Владыка Нового Мира 2 (СИ) - Злобин Максим - Страница 21

— Где вы содержите гоблинов? — спросил я.

— Ой! — поморщился дед. — Иди, а?

Затем попытался захлопнуть передо мной дверь, но не тут-то было. В последний момент я успел подставить ногу. И спасибо моим говнодавам со стальной вставкой — ничего не почувствовал, хотя старик силы явно не рассчитывал.

— Слышь! — усатый снова распахнул дверь настежь. — Мальчик, иди отсюда нахер, пока я тебе бока не намял!

Ну вот, так-то лучше. Оскорбление плюс угроза; за такое можно с чистой совестью начинать агрессировать в ответ.

— Я спросил: где вы содержите гоблинов?

С тем я протянул руку в сторону и призвал весло, а дед…

— Ох, — дед схватился за сердце.

— Что с вами?

— Фух… Эх…

— Вам плохо⁈

А тут ещё и Женёк решил проявить инициативу. Причём лишнюю. Судя по нашим разговорам в гостинице, я уже давно понял, что Удальцов спит и видит, как бы ему протестировать новый дар на бетоне или кирпичной кладке. И вот он, получается, удобный случай.

Сперва позади меня раздался характерный свист, с которым туша Удальцова берёт разгон, а затем… не взрыв, конечно же. И даже не грохот. Каменный стук осыпающейся стены, — предположительно, с таким же звуком сношаются каменные големы.

Женёк с разбега проделал новый вход на территорию свинофермы, а деду от этого зрелища стало совсем хреново. Гвардеец слился цветом лица с седыми усами, облокотился на дверь и начал потихонечку сползать вниз. Ещё и руку так жутко скрючил, — ту самую, которой за сердце держался.

— Э-э-э-эй…

Лечить?

Было бы круто, но всё что гоблины успели намолить за последние дни я сливал на собственное развитие. Потому что пора бы уже, не правда ли? У меня вон, Шампурелла на одном уровне со мной тусуется, а Додя вообще выше; несолидно как-то для Владыки получается.

— Держись, дед, — сказал я и перешагнул через его ноги в сторожку. — У тебя лекарства есть⁈

Вместо ответа гвардеец принялся тяжко дышать, — будто рваный насос-лягушка в себя воды набрал.

— А-а-а-ай, чёрт!

Переворачивая всё на своём пути, я искал хоть что-нибудь. Хотя бы бутылку с водой, чтобы освежить старика. На столе — ничего. В ящиках тоже ничего. От отчаяния я начал взламывать железный шкафчик…

— Харон! — раздался крик Риты Карякиной за спиной. — Ты что творишь⁈ Пошли уже скорее внутрь!

— Погоди!

«Вот зараза бессердечная», — подумалось мне, а она:

— Харон, пожалуйста, пошли! — продолжила гнуть свою линию. — Быстрее, пока нет никого!

— В каком смысле никого нет⁈ Ты что, слепая⁈

— Харон!

Я уже хотел было рявкнуть на них что-нибудь совсем обидное, но тут имел неосторожность обернуться. Оборачиваюсь я, значит, на деда… а деда нет. Ночь, улица, и Маргарита Арсеньевна на меня глазками хлопает.

— Э-э-э…

И тут же за её спиной из пробоины вылетает Удальцов. Причём спиной вперёд, и рожа у него при этом максимально недовольная, — аж перекошенная от злости.

Рита тоненько взвизгнула, Женёк покатился по асфальту, а я бегом рванул на территорию свинофермы. Забежал, огляделся и прямо с порога мощно так, бескомпромиссно охренел. Экспозиция такова: слева стоит тёмная, как будто бы вовсе обесточенная административная пятиэтажка, справа ангар, и прямо передо мной ангар. И к вот этому центральному ангару не по-старчески бодро рысит дедушка-гвардеец.

И это ещё не всё. Симулянт-сердечник теперь выглядел совершенно по-другому. Китель на спине порвался под напором мышц, вместо рук две мясные кувалды, а на голове что-то типа белой короны.

— Вот с-с-с-сука…

Боевая форма и личный артефакт! Я-то думал гвардейцы оставили охранять свиноферму самого ненужного, а по итогу всё вышло наоборот. Крепко подстраховались ребята.

— Стой! — заорал я и притопил следом.

Прямо у меня над плечом просвистел нож — это Шамурская подоспела. На время нашего триумфального шествия по городу она оставила лук в гостинице, а призрачный работает немного по-другому, вот и прикупили мы ей заранее несколько метательных ножичков. Она же стрелок, ей плевать чем воевать.

