"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ) - Дмитриева Ольга - Страница 99

Тяжесть в голове усилилась. Вест набросил на плечи рубашку и куртку, а затем в его руках появился серый пузырек. Сначала я не поверила своим глазам и подозрительно спросила:

— Что это?

Куратор усмехнулся и откупорил склянку. Тонкая струйка серого дыма вырвалась из горлышка. Вестейн взмахнул рукой, позволяя дыму растечься вокруг нас. Отвод глаз? Но зачем?

В следующий миг он быстро и аккуратно завернул меня в собственный плащ и понес прочь. У него на руках еще больше захотелось спать.

— Так какое будет наказание? — обреченно пробормотала я, устраивая голову на его плече.

— Потом, — бросил Вест. — Тихо, иначе нас обнаружат.

Отвод глаз все еще витал вокруг нас, и я послушно замолчала. Чувство направления меня быстро покинуло. Сначала куратор долго петлял по лесу. Когда мы стали красться задворками общежитий, я вдруг поняла, что мы ничуть не приблизились к домику, а идем совсем не туда!

— Моя комната в другой стороне, — шепотом напомнила я.

Вестейн усмехнулся и также тихо ответил:

— Багрейн караулит на горе, а в лесу Крону помогает Сальверсон. Это род дальних родственников Эллингбоу. Так что туда соваться пока не стоит. Переждем и проберемся в комнату через несколько часов, когда все утихнет.

Несколько мгновений я удивленно хлопала глазами, а затем едва слышно шепнула в ухо куратора:

— А куда ты меня несешь?

Поколебавшись, Вестейн ответил:

— В мою комнату.

Я не нашла слов. Даже сонливость выветрилась от такой мысли. Сначала я испытала восторг. Побывать в жилище куратора мне хотелось. Потом я вдруг сообразила, насколько это рискованный ход и тут же сникла. А он пояснил:

— Сейчас все преподаватели заняты ловлей адептов. И я запасся зельем для отвода глаз в родовом замке.

— Но я все равно не смогла добраться до комнаты сама, и ты должен наказать меня, — тяжело вздохнула я.

— А я официально не участвую в ловле адептов после праздника, — сообщил Вест. — Моих наказаний и так все боятся. Ректор настоятельно просил меня пощадить адептов хотя бы в такой день. Можно сказать, меня вообще здесь нет. Никто еще не знает, что я вернулся. Свейт высадил меня за хребтом, и дальше я шел пешком…

Я искренне удивилась:

— Тогда зачем ты купался? Свейт же не сможет тебя высушить!

Он как-то странно посмотрел на меня и пробормотал:

— Окунуться было хорошей идеей, а главное — своевременной. Отрезвляющей. Тебе очень идет это платье.

От его слов внутри растекалось тепло. Затем я вспомнила порванный подол и с грустью прошептала:

— Только платье я испортила. К весеннему балу придется просить новое у отца. Так не хочется… Наверняка он впридачу пихнет новое письмо от Гольдберга.

Я почувствовала, как тело куратора словно окаменело. Он стиснул зубы и процедил:

— Не придется. Я решу эту проблему.

Какое-то время мы молчали. Только снег хрустел под ногами Веста, и с тихим шипением серый пар вырывался из пузырька. Я продолжала обдумывать полученные сведения, и через несколько минут снова потянулась к уху куратора, чтобы задать еще один вопрос:

— Ты сделал это специально, да? Знал, что все сложится именно так?

— Предполагал, что тебя попытаются подловить, и принял ответные меры, — кивнул он. — Правда, я рассчитывал, что в фантах удача будет к тебе более благосклонна.

— Это не удача, — возразила я, — а происки Иды Эллингбоу.

Пришлось так же тихо поведать куратору о коварстве моей однокурсницы. Его лицо стало холодным и отстраненным, и я поняла, что закрывать глаза на эту выходку Вест не намерен. Когда я замолчала, впереди показался задний двор общежития для преподавателей. Тут я дала ход своим сомнениям:

— Но тебе придется нести меня через все общежитие… Даже с отводом глаз это рискованно. Он не работает так хорошо в замкнутом пространстве.

— Не придется, — спокойно ответил куратор. — У меня есть способ попасть в свою комнату, не привлекая внимания.

Я непонимающе посмотрела на куратора, и он добавил:

— Здесь есть секретный ход, который ведет к двери в мою комнату.

