Многоликий Янус (СИ) - Малеёнок Светлана - Страница 90

— Ваше Императорское Величество! Да, нам на самом деле необходимо сегодня срочно уехать в имение моего мужа, но в качестве извинения, могу вам пообещать, что как только мы закончим ремонт в доме, пригласим вас на новоселье!

Мысль про новоселье, мне только сейчас пришла в голову, хотя я была не вполне уверена, что в конце восемнадцатого века, уже существовала такая традиция. Но, видимо, с нею я угадала, так как император не показал, ни какого удивления, но возразил:

— Боюсь, дорогая княгиня, это будет слишком не скоро! А я очень нетерпелив и, у меня есть встречное предложение. – Павел первый обернулся и жестким колючим взглядом обвел лица обоих мужчин за своей спиной.

Слава Богу, и отец, и свекор, успели изобразить нейтрально – благодушное выражение глаз, ведь заиметь врага в лице венценосной особы, нам сейчас было бы совершенно не к чему. Тем более, мы еще не слышали, что же именно император хочет предложить в качестве альтернативы.

— Дорогая княгиня, прошу вас перед отъездом, составить мне компанию… за чашечкой чая в саду! – медово улыбнулся Павел первый, но глаза его оставались холодными.

Стоит ли говорить, что не согласиться я не могла. Тем более что просьба составить императору компанию во время чаепития, да на виду у всех желающих, а не в отдельном кабинете, выглядела совершенно невинной.

Извинившись перед Павлом первым, за необходимость ненадолго его покинуть, я пообещала вскоре вернуться и упорхнула в свою комнату, переодеться и собраться с мыслями.

Войдя в холл, я оглянулась, но сестер, словно след простыл! И когда только успели!? Сунув свою корзину с пикника в руки пробегавшей мимо горничной, поспешно поднялась к себе.

Во время моих лихорадочных копаний в безразмерных шкафах Авроры, в тщетных поисках приличного, наиболее закрытого платья, в дверь комнаты тихо постучали. Сердце замерло и пропустило удар. Неужели он решился прийти в мою спальню!?

— Кто там? – голос мой предательски дрогнул.

— Это я! — пискнул знакомый голосок и в приоткрытую дверь, проскользнула Ядвига.

— Аврора, тебе нужна моя помощь?

— Ооо, дорогая! Еще как нужна! Мне необходимо самое закрытое платье, какое только возможно найти в этом бедламе! – я указала на два открытых нараспашку шкафа, полные платьев.

Благодаря Ядвиге, я за пятнадцать минут была полностью экипирована и готова к тяжкому испытанию общения с озабоченной венценосной особой.

В саду, рядом с качелями, к чаю был накрыт небольшой круглый столик. Лакей принес ароматный чай на девяти травах, какой я очень любила, живя в замке и множество крошечных пирожных на один укус. Большое круглое блюдо, служка водрузил прямо посередине стола. Внушительная горка сладостей, возвышалась в виде пирамиды с широким основанием и, невольно создавала у меня чувство некой защищенности, словно являлась барьером между мною и императором.

Не знаю, зачем именно Павлу первому понадобилось устраивать этот цирк, но почему-то я вовсе не хотела узнавать его истинную причину. Поэтому, я невольно оттягивала начало явно неприятного разговора, изображая из себя гостеприимную хозяйку.

— Всемилостивый Государь, — отведайте чудесных пирожных, они буквально тают во рту! – принялась я расхваливать угощение, лихорадочно думая, о чем бы таком нейтральном, завести разговор.

Император кивнул, беря за ручку двумя пальцами, изящную фарфоровую чашку и отхлебывая душистый чай. Его лицо вдруг, стало задумчивым, а взгляд отрешенным. Павел первый, скользя рассеянным взглядом по башне из маленьких пирожных, брал их по очереди, закидывал в рот и запивал одним глотком чая.

Пока высокородный гость пребывал в странной прострации, я, наконец, сумела рассмотреть внешность одной из самых незаурядных личностей российской истории.

Как я заметила, пока мы шли рядом к накрытому к чаю столику, император был не высок, доходя мне, примерно до уха. Хотя, справедливости ради, Аврора сама была довольно высокой девушкой. Телосложение Павел первый имел астеническое, фигурой более напоминая подростка, и несколько сутулился при ходьбе.

