Владыка Нового Мира 2 (СИ) - Злобин Максим - Страница 15

— Давайте уже, заканчивайте поскорее! — крикнул я и гоблины в оранжевых касках засуетились пуще прежнего.

Дождь лил стеной и пробивался даже сквозь лесную крону, так что зеленокожие бедняги промокли насквозь. Но всё равно хрен им, а не повышенный коэффициент оплаты труда в экстремальных условиях. Да и вообще — хрен. Я же им так и так не плачу. А потому:

— Все молодцы! — крикнул я. — Владыка ценит ваш труд! — и пошёл обратно под брезент.

А гоблины мои нынче выступали в роли бобров. Закрывали канал самодельной плотиной из валежника, вот только как бы не зря это всё это было из-за дождя. Ну… как закрыли, так и заново откроем.

Так вот. С момента прибытия семьи Голубицких на стоянку Разящего Весла, я совершенно потерял счёт времени. То ли три дня прошло, а то ли неделя? За это время мы действительно сумели чуть приспустить болото в ливнёвку Трассы.

«И что?» — спросит меня гипотетический заклёпочник. — «Вокруг всё как по волшебству пересохло и все зажили счастливо?»

«Нет», — отвечу я ему. Я даже не уверен, что вода не вернётся вновь. Но! Пока что вокруг крепости оголились новые кочки. Маленькие, — на таких поселение не выстроить, — но крепкие. И поскольку в клане теперь думал не я один, мы быстро нашли как это использовать.

Наш совместный с Менделем и Голубицким инженерный гений руководил гоблинами, а те подчинялись и таскали из леса всё новые и новые брёвна. Брёвна перебрасывались с кочки на кочку, перевязывались, сбивались скобами и постепенно превращались в деревянный настил, на котором можно и палатку поставить, и разместиться с комфортом.

Так что стоянка Разящего Весла отныне — это хитровыдуманная сеть бревенчатых конструкций, каждая из которых, по сути, квартира. Иномирная Венеция, блин. Вот только без готической архитектуры, культурного наследия, гондол и гондольеров.

И в целом, вода может возвращаться, ведь мы теперь буквально живём на плотах, которые в случае чего обязательно всплывут. А форт… форт — это форт, чтобы укрыться в нём в случае нападения. Другие кланы вряд ли дерзнут, а вот угроза костяных бабуинов сохраняется до сих пор.

И да, вот это уже действительно начинает смахивать на город. Никто не говорил, что будет всё и сразу. Потихоньку, помаленьку.

— Погодка, — сказал я и отряхнулся.

— Ага, — кивнул Женёк.

Удальцов поймал меня в форте и настоял на том, чтобы поприсутствовать при заделывании плотины. А мне-то что? Разве жалко? Так что мы взяли с собой раскладные стулья, стол, несколько бутылок вина и кусок брезента. Растянули его меж четырёх сосен и в целом… да, это можно было назвать отдыхом.

— Так о чём ты хотел поговорить? — спросил я и уселся на стул.

Вино разлито по пластиковым стаканам, дождь барабанит, гоблины трудятся, и свежо наконец-то после нескольких дней духоты. Красота.

— Да ни о чём я не хотел поговорить, — Женёк игнорировал стаканчик, взял бутылку и хлебнул прямо из горла. — Просто хотел поговорить. Люди иногда разговаривают друг с другом, понимаешь? Рассказывают всякое смешное, делятся мнениями и новостями. Например! Если бы я вдруг стал грёбаным владыкой грёбаного племени грёбаных болотных гоблинов, я бы тебе об этом сразу рассказал.

— Понятно…

Претензия ясна. Претензия имеет место быть. Действительно, даже несмотря на то, что мой разум слился с разумом Харламова, и Удальцов теперь был именно моим другом, в последнее время я что-то как-то на него подзабил.

Бегаю всё, бегаю. Дела-дела-дела.

— Слушай, давай не будем вокруг да около, — сказал я. — Виноват.

А Женёк в ответ промолчал. Не как девочка-обиженка, которая губы надула, а как… короче, у Женька посыпался весь алгоритм дальнейшего построения разговора. Видно, он ждал, что я стану оправдываться.

— Без обид? — спросил я и протянул руку.

— Без обид.

— Слу-у-у-ушай! — тут меня осенило. — Вы снабжение Голубицких наладили, так ведь?