Вокруг нас продолжало кружиться серое облако. Под прикрытием зелья мы подошли к стене. Я так и не поняла, что сделал куратор, но каменная кладка словно растворилась, и он шагнул в узкий темный коридор. Света почти не было, лестница уходила вверх.

— Тайный ход? — удивилась я. — И о нем знаешь только ты?

— Вроде того.

— Но… почему?

— Мой предок основал Академию Стражей Севера, — терпеливо пояснил Вестейн. — Поэтому мне положены кое-какие привилегии. Особая комната и доступ к некоторым тайнам.

— И поэтому источник твоего рода находится здесь, — догадалась я.

— Да, именно так, — кивнул он.

Больше я ничего не спрашивала. По телу начала распространяться слабость, и я снова опустила голову ему на плечо. Вестейн уверенно и быстро поднимался по лестнице. На одном из пролётов мы замерли у стены. По каменной кладке пробегали магические всполохи. Мне показалось, что узор имеет какой-то смысл. Но от меня он ускользал.

Дозы снотворного оказалось не достаточно, чтобы усыпить меня. Но сонливость не отступала, путая мысли.

Наконец куратор едва слышно прошептал какое-то слово, и стена перед нами снова растворилась. Вестейн шагнул в новый коридор. Мы стояли в закутке с одной единственной дверью. Наверное, остальные комнаты оставались за поворотом. Мой куратор и правда жил на отшибе.

Вестейн осторожно поставил меня на ноги у стены рядом с дверью и разжал руки. Это было ошибкой. Ноги подкосились сразу же, и куратору пришлось меня ловить.

Я обвила его руками за шею, отчаянно пытаясь удержаться.

Тут я заметила, что куратор хмурится, и скосила глаза на дверь. Из-под нее вырывалась тусклая полоса света. Сердце ушло в пятки. Вест почувствовал моё напряжение и прошептал:

— Всё хорошо.

А затем он с тяжёлым вздохом постучал в дверь носком сапога.

Она распахнулась сразу же. На пороге появился Йоран. Я ждала очередного потока ругательств. Но страж только выпучил глаза и посторонился, позволяя Весту снова подхватить меня на руки и занести в комнату.

После этого Йоран запер дверь и прошипел:

— Ты в своём уме, Вест? Зачем ты её сюда привёл?!

— Принёс, — невозмутимо поправил его куратор. — Крон и Багрейн пытаются поймать Анну, и я собираюсь оставить их с носом. Подождём, пока утихнет шумиха после праздника.

Тут Йоран все-таки выдал очередную тираду, и его ничуть не смутило моё присутствие.

— Эта юная леди плохо на тебя влияет, — с чувством закончил он.

Вестейн одарил своего друга ледяным взглядом и опустил меня в кресло. Я сбросила сапоги и подтянула к себе непослушные ноги.

Куратор повесил наши плащи на крючок, а я поерзала, устраиваясь поудобнее.

Только в этот момент Йоран заметил, в каком я состоянии.

— Что произошло? — спросил он.

Пока Вест коротко пересказывал ему мои злоключения, я украдкой разглядывала комнату. Она во многом напоминала комнату Крона. Несмотря на то, что куратор говорил о привилегиях, обстановка показалась мне ещё более аскетичной. Артефакты-обогреватели на стенах работали в полсилы. Поленья в камине уютно потрескивали, а ровные голоса двух мужчин действовали на меня умиротворяюще.

Мой взгляд зацепился за кровать под светлым балдахином, и я вдруг невпопад пробормотала:

— Хочу спать.

Вестейн тоже посмотрел на кровать и протянул:

— Ну ты можешь и поспать час-другой, пока Крону не надоест бегать по лесу.

Но Йоран перебил его:

— Ты её потом не добудишься. Пойду к Бакке, попрошу что-нибудь нейтрализующее. А вы двое… Держите себя в руках! Я скоро приду

— За кого ты меня принимаешь? — возмутился Вест.

Но Йоран вместо ответа махнул рукой и степенно удалился.

Мне даже стало немного совестно, и я пробормотала:

— Наверное, он прав. Я плохо на тебя влияю.

— Йоран на самом деле так не думает, — внезапно усмехнулся Вест. — Надеюсь, старик Бакке не спит и найдёт нейтрализатор.