Итак… нож магическим образом прилетел точно в цель и впился деду в спину. Но! На этом борове сейчас столько мяса наросло, что даже если по самую ручку всадить — до органов не доберёшься. Гвардеец дёрнулся, затравленно оглянулся, и продолжил бежать к ангару.

Мысленно я исключил дар щитов. Да только что с этого толку? Под вопросом остались ещё пятьдесят девять магических даров и мне пока совершенно непонятно… кто же ты такой, а? Хрен седовласый?

Женёк до сих пор не оклемался, — иначе бы уже догнал гвардейца, — а потому погоню я продолжал в гордом одиночестве. Хотя… как сказать «погоня»? Через несколько секунд накачанный дед скрылся за железной дверью ангара.

Неужто решил взять гоблинов в заложники? Вот ведь падла какая!

Бах! — не без помощи физического усиления, я вынес дверь с ноги, забежал внутрь и… и всё. Вокруг полутьма и беспокойное хрюканье. На сколько глаз хватает — загоны, загоны, загоны. А в загонах розовые волосатые спины перебуженных среди ночи свиней. Ни гоблинов, короче говоря, ни деда.

— Эй! — крикнул я, осторожно ступая вглубь фермы. — Уважаемый! Выходи! Я просто хочу поговорить!

И тут:

— Ага!

Дед спалился. Невдалеке, в одном из загонов ярко засветилось что-то белое. Искристое такое, очень похожее на магический каст. Корона светится? Возможно. А вот что точно и наверняка — дед прямо сейчас мутит какое-то колдунство и надо бы мне быть осторожней.

— Я тебя вижу! — крикнул я и бесшумно двинулся дальше.

Увы, не дошёл. Сперва по правую руку раздался душераздирающий свинячий визг, а затем прямо на моих глазах розовая душка-свинюшка начала превращаться в нечто… страшное. Корёжило свиняку не по-детски. Дёргалась, бесилась, извивалась, а к визгам постепенно начал добавляться ещё и треск костей.

— Нихерасе, — вот и всё, что я нашёл сказать.

Так уж вышло, что я лицезрел её превращение полностью: от безобидной фермерской свиньи до антропоморфного чудища. Огромная, мускулистая, прямоходящая тварь: морда перекошена от злобы, глаза горят огнём, а таким клыкам позавидует даже самый матёрый лесной секач.

Прелюдии свиномонстру были не нужны, и он рванул в атаку сразу же, как только закончил превращение. Прошёл сквозь ограду загончика, будто бы сквозь паутину, замахнулся на меня копытом, а где-то рядом в муках трансформации завизжала вторая свинья.

М-м-м-м…

Так. Это что же у нас получается? Дар анимализма смешался с даром оборотня? Могу даже поспорить, что угадал с первого раза. Потому что у анималистов третьего и выше уровня всегда так. Если усиление, то усиление подконтрольной зверушки. Если огонь, то огнём будет плеваться подконтрольная зверушка. Если очарование, то… короче говоря, принцип понятен. Петоводы, етихумать. Чудной народ.

— Эть! — я отскочил из-под удара копытом и не забыл про ответку.

Плоской стороной гребной лопасти зарядил свинолаку прямо в пятак. Клык треснул, кровь брызнула, но башка вопреки моим ожиданиям не отлетела. Мощны зверушки.

А вот сколько их будет — большая загадка. Трансформационные визги-трески зазвучали со всех сторон, и чует моё сердце, что дедушка-гвардеец улетел далеко за пятый уровень магического развития. Слишком уж старый ультует. Ни разу, блин, не сторож. Скорее всего ответственный за свиноферму… какой-нибудь командир отряда, который послал своих ребят в город, а сам остался.

Короче!

Не успел я оглянуться, как передо мной выросли три свинолака, и ещё несколько инфернально ревели позади. А потенциальное подкрепление — вот оно, в страхе хрюкает, жмётся друг к другу и ждёт своей очереди на обращение. И как бы меня тут не зажали.

Что ж… Шагну-ка я назад, чтобы потом сделать два шага вперёд.

Отбиваясь веслом, я рванул на улицу и захлопнул за собой дверь.

— Что там⁈ — крикнул Женёк.

С обычной человеческой скоростью, Удальцов прихрамывал в сторону ангара со свиньями. Тут железная обшивка за моей спиной заскрежетала, и одна из тварей высунула наружу свою уродливую морду.