Многоликий Янус (СИ) - Малеёнок Светлана - Страница 61

— Оооо, фройлян! Sie sind unvergleichlich! (Вы бесподобны!)

Незаметно подкравшийся сбоку, распорядитель праздников, принялся рассыпаться перед Гарнией, мелким бесом. Одновременно, пытаясь подхватить ее под локоток.

Экономка невольно бросила взгляд в сторону дворецкого. Бледность его лица, сменилась свекольным цветом, а глаза, буквально метали громы и молнии. Можно было представить, чего ему стоило оставаться на месте, а не броситься на дерзкого противника.

Я ехидненько захихикала. Как бы то ни было, но Виктор попался! Я очень надеялась, что он не настолько глуп, чтобы упустить такую женщину, какой стала Гарния.

— Ты видишь? – обратилась я к ней. – Видишь, как Виктор на тебя смотрит, и что готов броситься на этого нахального, Herra.

— Вижу. – Мысленно ответа мне экономка. – Он никогда так на меня не смотрел!

— Ну, и как, ощущение? – сдерживая в душе, ликование, поинтересовалась я.

— Ох! Словно бабочки в животе порхают!

— Хочешь, чтобы все время порхали, всегда так одевайся! Будешь к себе с любовью относиться, и другие будут!

Гарния не успела мне ответить. Невесть когда, появившийся у венчальной арки, оркестр, грянул бравурную музыку и гости поспешили занять свои места. Дамы томно обмахиваясь пышными веерами, украдкой разглядывали наряды, друг у друга. На Гарнию тоже бросали заинтересованные взгляды, явно сбитые с толку ее платьем и гордым, независимым видом.

Я, заметив это, посоветовала женщине отойти подальше, чтобы раньше времени, не привлекать к себе лишнего внимания.

Она попятилась назад, в сторону ажурной скамейки, скрытой за кустом сирени. Но, вдруг, резко остановилась, словно наткнулась на неожиданное препятствие. Женщина развернулась, и ее глаза встретились с горящим взором дворецкого. Мужчина схватил Гарнию за плечи, и быстро увлек ее в те самые кусты. Не успела я опомниться, как на меня надвинулось лицо Виктора, а глаза-окна закрылись. Я оказалась в полной темноте, понимая, что он целует женщину. А еще, что и здесь моя работа подходит к концу. А значит, мне скоро уходить. Жаль, было даже интересно и весело. А еще, подумалось, что ждет меня дальше?

Но представить свое невеселое будущее, я не успела. Послышались приветственные возгласы, охи да вздохи. Гарния открыла глаза, и что-то прошептав дворецкому, упорхнула от него.

Мы оказались справа от рассевшихся на скамейках, гостей. Гарния обошла журчащий фонтан, чаша которого, была выполнена в виде каменного цветка и присела на скамейку, стоящую за ним. Таким образом, она стала не заметной для гостей, но сама прекрасно видела стоявшего у венчальной арки, князя Оливера Райли. Мое сердце защемило от тоски. Я забыла, о чем только что хотела сказать экономке, полностью сосредоточившись на статном красавце брюнете.

Князь стоял в лучах заходящего солнца, которое золотило его иссиня черные волосы. Мужчина был одет в приталенный, также черный, вышитый серебром камзол без рукавов и такие же черные штаны-кюлоты до колен. Под камзолом была белоснежная шелковая рубашка с длинными манжетами. Яркий, контрастный, черный с белым наряд, придавал князю поистине неотразимый вид! Или, я просто была не объективна? Возможно. Но, теперь, это не имело, никакого значения. Тем более, совершенно не было времени на какой-либо анализ моих чувств к нему. Сейчас он женится и уедет с молодой женой в свое родовое имение. Додумать о том, что будет со мной дальше, не получилось, так как музыка заиграла по-иному и в самом начале аллеи из цветов, появилась красавица – невеста, ведомая под руку своим отцом.

Восхищенный вздох прошелестел по рядам приглашенных гостей. Мужчины, привстали со своих мест, приветствуя новобрачную. А я лишь грустно подумала, что окажись здесь в своем настоящем обличии, и пусть даже в таком же шикарном свадебном платье, князь на меня даже не взглянул бы.

Я внимательно посмотрела на приближающуюся к жениху, невесту. У меня просто не хватало слов, чтобы описать, насколько Аврора была красива! На ней было неописуемо прекрасное, воздушное, и мерцающее как у сказочной феи, платье, крой которого, полностью оголял ее мраморные плечи, за которыми, возвышался стоячий кружевной воротник.

