Многоликий Янус (СИ) - Малеёнок Светлана - Страница 138

Те же, что оказывались с внешними механическими повреждениями, с трещинами или просто неровные, ссыпались отдельно. И отдельно от них, складывались подгнившие клубни.

Надо сказать, что не идеального картофеля из сорока мешков, оказалось, всего три с половиной, что очень и очень не плохой процент!

По окончании работ, я выделила женщинам понемногу моего чудесного овоща, чтобы они могли порадовать свои семьи. Поинтересовавшись, какое блюдо им больше понравилось, озадачилась, так как мнения разделились примерно одинаково, между всеми, приготовленными мною, блюдами. Подумав, я решила для начала, показать им, как готовить пюре и жареную картошку, что и проделала на княжеской кухне, использовав для этого, немного подгнившие клубни, которые я аккуратно обрезала.

Двадцатого декабря, я вспомнила, что скоро Новый год! Почему-то, очень захотелось праздника. Я так устала от всей этой неопределенности, преследующей меня уже более полугода! А еще и тревога за Оливера не давала мне покоя. Мой свекор, почему-то стал реже присылать письма, и они становились короче и, как будто, суше. Ни он, ни Оливер в своих записках, больше не называли ни себя, ни меня по имени. И, я поняла, что что-то назревает. Или, они почувствовали слежку и стараются себя не выдать. В любом случае, я переняла их манеру письма, подписываясь внизу, просто большой буквой «Я». При этом я испытывала сильное волнение, понимая, что если Оливер догадывается, кто я такая на самом деле, то эту подпись можно трактовать двояко.

Итак, я начала подготовку к празднику! Во-первых, мне хотелось порадовать своего отца и сестер, а еще, этих замечательных людей, с которыми я за последние месяцы по-настоящему подружилась, да и просто крестьян и их детишек из окрестных сел.

Сам праздник, я решила провести на земле своего отца, чтобы ему и находящейся глубоко в положении, Ядвиге, не пришлось далеко ехать в таком состоянии. Тем более что ухабистая и прихваченная морозом дорога, могла быть опасна для беременной сестры.

Да и они, скорее всего, сами бы не решились поехать на праздник в соседнее имение. Отец уже потихоньку ходил сам, и даже научился держать ложку, но был слишком слаб для дальних переездов.

Неподалеку от замка, в пределах видимости из его окон, я выбрала чудесную большую поляну, в яблоневом саду. Сейчас деревья стояли мрачные, лишь припорошенные снегом, но после того, как их веточки были украшены цветными лентами, сад буквально ожил.

В середину поляны установили большую ель, которую, все желающие, принялись с энтузиазмом, наряжать. Мы с сестрами, из выделенных отцом черновиков дефицитной бумаги, вырезали снежинки и гирлянды в виде флажков, которыми украсили ветви яблонь по периметру поляны и саму елку.

За несколько дней, на елке, буквально не осталось живого места от различных, сделанных вручную, игрушек. По большей части, это были вырезанные из дерева лошадки, свистульки, куколки…

Местный мастер по дереву, специально наделал их, чтобы порадовать детвору, и сказал мне, что ребятишки могут забирать их себе бесплатно, в качестве новогоднего подарка, чем растрогал меня до слез.

Такая забота о детях, и мне подкинула одну идею! Конечно, в это время сахар довольно дорог, да и продается бурыми кусками, но мы с сестрами решили, что праздник должен быть действительно праздником, хотя бы раз в году!

Поэтому, изрядно проредив запасы сахара в замковой кладовой, мы растворили его в воде и проварили в большущей сковороде, до появления темно янтарного цвета и прозрачных, медленно лопающихся, пузырей. Отлили из карамельной массы кружочки, сердечки, да и вообще, что кому, что на ум пришло, аккуратно погрузили в застывающие конфеты, концы изогнутых в виде дуги, нитей, таким образом, приделав к ним, петли.

Когда леденцы застыли, мы, веселясь, словно дети, побежали к наряженной елке и добавили на нее украшения, в виде елочно-карамельных игрушек, а также, развесили леденцы на ветви, окружающих поляну заснеженных яблонь.

Пока мы занимались изготовлением конфет и украшением места для праздника, обе поварихи наших имений, с добровольными помощницами селянками и поварятами, готовили новогоднее угощение для всех гостей!

Праздник обещал быть грандиозным! Ведь на него мы пригласили не только крестьян земли графа Саян, но и князя Райли.

Самому князю я тоже отправила письмо, с настоятельным пожеланием, видеть его у нас на новогоднем празднике. Хотя, была практически уверена, что он не приедет. И не потому, что не сможет, но, какое веселье ему будет, если он знает, в каком ужасном месте находится его сын.

К вечеру, к нашей поляне, стали подтягиваться гости. Они приходили пешком целыми семьями, приезжали на санях и телегах! По периметру поляны, горели костры, отбрасывая от деревьев на снег, таинственные сказочные тени.

Посередине поляны, возвышалась нарядно украшенная елка, которую, практически сразу окружила глазастая детвора, быстро заприметив на ней конфеты и игрушки, и зачарованно разглядывала эти небывалые для них, сокровища. Когда же я сказала, что они могут взять с елки все, что им захочется, поляну огласил радостный детский визг. Мы с сестрами довольно переглянулись, без слов соглашаясь друг с другом, что главная часть праздника, явно удалась!

На поляне заиграла музыка. Все, кто мог держать в руках, хоть какой-то музыкальный инструмент и сносно играть на нем, приняли участие в развлекательной программе. Они играли по очереди, сменяя друг друга и грея у костра руки, а то и согреваясь стаканчиком ароматного, яблочного с корицей и медом, глинтвейна.

Столы, расставленные по периметру поляны, между кострами, буквально ломились от угощения! Но общепризнанным хитом, ожидаемо оказались блюда из картошки. Для удобства, чтобы можно было есть на ходу и без тарелок, мы в основном наделали картофельных пирожков с различными начинками. Были пирожки с капустой, грибами, мясом, даже с яблочным вареньем! Необычное сочетание вкусов, оказалось очень даже приятным!

И, если, для взрослых согревающим напитком служил глинтвейн, то для детей мы сварили компот из сухофруктов, добавив в него для сладости и пользы, меда.

Я большую часть времени провела с отцом и сестрами, угощаясь различными вкусностями и наблюдая за веселящимися людьми. Когда неожиданно приехал Винсент Райли, сердце невольно вздрогнуло и гулко забилось где-то в районе горла. Казалось, что сейчас, вслед за ним, из темноты выйдет Оливер. Но, увы, чуда не произошло, а я едва сдержала слезы.

Поздравив нас с сестрами, с праздником, свекор подсел к отцу, который, словно император восседал на застеленном меховой накидкой кресле, в шубе, и укрытый также этой накидкой.

Мужчины, наклонившись, друг к другу головами, и о чем-то увлеченно беседовали. Из-за праздничного шума, их, конечно же, не было слышно, но по вдруг, радостно заблестевшим глазам моего отца, и брошенному на меня взгляду, мне показалось, что свекор сообщил отцу какую-то хорошую новость. Возможно, князь считал, что еще рано меня обнадеживать, но я все же немного воспряла духом, и даже пару раз вытащила Гарнию, в круг, потанцевать.

Ядвига же осталась на попечении своего мужа, Вильяма. Тот, буквально пылинки сдувал, со своей беременной жены, оберегая ее, и исполняя любую ее просьбу. Очевидно, что моя младшая сестричка, счастлива, чему я была очень рада!

Виктор же, то и дело мелькал то у столов, то обратно уходил в замок, отдать какие-то распоряжения прислуге, выполняя свои обязанности, даже в праздник.

— Ну, не умеет он расслабляться, — вздохнула Гарния, глядя на своего одетого с иголочки, и как всегда собранного и серьезного, мужа. – Вся его жизнь, с раннего утра до поздней ночи, — это служение графу.

Я пошепталась с отцом, и он приказал Виктору развлекаться. Тот на полном серьезе поклонился хозяину, и, взяв за руку свою жену, утащил ее в толпу танцующих.

Да, праздник оказался, просто чудесным! Я потом часто в длинные зимние вечера, сидя у своего собственного камина в спальне, вспоминала его отдельные веселые или умильные эпизоды.