— Ну, — Женёк призадумался. — Как сказать? Танцы с бубнами всё это, если честно. Часть покупаем по магазинам, часть заказываем. Дядь Сеня додумался связаться со столовкой, дескать нам корпоративное питание для таксистов нужно на сто с хреном человек. Бухгалтерию он сам ведёт, а заказ забираю либо я, либо Батяня, так что всё шито-крыто. Но если кто-нибудь из наших прознает, что…

— Погоди! Ну наладили же, верно?

— Верно.

— Тогда погнали вместе со мной в Столицу.

— В Столицу? Зачем?

— По делам! Весело будет, я тебе гарантирую!

Женёк задумчиво уставился на дождь, потому не поймал мой взгляд. А я меж тем в упор разглядывал его магический шарик. Маленький, блеклый, первоуровневый. Жду не дождусь посмотреть, что у него там дальше, за скоростью. И вот как раз во время вылазки с целью высвобождения гоблинов-рабов мы это и проверим.

— Ну… давай, — ответил Удальцов и заметно повеселел.

— Отлично! Забились! А теперь давай про гоблинов и Владыку. Спрашивай всё, что интересно.

— Так ведь мне именно всё и интересно. Как так вышло-то, Харон?

— Дар пробудился, — я пожал плечами.

— Давно?

— Относительно. За несколько дней до того, как я к Градскому увольняться пришёл, помнишь? В день, когда гвардия на улицах всех подряд шмонала. Погнал я тогда в лес на лабрадуток, заплутал немного и вышел к болоту. Тут на меня гоблины напали и…

…и в который раз я сам себе удивляюсь. В какие бы дикие авантюры я не втягивал окружающих, и какую бы лапшу ни вешал им на уши, я до сих пор ни разу не соврал. Никогда. Никому. Не то, чтобы у меня был какой-то пунктик на этот счёт, просто так само получается.

Или нет?

Ах-ха-ха-ха! Прямо чувствую, как растут скиллы художественной недоговорённости. Предельно честно, я поведал Женьку о том, как начал изображать перед Додей и Розочкой бога, и о том, как они поверили в мою божественную сущность. Пару раз посмеялся в нужном месте для нужного эффекта, — дескать, ну тупы-ы-ы-ые! — и всё.

Ложь? Нет.

Дальше рассказал про бой с Жабычем, и о том, как он вогнал топор в землю. Было? Было. Рассказал про походы на другие кланы, про осаду крепости и про огромного болотного червя Хозяйки. Просто не акцентировал свою роль во всех этих побоищах. Так, мол, пришиб пару бедолаг веслом…

— Каким веслом?

— Так вот этим же, — протянув руку в сторону я призвал личный артефакт.

— Ага, — Удальцов особо не удивился, хотя для приличия всё же залпанул стаканчик. — То есть ты не анималист?

— Скажи ещё, что не догадывался?

— Догадывался, конечно, — ухмыльнулся Женёк. — У нас весь таксопарк ходит догадывается. Антисептик, ага. Гонорея болотная. Хитрожопый ты жук, Харон, вот что я тебе скажу.

— Приму за комплимент.

Тут со стороны канала раздался треск, за ним яростное бурление воды и следом крики. Плотина не выдержала и прорвалась. Один из гоблинов теперь бегал по берегу с торчащей из глаза палкой и истерично визжал, а остальные пытались его поймать. То ли первую помощь оказать, а то ли добить, чтобы не мучался.

Н-да…

Хреновые из гоблинов бобры получаются. И техника безопасности ни к чёрту.

— У вас всё получится, ребята! — крикнул я. — Владыка верит в вас, продолжайте работать! — и взялся за бутылку, чтобы подлить нам с Женьком вина.

— Так и что за дар-то в итоге? — спросил Удальцов, разглядывая весло.

Так… Стоп. Вот тут можно солгать без последствий, но во мне теперь какой-то спортивный интерес зажёгся.

— Не знаю, как это правильно называется, — сказал я и улыбнулся собственной находке.

А не соврал я потому, что и правда не знаю, как можно именовать мою магическую специализацию. Щитотеневой некрофизик? Чушь, как она есть.

Ну и последний момент:

— А через первые уровни развития я, по ходу, пролетел, — предвосхитил я вопрос Женька. — Сразу сумел личный артефакт призвать. Как и почему не спрашивай… такой вот я! Поздний, но талантливый! И вообще, давай лучше выпьем.

— Давай…