Сзади платья, шел длинный шлейф, который несли маленькие, наряженные ангелочками с крылышками, девочки. Неизменная, высокая прическа из пламенеющих рыжих, волос, украшенная маленькими сверкающими драгоценными камнями и два, завитых спиралькой, локона, обрамляющих скульптурно идеальное лицо, завершали нежный и невинный образ девушки.

Я готова была поклясться, что на нем не было ни грамма косметики! Потому, что я видела ее во время болезни, спящую в кровати, даже тогда она выглядела, как спящая царевна. Сейчас, на ее гордом и спокойном лице «Снежной королевы», розовел нежный румянец на высоких скулах, и сверкали огромные, ярко зеленые глаза, опушенные длинными и густыми ресницами.

По ней нельзя было сказать, что это счастливая невеста. В лице девушки не проскальзывало ни смущения, ни волнения. Я перевела взгляд на Оливера Райли. Он пристально смотрел на приближающуюся к нему невесту, но его взгляд выражал что угодно, кроме любви, нежности и нетерпения. Брови мужчины нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Не знаю, заметил ли это еще кто-то кроме меня. Но лично мне, было очень странно смотреть на эту красивую пару и ощущать, что между ними не узы любви, а словно невидимые натянутые стальные канаты, которыми их насильно притягивают друг к другу.

А дальше, отец передал руку дочери жениху и священник начал обряд венчания. Для меня он прошел, словно в тумане. Я с грустью подумала, что князь даже никогда обо мне и не узнает, о невидимой и неосязаемой тени, в чьей-то голове.

Очнулась я на словах священнослужителя:

— А теперь жених, может поцеловать свою невесту!

Но на это, я уж точно не хотела смотреть, поэтому отвернулась и посмотрела в сторону ворот. В это же мгновение, послышался дробный топот копыт и во двор въехал всадник на вороном скакуне. Поднявшись на дыбы, конь громко заржал, словно призывая к вниманию. Конечно же, после такого, концовка венчания, получилась смазанной. Все гости, да и сами новобрачные, повернулись в сторону нарушителя спокойствия. А тот, осадив коня, прокричал:

— Император и Самодержец Всероссийский Павел первый!

По двору пронесся испуганный вздох. Никто не знал, чего ожидать от неожиданного визита Императора.

За воротами послышался дробный топот множества копыт, и вслед за первым всадником, во двор, въехала еще пара десятков приближенных Павла первого. Все, как один, были в белых завитых париках. Всадники расступились по обе стороны, и между ними показался сам Император Павел первый, собственной персоной. Самодержец гарцевал на красивом белоснежном скакуне. Граф Ларион Саян, лично, взял коня Императора под уздцы и помог Павлу первому спешиться. Затем, уважительным поклоном поприветствовал своего государя и что-то ему сказал. Тот покровительственно улыбнулся и, похлопав старого графа по плечу, сделал жест, в сторону молодоженов.

Государь, сопровождаемый хозяином замка, приблизился к новобрачным.

Среднего роста, но военной выправки молодой мужчина, озорным взглядом окинул новобрачных и произнес:

— Немного не успел! Ну, что ж, поздравляю вас с законным браком!

Едва скользнув взглядом по князю, Император остановил его на молодой жене.

— А молва правдива, граф. Я давно был наслышан о красоте вашей дочери! Вот, проезжал мимо. Дай, думаю, заеду, познакомлюсь. Хотел предложить вашей очаровательной дочери, должность фрейлины при супруге моей, Марии Федоровне. Да вот, опоздал!

Император скользнул взглядом снизу вверх, по фигуре Авроры, задержав его на лице девушки.

Не смотря на довольно гротескную внешность мужчины, Аврора широко ему улыбнулась, и, присела в глубоком реверансе, задержавшись в нем куда дольше необходимого. Тем самым, дав возможность взору монарха надолго занырнуть в свое декольте.

Мне издалека было видно не очень хорошо, поэтому, я рассмотрела Императора лишь в общих чертах. У него было треугольной формы лицо, с довольно широким лбом и высокой линией роста волос, отчего, он казался слишком выпуклым. Большие, чуть навыкате глаза, с опущенными внешними уголками, придавали его облику несколько неуверенное и виноватое выражение.