Многоликий Янус (СИ) - Малеёнок Светлана - Страница 71

— Ну, как же? Я же ваш кузнец, Степан!

— Ах да! Травница, Матрена говорила, что позовет вас.

— Вас!? – мужчина ошарашено уставился на меня, а я с опозданием поняла свою ошибку! В это время на «вы», принято было обращаться только к аристократам, поэтому я, поспешно поправилась:

— Ну, да! Я так поняла, что одному человеку не поднять шкаф. Думала, она еще кого в помощь, позовет.

Мужчина заметно расслабился, но продолжал буравить меня взглядом, в котором много чего было намешано. Там было и восхищение, и настороженность, и, почему-то, страх.

— Ну, проходи! Вот шкаф, а вот ножка от него. – Указала я на фронт работ и отошла в сторону. – Кстати, а разве плотника у вас нет? Кузнец же должен металлом заниматься.

— Есть плотник! И не один, — ответил Степан, принимаясь за работу. – Только он с подмастерьями сейчас на заготовке дров. Поэтому, если что срочное, то я за него, — усмехнулся мужчина и сразу, его лицо приняло настороженное выражение, словно он чего-то опасался.

— Спасибо! – поблагодарила я его и улыбнулась.

Кузнец громко сглотнул, посмотрел на меня и, задержав взгляд на рассыпавшихся по плечам, волосам, произнес:

— Вы, Хозяйка, обращайтесь, ежели, что нужно будет! – на его грубоватом лице, мелькнула смущенная улыбка.

— Да у тебя и так, своих дел много! – махнула я рукой. – Но, когда плотник закончит дрова заготавливать, ты уж, пожалуйста, пришли его ко мне! Мебель не помешало бы отремонтировать.

— Да, обязательно, пришлю! – пообещал кузнец, задумчиво глядя на меня. Затем, поклонившись, направился к двери.

— Стой! – успела я окликнуть его.

Мужчина резко повернулся. В его горящих глазах я увидела, робкую надежду и мне стало не по себе.

— Позови кого-нибудь, шкаф на ножки поставить, — попросила я, отводя глаза. Не знаю, почему, но мне вдруг стало ужасно неловко.

— Конечно, Хозяйка, — ответил мужчина, и взгляд его стал грустным и каким-то неприкаянным, через секунду, дверь за ним закрылась.

— Черт! – В сердцах выругалась я и снова посмотрелась в зеркало. — У нее даже красота проклятая! Лишь людей смущать! – Но тут я, ничего не могла поделать, только если одеваться попроще, не применять косметику и обойтись без причесок. Быть, как можно скромнее и незаметней.

Я вдруг почувствовала, что очень хочу есть. Звать на завтрак, видимо, меня никто не собирался, поэтому я быстро заплела косу и пошла, искать кухню.

Незнакомый дом, встретил меня скрипом половиц и общим запустением. Хотя, судя по тканым обоям на всех стенах, раньше семья князя, была очень зажиточной. Князь! Оливер Райли! Как я могла забыть!? Ведь я теперь, получается, его жена! Как мне себя с ним вести? В голове немедленно зароилась куча вопросов. Так, стоп! Буду решать проблемы по мере их поступления! Для начала, мне нужно поесть, а потом уж буду думать.

Кухню я нашла уже проверенным безотказным способом, а именно, по запаху! В небольшом, по сравнению с замковой кухней, помещении, увлеченно трудилась местная повариха. Не смотря на шаговую доступность продуктов, она вовсе не выглядела откормленной пухляшкой, а скорее, наоборот, это была маленькая хрупкая и довольно жилистая женщина. Что было понятно, стоило взглянуть, как она работает! В настоящий момент, она с похвальным старанием, замешивала в большой кастрюле, тесто, буквально, ныряя в нее с головой.

— Бог в помощь! – сказала я, проходя внутрь.

Повариха ойкнула и вскинулась. Выпрямившись, она тыльной стороной ладони убрала с потного лба, прядку волос и, уперев в боки перепачканные тестом руки, с издевкой произнесла:

— Проспали вы завтрак, хозяйка! Теперь, ждите обеда! Ну, или сами себе что-нибудь приготовьте! – последняя фраза женщины, так и сочилась ядом. Усмехнувшись, она вернулась к прерванному занятию.

Я огляделась. Кухня, как кухня, только кастрюли и сковороды были, куда меньше, чем в замке. На стенах висели деревянные шкафчики, очень похожие на навесные шкафы моего времени, судя по всему, там была и посуда и крупы. Подойдя к стене, я протянула руку и открыла один из них, там стояли стопки тарелок и ровные ряды кружек. Открыла второй шкаф, там было то же самое, в третьем, в глиняных кувшинах, топорщились, ложки, вилки и ножи. Стоп! А где же продукты?

