нечего бояться! Я выхожу замуж за человека, которого всегда любила, отдала свою невинность и сердце. Небольшое волнение – это ничего. Главное, что впереди нас ждёт долгая и счастливая жизнь.

В залитом солнечным светом храме установилась тишина, лишь потрескивали огоньки свечей и щебетали птицы, чьи песни доносились через распахнутые окна. Длинные полупрозрачные занавески развевались на сквозняке, открывая вид на умопомрачительную зелень сада.

Вейлин сдержанно кашлянула, этим намёком призывая меня к ответу, и я благодарно улыбнулась доброй тётушке, в поместье которой проводила немало времени. И именно там, вдали от городской суеты и пыли влюбилась в самого потрясающего мужчину.

– Любимый, – пролепетала я, глотая слёзы счастья, – обещаю быть верной супругой, бережливой хозяйкой поместья Новэрсов и хорошей матерью наших детей…

Внезапно горло сжал спазм, и я замолчала. А в мыслях проносилось снова и снова:

«Наших детей. Наших детей. Наших детей».

Жрец, полагая, что клятвы произнесены, приступил к завершающей стадии брачной церемонии. Выступив вперёд, он воздел руки и торжественно произнёс:

– Во славу пресветлой Сельвии я объявляю вас мужем и…

– Г-х-р-р-р! – не имея возможности дышать, прохрипела я.

Колени подогнулись, и я осела на пол.

– Тушка! – испуганно вскрикнул Сат и кинулся мне на помощь, но не сумел поднять. – Что с тобой?

Родители поспешили к нам, и меня подхватили под руки. Я хрипела, и перед глазами уже плясали радужные пятна.

– Пресветлая Сельвия! – воскликнула матушка. – Моя дочь не дышит. Помогите… Помогите!

– В сторону, – раздался суровый голос Вейлин.

Тётушка подскочила ко мне и маникюрными ножницами перерезала тугую шнуровку корсета. Я судорожно втянула воздух в пылающие лёгкие, проклиная себя за упрямство. Желая выглядеть как можно стройнее, сделала только хуже и испортила самый прекрасный день в своей жизни.

– Ой, – пролепетала Вейлин и выронила ножницы. – Я её случайно поранила…

– Кровь! – ахнула Терса, указывая на моё платье.

Я похолодела. О, нет! Испачкать белоснежное платье невесты – это самая дурная примета, какая только может быть.

Глава 53

Сат выпрямился и крикнул срывающимся голосом:

– Целителя! Скорее!

– Вейлин, от тебя одни неприятности, – злобно прошипела матушка. – Как будешь расплачиваться за сорванную свадьбу?

– Эстэша, милая, тебе больно? – всхлипывала тётушка.

– Мне…

Я прислушалась к себе, не понимая, что происходит. С одной стороны, ситуация была хуже некуда, мой самый счастливый день испорчен. С другой стороны, мне хотелось улыбаться, хотя любая другая на моём месте рыдала бы и рвала на себе волосы. Может, всё из-за корсета? Он слишком сильно сдавил мне рёбра, а теперь мне стало…

–…Хорошо.

Живот расправился, и все складочки развернулись, сильно натянув ткань платья.

– Расступитесь, – велел твёрдый голос.

Надо мной склонился суровый мужчина. Седые волосы схвачены в хвост, тёмный костюм без единой вышивки. Даже контрастного канта не было. Человек выглядел, как огромная чёрная клякса. Я догадалась, что это городской целитель. Едва глянув на меня, он сразу заявил:

– Нужны священные прижигания. Кто заплатит?

– Я, – торопливо отозвался отец и суетливо отцепил от пояса кошель. – Сколько нужно?

– Услуги целителя в Гилдиаре такие дорогие, – недовольно проворчала матушка, и из-за неё я не услышала цену прижигания. – Надеюсь, он будет делать это не здесь?

Мне вообще не хотелось никаких прижиганий, но сейчас я могла лишь сипеть, уповая, что головокружение вскоре пройдёт, и я выйду за Сата. Надо лишь встать на ноги!

– Вынесите пострадавшую из храма, – получив деньги, потребовал целитель.

– Да кто же Тушку поднимет-то? – услышала ворчливый голос спутника Вейлин. – Разве что выкатить можно.

Дядюшка всегда был язвителен. А ещё он вполне мог исполнить свою угрозу, и я засипела, махая руками. Но меня спас жрец.

– Окажите помощь невесте в храме, и мы закончим ритуал венчания, – попросил он и поднял взгляд на безмолвную статую. – Да поможет несчастной пресветлая Сельвия!

– Принесите ширму, – распорядился целитель. – Гости, отойдите на несколько шагов, родственники могут остаться. Так-так…

Он снял в шеи кулон с изображением богини и опустился передо мной на одно колено. Захрипев, я попыталась отстраниться, но не смогла. Накатившая после избавления от корсета слабость никак не отступала.

– Хм… – раздвинув окровавленную ткань, нахмурился мужчина. – Только что здесь была ранка, но сейчас я её не вижу. Как такое может быть? Вообще никаких повреждений!

– Чудо… – всхлипнув, пролепетала Вейлин и рухнула на колени перед статуей: – Спасибо, пресветлая Сельвия.

– Богиня исцелила невесту, – громогласно подхватил жрец. – Настоящее чудо!

– Значит, священные прижигания Эстэше не нужны? – тут же подскочил отец и требовательно протянул ладонь: – Прошу, верните деньги.

– Прижигания-то не нужны, – заюлил целитель. Глазки его забегали. – Но я порекомендовал бы священное кровопускание…

– Что?! – воскликнули хором родители.

– Она только что потеряла немного крови, – ахнула тётушка Вейлин. – Разве этого не достаточно?

– Разумеется, не достаточно, – вкрадчиво проговорил целитель. – Посмотрите на девушку! Красное лицо, тяжёлое дыхание. Она даже подняться не в силах! Явный переизбыток тёмной крови. А на платье кровь яркая, её пролитие не облегчит состояние невесты, потому пресветлая Сельвия исцелила её. Поверьте моему опыту!

Нависла тяжёлая тишина, и я замерла, едва дыша. Голова ещё кружилась, подняться на ноги не могла, но верить городскому целителю почему-то не хотелось. Подумалось, что чрезмерная потеря венозной крови может привести к гипотензии.

«Что такое гипотензия?» – удивилась странному слову.

«Давление падает, – мелькнула чужая мысль, от которой стало не по себе. – Это повышает риск шока. За ним следует остановка сердца. Ты умрёшь».

«Нет! – отчаянно встрепенулась я и снова попыталась подняться. – Не хочу умирать! Замуж хочу!»

Пока я общалась с внутренним голосом, от которого по коже бегали мурашки, матушка попросила:

– Сделайте это поскорее. Нужно закончить церемонию, а Эстэша не может встать.

– Положитесь на меня, – обрадовался целитель и вынул из кармана кожаный чехол, развернув который показал мне длинную металлическую полоску. – Барышня, потерпите, пожалуйста.

– Нет! – удалось выдавить мне, но руку полоснуло острой болью, и по коже полилась тёплая кровь. – А-а-а…

– А-а-а! – вторил мне целитель.

Выронив инструмент, он с ужасом смотрел на мою руку, будто там не кровь текла, а огонь вырвался. Мужчина начал отползать, как был – на коленях. А матушка вцепилась в Вейлин и прошептала: