Баба Аня рулит в замке (СИ) - Фарди Кира - Страница 16

Без лестницы.

«Ах так, ну, держитесь!» — возликовала она и, стоя по-прежнему на стуле, начала вращать руками и делать выпады в разные стороны.

Служанки встрепенулись. Видать, редко кому доводилось видеть ведьму в зените славы. А тут Анюта во плоти, вся такая одухотворенная, с искрой в глазах и без малейшего намека на усталость после столь утомительного и нервного дня.

— Госпожа, осторожно! — подбежала к Ане Элия. — Вы упадете!

— Несите лестницу, мать вашу за ногу! Немедленно! — Анюта не собиралась сдаваться. — Петька, паразит! Это ты мне устроил представление? А ну, покажись!

— Анриэль, если упадешь, заработаешь синяк, — напомнил о себе принц.

Теперь его насмешливый голос слышался не с потолка, а из холла за дверью спальни.

— Ах так! — Аня спрыгнула на пол и, схватив стул и выставив его перед собой наподобие тарана, понеслась к двери. — Посторон-и-и-ись!

— А-а-а…

Служанки бросились врассыпную. И, хотя ведьма еще не проявила никак свои способности, она вызывала страх на уровне подкорки. Аня на это и рассчитывала. Она вылетела в холл и успела заметить треугольную спину в расшитом серебром камзоле, которая скрылась в проходе.

Она помчалась туда и опять заметила, как мелькнула серебряная вязь уже на последней ступени лестницы из подвала. Тогда Аня резко затормозила у ее основания: какой смысл гоняться за трусом, не способным посмотреть в глаза своей пленнице.

— Вы решили поиграть в прятки, Ваше Высочество? — закричала она. — Низко и подло! Если так меня боитесь, не нужно было вообще связываться. Отдайте меня жрецам или выдайте наконец замуж и успокойтесь.

— Ваш жених уже в пути, — глухо ответил принц. — Советую вам отдохнуть.

— Мя-у-у-у… — донесся протяжный кошачий призыв.

Анюта присмотрелась и увидела кошку. Та лежала на перилах лестницы, сливаясь с ними окрасом, и делала вид, что суета вокруг её не касается.

— Тесла, за мной! — закричала Анюта и бросилась обратно к себе в спальню.

Она выставила из комнаты всех служанок и охранниц, захлопнула дверь и для пущей надежности придавила ее тяжелым диванчиком. Пока тащила его, взмокла, но не отказалась от своей затеи.

— Госпожа Анриэль, госпожа! — постучала в дверь Элия. — Впустите меня. Я принесла вам ужин.

— Потом. Не хочу сейчас, — ответила Анюты и, уставившись на кошку, прошипела: — Найди мне наконец этот чертов глазок!

«И где?» — поинтересовался голос в голове.

Тесла наклонила голову, зевнула, потом потянулась: разминая косточки и мышцы, словно готовилась к марафону. Аня молчу подняла руку и ткнула пальцев в сучок. Кошка присела, подпрыгнула и, цепляясь когтями на обивку стены, мгновенно взлетела к потолку.

И тут Аня поняла свою ошибку. Какой бы шустрой и ловкой ни была ее Тесла, ходить по потолку спиной вниз она не сможет. Тогда Анюта взялась за стол. Она вытащила его на середину комнаты, сверху водрузила стул, на который забралась сама. Но даже так, балансируя руками и всем телом, она не смогла достать до сучка, хотя сейчас могла его видеть. Ничего необычного в нем не было.

Разочарованная, Аня уже хотела бросить гиблое дело по поиску шпиона, как в дело вступила Тесла. Она вспрыгнула на плечо хозяйки, оттуда залезла на голову.

— Видишь? Попробуй поцарапать сучок. Это глазок или обман зрения?

— Мя-у-у-у, — согласилась кошка и ударила лапкой по сучку.

Что произошло дальше, Анюта не поняла. Спираль внезапно резко вспучилась, словно захотела ударить наглую пленницу. От неожиданности Аня взмахнула руками, потеряла равновесие и с воплем полетела вниз, зажмурившись от страха.

Не упала…

Вернее, упала, но мягко. Чьи-то сильные руки схватили ее и крепко сжали, не позволив свалиться на пол.

— Какая ты неловкая, ведьма Анриэль, — хохотнул мужской голос. — И любопытная…

Анюта дернулась, хотела открыть глаза, но ничего не получилось. Широкая ладонь не позволила ей это сделать.