Похоже, я это произнесла вслух, так как сзади услышала:

— Неужто и впрямь собралась сама готовить?

Я обернулась на скептически глядевшую, на меня женщину, и ответила:

— Ну, до обеда уж точно ждать не буду. Так, где у вас продукты хранятся?

Через несколько минут, разбив в глубокую миску четыре яйца, добавила молоко и соль. Затем, взяла странное приспособление, нечто среднее, между нашим венчиком и вилкой, и, усевшись на лавку, принялась взбивать. Причем, я чувствовала на себе внимательный взгляд поварихи, но решила делать вид, будто не замечаю этого. И так было понятно, что в имении князя Райли, все терпеть не могут Аврору, и повариха не была исключением.

Отставив миску в сторону, я положила на предварительно поставленную мною на печь сковороду, кусочек топленого масла. Как только оно зашкворчало, аккуратно вылила в нее яично-молочную смесь, накрыла крышкой и с помощью ухвата, поставив посудину в печь. В ожидании позднего завтрака, я снова уселась на лавку.

Минут через десять — пятнадцать, по кухне поплыл восхитительный аромат омлета! Подождав еще несколько минут, достала сковороду, и, с помощью деревянной лопаточки и полотенца, аккуратно приподняла крышку. Взору открылся высокий румяный омлет с золотистой хрустящей корочкой. Вот что значит, русская печь! В моем времени, да на плите, такого никогда бы не получилось. Я аккуратно разрезала омлет на шесть треугольных кусочков, и разложила на две тарелки. Отрезав хлеба, я обернулась и пригласила повариху присоединиться ко мне.

По виду женщины я видела, что ее просто распирает любопытство, что же я там такого приготовила. Ведь восхитительный аромат омлета, буквально сбивал с ног! В хорошем смысле.

— Спасибо, но я уже завтракала! – важно ответила повариха.

Я украдкой улыбнулась, и сказала:

— Все же, попробуй, пожалуйста! Мне кажется, соли не хватает.

Бедная женщина, чуть кастрюлю на пол не опрокинула, услышав от меня это «пожалуйста». Но, придя в себя, ответила, нарочито ровным голосом:

— Хорошо, попробую.

Затем, не торопясь помыла руки, вытерла их полотенцем и важно подошла к столу. Присев на краешек лавки, она взяла вилку, и, словно нехотя, отломила кусочек и положила в рот. Первые секунды, повариха жевала омлет, словно корова траву на лугу, медленно и равнодушно.

Но затем, движение ее челюстей ускорилось, а в глазах загорелись заинтересованные огоньки. После этого, вилка в руках женщины, замелькала с утроенной скоростью. Причем, глаза были блаженно прикрыты. Я улыбнулась, один ноль в мою пользу!

Свою порцию омлета, повариха съела до крошки, а потом, подняв на меня подобревшие глаза, спросила:

— Почему ты сегодня не такая как всегда? Тут, Прасковья и Матрена, бают, что жену князя подменили. Но я не верю в эти колдовские штучки. Скажи, почему ты полтора месяца вела себя как ведьма, а сегодня и выглядишь и ведешь себя, совсем по-другому. А то, что ты сейчас не притворяешься, я по глазам вижу. Да и готовишь ты так, словно всегда этим занималась, уверенно и очень вкусно! – повариха уставилась на меня в ожидании ответа.

А я, если честно, растерялась, так как пока не была готова к подобному разговору. В моей голове, был полный сумбур! Как раз, после завтрака я хотела сесть и спокойно все обдумать и решить как мне себя вести с челядью и с князем. Подумав про мужчину, я почувствовала, как лицу стало жарко. Но тут я вспомнила, что женщина ждет ответа. Эх, была, ни была! Чем невероятнее будет причина моего внутреннего преображения, тем скорее в нее поверят.

— В замке отца, живет моя сводная, незаконнорожденная сестра. Так вот она мне всегда завидовала. Ну, а когда, такой красавец-мужчина, да еще князь, попросил моей руки, так она словно с ума сошла! Грозилась пойти к ведьме и наслать на меня проклятье, чтобы все меня ненавидели, а ее любили. Похоже, что ей это удалось, — грустно улыбнулась я, вскользь бросив взгляд на повариху. Я хотела проверить, поверила она мне или нет. Похоже, поверила. Женщина сидела, прижав, руки ко рту и горестно раскачивалась, глядя на меня с сочувствием. Мне стало стыдно. Очень не хотелось обманывать хороших людей, но, с другой стороны, что мне еще оставалось? Не могла же я рассказать ей правду? Тогда уж точно меня бы признали ведьмой! И, разыгрывать из себя эту мегеру, Аврору, я тоже не собиралась. Пусть потом, когда снова займет свое место, сама разбирается!