Но самым несимпатичным, было лицо монарха. Его коротенький и приплюснутый носик, совсем не добавлял ему величавости и важности. Нижняя губа сильно выпирала вперед, а над нею нависала верхняя, отчего, рот мужчины был похож на утиный клюв. Из-за слишком высокого лба, лицо казалось непропорционально маленьким. Кожа его, имела желтоватый болезненный оттенок, что вкупе с несколько выпуклыми, имеющими небольшой разрез глазами и с их опущенными внешними уголками, создавало… малопривлекательный внешний вид. Да уж, очень надеюсь, что мои мысли, не отразилось на моем лице. Хотя собственно, с момента встречи с императором, я и так старалась держать нейтрально доброжелательное выражение лица.

Неожиданно император вспомнил о моем существовании, устремив на меня проницательный взгляд своих серо-зеленых глаз, и усмехнулся.

— Я вот все пытаюсь понять, княгиня, что же в вас изменилось с той нашей встречи на вашей свадьбе. Ну, — император сделал в воздухе неопределенный жест рукой, — кроме вашей манеры одеваться и делать прически.

Я молчала, ожидая продолжения, император же тоже молчал, и явно ждал от меня ответа.

— Что же может измениться в человеке всего за полтора месяца? – равнодушно пожала я плечами, тут же об этом пожалев, так как взгляд императора ту же прошелся по ним и моему весьма скромному декольте.

— Ну, например, манера одеваться, — явно с каким-то намеком, произнес Павел первый, отправляя в рот, очередное пирожное.

— Прошу прощения, Всемилостивейший Государь, но как вы можете судить, о моей манере одеваться, лишь по одному увиденному на мне платью? И то, свадебному! Оно и должно быть в этот день, самым шикарным! – парировала я, и как мне показалось, весьма удачно.

Улыбающиеся глаза императора мгновенно стали холодны. Он поставил на стол кружку и, обхватив руками свое колено, обличительно посмотрел на меня.

— Сейчас вы одеты…более чем скромно. Но тогда… Я хочу сказать, моя милая, — император говорил медленно, с паузами, словно вколачивал гвозди в крышку…

Мне стало жарко. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, но император это увидел и усмехнулся.

— Целомудренная девица, не будет на свою свадьбу одевать, практически не скрывающее ее прелести, платье! А с вас, Аврора, оно чуть ли не спадало! – глаза императора старательно сверлили во мне дырки.

— Это муж настоял! – попыталась я защититься, упрямо вздернув подбородок.

— Да? – тихо переспросил Павел первый, и этого тихо сказанного короткого слова, я испугалась больше, чем всех ранее выдвинутых странных обвинений. – Можно заставить надеть вещь, но не выражение лица! А оно у вас было, как у куртизанки! – последнее слово он буквально выплюнул.

Я резко встала, мое лицо пылало от негодования, обиды и злости. Сама не знаю, как я сдержалась, чтобы не влепить нахалу пощечину и не наговорить грубостей. Чувство самосохранения, буквально вопило, словно пожарная сирена.

— Ваше Императорское Величество! При всем моем к вам уважении, даже вам не дозволено говорить такие вещи, замужней женщине! — мой тон был холоден, словно лед.

— Сядьте! – тихо, но так, что не возможно было не подчиниться, произнес Павел первый. – Аврора, я предлагаю вам отдельный дом в столице, штат слуг, любые наряды и драгоценности, только… будьте моею!

Мне стало так страшно, как никогда раньше. Руки и ноги, вмиг стали, словно ледышки, а мысли заполошно заметались у меня в голове. Я понимала, что если резко и гордо откажусь, то такого отказа, император мне не простит. Если скажу, что люблю своего мужа, то самое безобидное, что он сделает, чтобы избавиться от Оливера, отправит его в армию, лет эдак, на двадцать пять. Если скажу, что мне нужно подумать, опять же меня не оставят в покое и я получу лишь небольшую отсрочку, не более. Даже мелькнувшую мысль прикинуться беременной, я отмела. Так как даже в этом случае я представила не менее трех вариантов развития событий: травка в питье для выкидыша, убийство новорожденного, что малыша отдадут его отцу и даже вариант, что его отдадут цыганам на воспитание! Хотя, что это я!? Я же не беременна! Во всяком случае, выхода я не видела. Хотя…