— Не надо, Анриэль, — прошептал бархатный голос уже совсем близко.

Горячее дыхание опалило ухо и шею. Анюта вздрогнула. Давно забытое чувство сладости, близости молодого мужчины дрожью пробежало по коже. И тело, предав хозяйку, жадно впитывало тепло, истосковавшись по ласке и силе.

Анюта, сама не понимая, что делает, обхватила принца за шею. Это был именно он, она даже не сомневалась в этом. Запах его кожи, терпкий и волнующий, пьянил сильнее вина. Время словно остановилось. Мир сузился до этих нескольких сантиметров, отделявших ее от пропасти – пропасти греха и искушения.

— С-спасибо, Ваше Высочество, — пролепетала она.

— Я поставлю тебя на ноги, Анриэль, — сказал он, и снова мурашки сбились в табуны и побежали по коже. — Только дай слово: ты не откроешь глаза.

Аня кивнула. Она не могла говорить: горло внезапно так пересохло, что казалось, будто там раскинулась пустыня Сахара.

Юль отстранился, а вместе с теплом ушла и частичка ее души. Анюта внезапно ощутила ледяную пустоту там, где только что бушевал пожар. Принц не говорил ни слова, и это молчание резало сердце на мелкие осколки.

Анюту так и подмывало посмотреть на него сквозь ресницы, но она держалась, не желая нарушить данное слово.

Держалась из последних сил и злилась на себя. Баба Аня давно бы и посмотрела, и разобралась с пугливым принцем, и покрыла бы его такой гирляндой ругательств, что у него бы уши в трубочку свернулись. Но она сейчас Анриэль, ведьма и новоиспечённая леди, и поэтому должна была держать лицо.

«Ах, чтоб их всех черти драли, этих леди!» — вскипела про себя баба Аня.

Хотелось плюнуть на все этикеты, на правила и приличия, подскочить к тюфяку-принцу и заорать:

—Ты чего, истукан недоделанный, застыл как памятник самому себе?! Полюбуйся на красоту невиданную. Под-у-у-у-маешь, ногу сломаешь! Мелочь какая, это стоит твоих страданий!

Но нельзя. Аня дышала ровно, считала до десяти, лишь мысленно расправлялась с принцем самыми изуверскими способами.

— И сколько мне так стоять? — наконец не выдержала она.

— Госпожа, вы можете открыть глаза? — тихо сказала дама Сабина.

Анюта встрепенулась, огляделась, но в ее покоях было пусто. Когда Юль ушел, она даже не заметила, настолько тихо он передвигался, будто плыл по воздуху.

А с его уходом в душе разлилась пустота. От обиды хотелось плакать. Утешало только одно: она все же нашла глазок, через который за ней подсматривал принц.

— Элия, принеси мне мёд, — при она служанке.

Да испуганно посмотрела на надзирательницу, дождалась благосклонного кивка и исчезла. Через несколько минут прибежала с горшочком, в котором торчала ложка. Анюта подняла её, полюбовалась золотистым тягучим мёдом, а потом снова полезла на свое сооружение.

— Госпожа, опять! — закричала дама Сабины.

Она бросилась наперерез, пытаясь остановить пленницу, ну так так сердито посмотрела на неё, что дама застыла на месте, будто налетела на каменную стену.

— Не трогайте меня сейчас! Лучше поддержите.

Анюта схватил клочок бумаги, забралась на стол оттуда на стул и приклеила листок на сучок.

Полюбовалась своей работой и спрыгнула на пол. Служанки смотрели на нее с опаской. Откуда-то издалека раздался смех.

— Смейтесь, смейтесь, Ваше Высочество, — ворчала Аня. — Посмотрим еще, кто будет смеяться последним. Со мной ни в юности, ни в старости никто сладить не мог.

Довольная, легла в постель, но спала этой ночью тревожно. Снились какие-то руки, крутившееся возле лица, тени, то наплывавшие, то исчезавшие вдали. Проснулась в холодном поту, сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по сосудам. Каждое биение отдавалось болезненным эхом в висках, заглушая все остальные звуки мира. В груди зияла пустота, которую ничем не заполнить. Комната казалась чужой и враждебной, стены давили, а в углах сгущалась тьма, словно напоминая о ночном кошмаре.

— М-я-я-я-у…

Протяжно зевнула рядом кошка и потянулась.

«Что с тобой, хозяйка?» — зазвенел в голове Анюты вопрос.